Обаятельный плут
Шрифт:
Сейчас он казался ей совершенно чужим Его белокурые волосы блестели в свете ламп, и, несмотря на поношенную одежду, он был аристократом с головы до пят. Только в раннем детстве, когда ее дразнили белые дети, Макси чувствовала себя такой же непохожей на остальных полукровкой: малорослой, темнокожей, отверженной.
Тут Робин выпустил руки герцогини и сказал ей:
— Мэгги, я хочу познакомить тебя с очень дорогим мне человеком.
Глядя, как они приближаются, Макси одновременно кипела от бешенства и цепенела от смущения.
Она нашла ответ на эти вопросы, вспомнив одну важную даму, которую знала в Бостоне. Та считала, что гражданка Американской республики не должна склонять голову ни перед кем, разве что перед Господом Богом, да и то если у нее будет настроение помолиться. А раз так, любовница Робина никоим образом не заслуживала реверанса.
В то же время, поскольку на Макси одежда юноши, было уместно снять шляпу. Шляпу Макси сняла, но выражение лица изменить не сочла нужным и смотрела на герцогиню со свирепой враждебностью.
Герцогиня резко остановилась, и ее глаза изумленно расширились. Они были не голубые, как у Робина, а переливчатого серо-зеленого цвета.
— Мэгги, это мисс Максима Коллинс. Макси, познакомься с герцогиней Кандовер. — Робин взял Макси за локоть. — Я пытаюсь уговорить Макси выйти за меня замуж.
Услышав это, герцогиня была явно потрясена, но в следующую минуту в ее серо-зеленых глазах мелькнула усмешка. Черты ее лица не были классически правильными, но она излучала обаяние, которое было действеннее любой красоты. Неудивительно, что она являлась Робину во сне.
Увидев усмешку в ее глазах, Макси закипела от ярости. Мэгги, видимо, решила, что Робин пошутил, заявив о своем намерении жениться на этой замурзанной коротышке в брюках.
Однако Макси немного смягчилась, услышав дружеские слова герцогини:
— Милая, я счастлива с вами познакомиться. Надеюсь, вы согласитесь выйти замуж за лорда Роберта. В нем немало хорошего, хотя в данную минуту вам, наверное, хочется его убить. — И с заговорщицкой улыбкой она добавила:
— Верно?
Это замечание так точно отражало чувства Макси, что та несколько растерялась.
— По правде говоря, я как раз думаю, каким способом это лучше сделать. — Макси не собиралась уступать герцогине в апломбе. — Можно было бы бросить в кипящее масло, но это — слишком легкая смерть.
Мэгги засмеялась.
— Я понимаю, что он ни словом не предупредил вас, куда ведет.
— Именно так, ваша светлость.
Макси взглянула на Робина, лицо которого не выражало ни капли раскаяния. Он держал ее за локоть, и его прикосновение немного успокаивало, хотя одновременно ей безумно хотелось расцарапать его безмятежное лицо ногтями.
— Он просто сказал, что мы идем к его друзьям.
— Это все старые шпионские замашки. Чем меньше говоришь, тем лучше. — Мэгги обвела рукой вокруг. — Я сама была ошеломлена, впервые увидев этот
— Вы из Америки?
Видимо, она не хуже Робина разбиралась в произношении. У них с Робином вообще, наверное, много общих талантов, как и общих воспоминаний. От этой мысли настроение Макси не улучшилось.
— Да, я родилась в Америке, но мой отец был англичанином. Младший сын шестого виконта Коллингвуда.
Не успела Макси произнести эти слова, как ей стало стыдно. Ну зачем было поминать своих знатных родственников? Но слова уже вылетели, теперь их не вернешь.
Герцогиня наморщила лоб.
— Поместье Коллингвудов, кажется, где-то на севере Англии. В Дареме, да?
— Да. — Почувствовав, что ее ответ краток до грубости, Макси добавила:
— Я гостила у дяди с весны.
Когда Макси упомянула своих родственников, Робин посмотрел на нее с удивлением, но ничего не сказал.
— Мы сейчас без гроша в кармане. — Он перевел разговор на другую тему:
— Мэгги, ты сможешь нас приютить дня на два?
— Ну, места у нас хватает. — Герцогиня опять повернулась к Макси:
— Идемте, я провожу вас в комнату, где вы сможете умыться и отдохнуть.
— Если вы не возражаете, ваша светлость, я хотела бы сначала поговорить с Робином, — сказала Макси ровным голосом, но ее глаза горели гневом.
— Пожалуйста. — Герцогиня показала рукой на дверь. — В маленьком салоне вам никто не помешает.
Робин пошел вслед за Макси, глядя на нее с опаской. Он предполагал, что она будет изумлена, оказавшись в доме Мэгги, но то, что она буквально кипела от ярости, было для него неожиданным.
Как только за ними закрылась дверь, Макси круто развернулась, дрожа от негодования, — Как ты посмел привести меня в дом своей любовницы?
— Мэгги уже много лет никакая мне не любовница, — примирительно ответил Робин. — Но мы по-прежнему друзья и привыкли помогать друг другу. Поскольку нам с тобой надо где-то остановиться, я совершенно естественно обратился за помощью к ней.
Он подошел к камину и облокотился о его мраморную полку.
— Я знал, что она и ее муж примут двух запыленных путников, не задавая лишних вопросов и не проявляя ни возмущения, ни излишнего любопытства. Здесь ты сможешь вернуть себе обличье респектабельной девицы, и никто ничего не узнает.
У Макси сжались кулаки, но все же она, хотя и с трудом, держала себя в руках.
— Ты назвал себя дворецкому лордом Робертом и точно так же назвала тебя твоя герцогиня. Но ты же мне говорил, что придумал этот титул!
— Это ты сказала, что такого титула не бывает. А я просто не стал с тобой спорить. Видимо, твой отец объяснил тебе не все тонкости английской системы титулов. Например, употребление слова «лорд» с именем — прерогатива младших сыновей герцогов и маркизов. Так что лорд Роберт Андервилль — мое настоящее имя.