О3
Шрифт:
Мы почти успели добежать до противоположной стороны этого уродливого участка, когда силы окончательно покинули обоих. Ничего удивительного: я целую ночь скакала по лесам, да по заброшенным посёлкам, а парень неизвестно сколько провисел на шкафу и вряд ли успел оправиться. Один единственный батончик — не лучший вариант для восстановления утраченных сил.
— Всё, я больше не могу! — Страшила пошатнулся и упал на колени, — Пусть меня сожрут…
Ощущая вместо ног две деревянные колоды, пульсирующие болью, я остановилась рядом и повернулась к преследователям. Кролики, хоть и
Стать жертвой хищных кролей — смешно!
— Беги! — Страшила подтолкнул меня своей неуклюжей рукой, — Оставь меня и беги!
— Ага, — сказала я и потянулась к револьверу; может ещё успею зарядить и прикончить несколько тварей, — Сам сдохнешь. А мне ещё ногами перебирать, да?
— Отойдите чуть левее, — донёсся до нас грубый хриплый голос, в котором за внешней самоуверенностью ощущалось скрываемое страдание, — Быстрее.
Я никого не видела, но куча веток впереди пошевелилась и в её недрах блеснул металл. Чёрт побери, неужели у нас появился шанс на спасение? Я схватила Страшилу и потащила.
— Не туда, дура! В другую сторону. Ну же!
Товарищ помогал, как мог и мы-таки сумели протащиться пару-тройку метров, до того, как ноги окончательно отказались работать. После этого я упала на Страшилу и замерла. Всё. Сейчас нас или съедят, или случится чудо.
Случилось чудо.
Сначала послышался протяжный свист, словно что-то раскручивалось до огромной скорости, а потом яростно взревел невидимый дракон. Я просто не представляю, что ещё способно издавать подобные звуки. В кустах, где я заметила блеск металла, взорвался мини вулкан и куски веток долетели даже до меня, а это — метров пять, не меньше.
Уже сообразив, в чём дело, я с интересом посмотрела на армию хищных кролей и обнаружила, что передние ряды серой мерзости точно натолкнулись на невидимую стену. Тварей отшвырнуло назад, причём они мгновенно превращались из живой агрессивной плоти в кровавые клочья и ошмётки шерсти.
Я сползла со Страшилы, но старалась особо не светиться: мало ли; у невидимого пулемётчика могла дрогнуть рука, а судя по результату, калибр и скорострельность оружия явно способны запросто оставить без головы, кого угодно. Интересно только, откуда взялся в кустах этот рояль, спасший наши жизни? Ведь подумать только, если тут нет целой линии обороны, то мы умудрились выбраться в единственное спасительное место. Просто невероятное везение!
Невидимая смерть продолжала косить поголовье агрессивных грызунов и они в конце концов сообразили, что проще оставить добычу там, где она есть, чем разлететься брызгами крови. Грохот пулемёта стих и в наступившей звенящей тишине я услышала топот множества удаляющихся лапок.
— Аллилуйя, — пробормотала я вполголоса и уже громче крикнула в сторону завала, где таился наш спаситель, — Подниматься можно?
— Почему нет? — и снова слышалась боль, — У меня всё равно патроны кончились.
Страшила, слушавший наши переговоры, внезапно то ли зачихал, то ли зарыдал. Лишь спустя пару мгновений
— Стоять сможешь? — спросила я спутника и когда он кивнул, помогла подняться, — Пошли, посмотрим, кто так ловко управляется с пулемётом.
— У меня такое ощущение, — Страшила остановился, покачиваясь и придержала его под локоть, — что я тут — единственный, от кого нет никакого толка.
— Ты — милый, — утешила я его, — И пока что — ещё живой.
Чтобы добраться до пулемётчика пришлось основательно поработать руками. Такое ощущение, будто его специально завалили сухими ветками. Когда же последняя ветвь улетела в сторону, я замерла и некоторое время недоуменно рассматривала то, что мы освободили. На человека оно походило лишь отчасти.
Нет, тут имелась и голова, и тело, и две пары конечностей. Как полагается. Однако и руки, и ноги блестели металлом, пулемёт оказался частью левой руки, а на обнажённой мускулистой груди мерцала красным огоньком небольшая коробочка. Вместо правого глаза тоже наблюдалась некая фиговина, похожая на объектив камеры. Сейчас и глаз, и блестящая линза уставились на нас.
— Что-то не так? — спросило это… Этот… Чёрт, не знаю, — Вы так смотрите, точно призрака увидели.
— Напоминает киборга, — осторожно заметил Страшила, — Дружище, ты вообще кто? Прости нас за невежливость, в тот момент, когда мы должны выражать благодарность, однако…
— Рыжая, ты то хоть нормально выражаешься? — если отбросить все технические прибамбасы, от в кустах лежал молодой мужчина скандинавского типа. Такие нравятся некоторым женщинам. Мне — нет.
— Вполне, — сказала я, — Как тебя зовут и кто ты такой?
Тут его слегка застопорило и кажется, я поняла, почему. Кроме того, как я думаю, мы-таки нашли человека Головы, пусть он и находился не совсем там, куда нас посылали. Выглядел он и впрямь весьма необычно.
— Не помню, — наконец-то признался незнакомец, — Очнулся тут, под завалом. В башке пустота и сердце болит, аж мочи нет.
— У него — имплант, — сообщил Страшила и нагнувшись, поднял с земли какую-то коробочку, — А это — электрошокер, которым его, скорее всего, вырубили. Судя по цвету индикатора необходимо срочно что-то предпринять, иначе он может умереть.
— Мило, — пулемётчик криво ухмыльнулся, — Прикольно, очнувшись без памяти узнать, что вот-вот сдохнешь.
— Успеется, помирать, — я схватила его и попыталась поднять, — Ну ни хрена себе! Ты же тонну весишь, кабан!
Страшила попытался помочь, но толку от него… Впрочем, имелись и другие идеи. Я достала трубку и набрала Чародея. Его человек, вот пусть и думает, как его спасать.
В этот раз звонок прошёл сразу и я услышала длинные гудки. Однако шли они так же глухо, как заблудившиеся путники во мгле. Почему-то это сравнение вызвало целую цепочку картинок: колючую проволоку, влажную от густого тумана, серые космы, плывущие между высокими кустами и осточертевшую жёлтую полосу, больно хлещущую по глазам. Ага, ответил.