o f2ea2a4db566d77d

Дима

–

Я не пью.

–

Надо! Как лекарство. Давайте я вам помогу голову поддержать, чокаемся, пейте-пейте,

вот молодец.

–

Начинай. Чего у тебя? – сказала продавщица, глядя на Вику не без интереса.

– Что вы делали в лесу? – спросила девушка.

–

Когда?

–

Прошлой ночью.

– Я ничего, меня там не было. А вот эти устроили шабаш, - на слове «эти» Наталья

кивнула в сторону Яблочкиной.

Искусанная комарами

Светлана густо покраснела. Но вдруг стала гордо защищаться:

–

Никакой это не шабаш. Мы успокаивали лес.

–

И перебудили всех лесных насекомых, - криво ухмыльнулась продавщица.

–

Ты тоже собиралась сначала! – наябедничала Светлана и тут же набросилась на Вику, -

А вы откуда знаете, что мы в лесу были?

–

Я следила, - просто ответила девушка.

124

–

Не завидую, - снова ухмыльнулась Наталья.

Яблочкина покраснела ещё гуще.

– Врёте вы! Тогда бы вас тоже комары искусали, их там море прилетело, природный

катаклизм!

– Это он комаров привлёк, - Вика невозмутимо указала в сторону Ильи. – Он там тоже

был. Так что ты ручки-то свои ловкие убери от моего парня, он твои голые телеса уже видел.

– Извращенка! – взвизгнула Яблочкина и, резко подпрыгнув с пола, убежала из

комнаты.

Продавщица с кривой улыбкой налила Вике и себе ещё водки. На этот раз они чокнулись

сами и с большим проворством в движениях.

– Они реально пытались задобрить лес, - объяснила продавщица, опрокинув в себя

новую стопку. – Ну решили, если принести лесу дары в ночь на Ивана Купалу, потанцевать

там, духи леса успокоятся.

–

Вы верите в духов?

–

А почему бы и нет? Карельский лес очень живой. Мы это ещё с детских сказок

впитали.

–

А зачем успокаивать?

–

Ну ты сама про зомби сказала.

– Вы его видели? – Вика даже подалась вперёд.

– Многие видели, и не одного. Не в этих местах, но в районе. Говорят, на ребёнка

напали, вроде курятник разворовали, прямо живых кур сожрали.

–

Где это было?

–

Не знаю точно. Это всё слухи. А местным тут в лесу ещё что-то чудится.

–

Что?

– Ну духи. Леший какой-то. Может, это тот же зомби. Ещё про странных зверей

рассказывают. Якобы животные на ходулях ходят. Ну и Галька свою женщину-кошку

видела.

–

Чего?

–

Ну почему они голые-то танцевать собрались. Подружку нашу, массажистку из дома

отдыха, недавно проглючило. Увидела в лесу на дереве голую девицу, как она сказала, та

больше напоминала не человека, а зверя. Уж не знаю, чего ей привиделось. Но наши

потом

решили, что это дух леса, надо, видите ли, голыми танцевать вокруг того дерева, где дух

сидел. Но ты ж понимаешь, личную свою жизнь многие тоже планировали наладить.

Продавщица гоготнула.

– А тебе-то наш упырь зачем? – спросила она Вику.

–

Это личное.

–

Ну как знаешь. Места у нас невесёлые. Рассказывают всякое. В соседней деревне,

говорят, даже бобров в жертву лесу приносят. Мы до такого пока не дошли.

–

Зачем бобров?

– Ящур. Из Финляндии эпидемию принесло, суеверные старики думают

жертвоприношениями уберечь своих коров. У них ничего другого нет. Лес примет бобра, а

корову отпустит. На то и надеются.

–

А что о нас говорят? – не выдержал Илья, приподнимаясь на локте.

– Ну ты сам подумай, - снова ухмыльнулась Наталья. – Приехала странная парочка из

Москвы, ни с кем не общаетесь, дети тебя в школе не любят, а её – боятся. Дамочка твоя чуть

что мужиков одним ударом вырубает. Да и смотритесь вы вместе – по-идиотски.

Илья обиженно насупился. Лёг обратно на пол и закрыл глаза мокрой тряпицей.

Габи повела Бориса в соседнее с холлом помещение. Здесь за стеклянной стеной

располагался бассейн. Они стояли выше – на смотровом балконе. Девушку не смутила

духота и сильный запах хлорки, она оперлась о балконные перила и стала наблюдать за

125

единственным человеком, который плавал здесь в этот час. Его туша, медленно скользившая

по поверхности воды, широкая, коротконогая, напоминала в приглушённом свете зала,

жабью. А на стенах колыхались многочисленные полоски теней от водной ряби.

Немного помолчав, Габи вернулась к прежней теме:

– На самом деле я так запросто употребляю слово «интеллигенция», даже не провожу

разницы между интеллигентом и интеллектуалом, всё потому, что сегодня уже нет единого

мнения, существует ли по-прежнему интеллигенция в России.

– А кто сомневается?

– Не помню точно, кто выдвинул эту теорию. Кажется, так называемая Корпорация

социального дизайна. Неважно. Мы так привыкли к тому, что интеллигенция есть, хотя это

часть советского дискурса, а сегодня мы существуем в иных условиях. По-моему,

естественно ставить под сомнение существование устоявшихся понятий. Тогда, может быть,

не зажиреешь.

–

Ставить под сомнение – отчасти задача интеллигенции.

– Верно, но идея в том, что интеллигенция перестала выполнять функцию чистой