О любви

О любви, взрослении и о нарциссе

Истории о наших взаимоотношениях – это не только сказочки про людей, которых нам подбросила жизнь. В таких историях всегда больше о нас самих, о нашем выборе, чем о ком-то еще, что бы мы не говорили.

Иногда об этом выборе проще молчать. Ведь с точки зрения людей с более удачным представлением о любви и об отношениях, ты – псих. Псих, который позволяет себя мучить день за днем, год за годом и продолжает называть это

любовью.

Я знаю, что рассказывать о таком стыдно. А когда не стыдно – страшно. Страшно стать еще более ненормальной. Ведь единственная видимая причина для такого добровольного мучения – "значит нравится”, “значит устраивает".

Если повезет, то произойдет что-то – маленький щелчок, невероятное везение и это закончится. И если эта книга для кого-то станет таким щелчком, значит я не напрасно стою тут голая.

В этом году мне исполнилось тридцать три. Что-то уже сбылось, а что-то еще нет – все как положено. Недавно меня спросили:

– Что бы ты изменила в своей жизни, если бы могла?

О чем тут думать? Не стала бы я ничего менять, это же понятно. Жизнь – то еще приключение. Главная ее прелесть как раз в том, что никогда не знаешь, к чему приведет твое вчера и что там за поворотом. Так что нет, спасибо.

И все же, гаденький, всезнающий голосочек внутри зудит, что есть "кое-что", что можно было бы и поменять, нечего кривить душой.

Все это было очень давно. Есть у меня подруга. Знаете, такая, что со школьной скамьи и на всю жизнь, роднее родных. Мы с ней после школы разъехались учиться в разные города и поклялись (торжественно, само собой), писать друг другу не меньше одного письма в месяц до конца дней: “Даже если мобильная связь станет безлимитной. Да! Даже если никто уже не будет писать письма. Да! В старости будем перечитывать и ржать. Да!”

Разумеется, торжественную клятву мы нарушили. В наше оправдание скажу, что не сразу. Гораздо позже, чем появились безлимитные тарифы.

Открываю почту. Создала ее еще в школе, специально для этой цели. С дурацким ником и паролем, которым я безответственно пользовалась повсюду лет десять, не меньше.

В сохраненных сорок четыре отправленных и сорок пять неотправленных письма. Все еще здесь, торчат надгробиями над месяцами моей прежней жизни. Месяцами, которые я стерла из памяти набело, как будто их не было никогда. Отряхнулась, развернулась и пошла дальше – не было ничего. Но в жизни так не бывает. Мы – это все, что с нами происходило с первого до последнего дня, даже если нам это не нравится.

Хей, хей, хей!

Я уже в Киеве. В общаге пусто, все начнут съезжаться ближе к началу учебного года. Наша комната тоже пустая – девочек пока нет, так что позвала Шурку ко мне пожить. Днем дрыхнем, а вечером едем на набережную тусить с уличными музыкантами, про которых недавно рассказывала. Приезжай скорее! Пойдем туда вместе, тебе по-любому понравится!

У вас там на югах жарища? Будешь рядом с моречком, передавай

от меня привет. Уехала от него совсем недавно, а уже скучаю.

Столица встретила сюрпризом. Ты помнишь Сережу, с которым я вроде как начала встречаться перед каникулами? Он целое лето думал, что мы все еще вместе, хахах! Встретил меня вчера с автобуса, потянулся поцеловать, и я вспомнила, что мы и правда "официально" не расставались. Наплела ему с три короба, что не готова к отношениям и было время подумать, и что он должен понять, и что дело не в нем. Но он все равно расстроился. Говорит: "Ты должна была мне это перед каникулами сказать, я бы тогда с другими летом гулял" и печально так чемодан везет. Хохма!

Та ну, он на первых свиданиях сначала только грустно молчал. Когда начали целоваться повеселел, но все равно молчал. А мне не интересно ходить и самой с собой часами тарахтеть. В последние дни перед каникулами, когда он предлагал куда-нибудь сходить, я находила до того идиотские поводы не идти, что можно было догадаться, что лето наши отношения (слово-то какое) не переживут. Не понял – сам виноват.

В этом году на нашем этаже освободилось несколько комнат – выехали бывшие пятикурсники, так что ждем пополнения. Надеюсь заселят не первогодками, а парнями постарше, потом расскажу, если будут интересные.

Завтра на книжный рынок поеду, хочу купить нового Мураками и Парфюмера.

Не помню, рассказывала или нет, но в первый год учебы я тут записалась в несколько библиотек. В две из них лично, а в остальные пришлось Шурку записывать – моей временной прописке дали там от ворот поворот.

Мало того, что записывать не хотели, так еще библиотеки эти – одно название. Это тебе не наша, куда придешь, а книжечки новые уже отложены и "Здравствуйте, девочки", и "Сейчас мы вам хорошего наподсказываем, навыбираем". Здесь такое было только в самой крошечной библиотеке с маленькой, милой тетушкой между двумя полками. Приходить приятно, но выбора никакого, дома те же книги лежат. В библиотеках побольше все чисто, тихо и серьезно. За наш с тобой хохот в разделе с романчиками, отсюда бы выперли на раз два. Да и какой раздел с романчиками? Тут у них видите ли "школьная программа, классика… современное есть, но немного, если вам нужно…" и тычет осуждающим пальцем на реденький, цветастый стеллажик. Такая разве поймет, что дибильные названия для романчиков – это целое искусство? “Гневная пуританка”! “В сладком плену у кентавра”! Черта с два, ей и юмор небось подавай классический и из школьной программы.

Ахаххах, что-то я разбушевалась, пока писала! Просто не хватает наших походов в библиотеку.

Здесь понравилось только в Парламентской. Она такая огромная и здание красивое, и мне там сделали специальный пропуск – пластиковый с фотографией. Стоил аж восемьдесят гривен, но зато действует целый год. Правда, я туда только два раза сходила – насмотрелась на красивую мебель, высокие потолки и огромные окна, а читать так ничего и не взяла. Долго и неудобно – запросить книгу, ожидать книгу, прийти через два дня. Это для тех, кто идет туда научные работы писать, а просто взять перечитать Ницше или Дали – целое дело. Обхожусь тем, что можно на рынке в мягких обложках найти.