Обагрённые
Шрифт:
Люди внизу в страхе и ужасе наблюдали, как древняя гора рассыпается на громадные куски и извергает из себя раскалённую лаву, с шипением поползшую вниз, сжигая всё на своём пути.
Глава 2. Будет людям счастье, счастье на века!
Шестнадцатый год новой биографии: новое летоисчисление, новые невиданные темпы развития планеты и людей. Пантеоны, воздвигнутые в честь прежних правителей в обеих столицах, были снесены к всенародной радости, несколько тысяч олигархов были арестованы народной властью и лишились всего награбленного ими за долгие годы правления клептократического режима. Эти богатства были направлены на возрождение планеты, на строительство городов, заводов, верфей,
Наступило время созидания, а не разрушения. Статьи газет о новостройках второй пятилетки напоминали фронтовые сводки. Пуск нового завода или фабрики, железнодорожной ветки, создание новой турбины для электростанций отмечались как невиданные победы с вековой отсталостью гивейского общества. Новая Гивея постепенно, но неуклонно возрождалась, преображаясь в развитую технико-экономическую цивилизацию.
Собравшийся в одной из столиц объединённый Пленум народных депутатов призвал рабочих и служащих по всей планете мобилизовать все силы на полное выполнение народно-хозяственного плана первого года второй пятилетки.
Что же объединяло всех этих людей? Что заставляло их отдавать все силы, всего себя делу, которое многим ещё вчера казалось фантастическим. Вряд ли, кто-то из них знал простой ответ на этот вопрос. Возможно, в большинстве своём они ответили бы так: «Нужно работать не за деньги, не за кусок хлеба, а за идею! Нужно чувствовать эту идею — каждый день, каждый час, каждое мгновение!».
Да, да, именно так и никак иначе. Только так люди превращаются в героев, так они встают на одну ступень с легендарными богами — всесильными, могучими и мудрыми. Ведь, чем меньше сказка в человеке, тем меньше и его личность. Ну и, конечно же, двигателем всех свершений был всеобщий энтузиазм, молодой задор, пробудившийся даже в стариках, потому что на твоих глазах совершались самые настоящие чудеса.
Новые задачи, небывалый энтузиазм рабочих требовали новых форм и методов организации и управления промышленностью, требовали чёткого и продуманного плана. И такой план был разработан, разработан светлыми умами землян, пришедших своим далёким братьям на помощь в строительстве нового социального устройства. Это стало ещё одним чудом — корабль с Земли, сверкающий на солнце золотой обшивкой ракетолёт впервые за последние сто лет сел на поверхности Гивеи, принеся с собой знания, высокие технологии и десятки образованных опытных инженеров и учёных. Этого, конечно же, было мало, но задача землян — учить, а не заменять собой гивейцев, дарить им радость собственных побед.
Но не сразу и не просто приходила эта радость. Десять лет назад на планете было триста пятьдесят миллионов безработных. Теперь с безработицей было покончено навсегда, теперь каждый день приносил сообщения о новых достижениях социалистического строя.
Вот читаем приказ за номером 654: «Считать завод тяжёлого машиностроения в городе Шень-Цян вступившим в строй действующим предприятием Народной Гивеи». И подпись внизу: «Народный комиссар тяжёлой промышленности Гриф Орд».
И ещё одно изменение на географической карте планеты, висевшей в кабинете наркома. Эта карта отмечала все его маршруты. Он бывал всюду: и там, где есть трудности, и там, где одерживались победы. Ни одна географическая карта не успевала за бурной жизнью молодой народной страны и её отважных наркомов, самозабвенно преданных делу революции.
Вчера ночью нарком Гриф Орд около двух часов стоял у конвейера и видел рабочего, который впился глазами в трактор, сходивший с него. Это можно сравнить с картиной, когда отец ожидает появления своего первенца. Вот с таким же видом рабочий замер и смотрел на конвейер и ожидал,
Шестнадцатый год народной власти — год всенародного обсуждения проекта новой конституции, главного закона планеты. По всей Гивее в разные концы помчались агитпоезда, воздушные суда и даже женские автопробеги, как доказательство факта реального равноправия. Ведь конституция закрепляет то, что достигнуто. Долгим и сложным был их маршрут: от обеих столиц к самым отдалённым поселениям на севере и юге, через шесть союзных республик, где были встречи с простыми людьми, обсуждения и споры. И вот, наконец, возвращение в столицу, праздничные митинги, на которых выступали участницы автопробега.
«Пробег закончен, — уверенно говорит с трибуны самая молодая его участница Сон Ши, работница станкостроительного завода и ударница труда. — Но мы в любую минуту готовы сесть за управление боевой машиной и если потребуется стать на защиту нашей прекрасной родины!». Замечательные слова. Плечом к плечу с Сон Ши были и другие отважные женщины, своим примером доказавшие, что равноправие, закреплённое в новой конституции, это не пустые слова и обещания.
Пять месяцев длилось всенародное обсуждение новой конституции при большой активности гивейцев разных возрастов: на предприятиях, в сельхозкоммунах, в учреждениях. Прошло более четырёх сот пятидесяти тысяч собраний, в которых участвовали миллионы человек. Так была законодательно закреплена победа социалистического строя. Когда рабочий класс сам и весь является единственным хозяином своей страны, своей планеты, он всё может. Никогда ещё на Гивее не было столь искреннего и тесного единения власти и народа и никогда люди не жили так, чтобы почти каждый день их жизни дарил им всё новые и новые завоевания разума.
Если заглянуть в хронику первых лет народной власти, хронику, запечатлевшую неповторимые мгновения истории, она может вызвать улыбку и удивление у человека, привыкшего к совершенно иной жизни — жизни ради себя и только ради себя. Героическая, а иногда и наивная, но полная гордости за страну и людей, строящих новое общество, она развернёт перед нами летопись тех лет. Но мы не станем пренебрежительно отворачиваться от неё, как от какой-то выдумки, сказки, в которой добро и отзывчивость, взаимовыручка и чистая душа всегда побеждает зло и всякую нечисть, чахнущую над презренным златом.
Мы посмотрим на неё, как на историческую правду, в которой действуют наши давние герои.
Вот город Линь-Шуй, южная столица планеты, площадь Героев Коммунаров, дом за номером девятнадцать. На этом доме нет мемориальной доски, но события, которые происходили здесь шестнадцать лет назад, достойны того, чтобы о них рассказать. На первом этаже этого дома располагался тогда Комитет революционной охраны. Много работы было у его сотрудников, огромная ответственность перед народом. И кого же мы найдём в одном из кабинетов, за столом, заваленном кипами бумаг и папок?
Да ведь это же наш Вир! Хмурый и сосредоточенный, погружённый с головой в работу, видимо, ещё со вчерашнего вечера — лампа на столе всё ещё горит, хотя давно уже утро.
В дверь кабинета постучали. Вир оторвал взгляд от бумаг перед собой, и устало откинулся на высокую спинку стула.
— Да! Войдите! Кто там?
Дверь приоткрылась и в образовавшуюся щель просунулась рыжая девичья головка.
— Товарищ старший комрев! Можно? — Синие глаза сверкнули озорной весёлостью.
— Не может быть! — Вир вскочил со стула и радостно бросился навстречу распахнувшей настежь дверь девушке. — Рубина! Откуда ты здесь? Как попала в столицу? Я слышал, ты где-то в северных провинциях, на строительстве железной дороги, работаешь в политотделе.