o f2ea2a4db566d77d

Дима

– О’кей, а когда ты в следующий раз туда вернулся?

–

Утром. Баба Аня пошла за грибами, и я вместе с ней. Сперва мы наткнулись на бобра,

потом она искала около шалаша, и я туда заглянул.

–

Там, разумеется, уже никого не было?

–

Мг, только остались консервные банки, пустые уже, и кукла какая-то.

–

Пластмассовая, да? Ты это всё выкинул из шалаша и хорошенько потоптал, я

правильно понимаю?

–

А чё,

не надо было? – немного виновато уточнил мальчик.

– Ну я думаю, там всё равно никаких следов не было, но в следующий раз, Серый, если

вдруг обнаружишь что-то подозрительное, ну то, что может принадлежать этому человеку из

шалаша, не трогай это, пожалуйста, и сразу сообщи мне. У деда Лёши есть здесь телефон, он

знает, как меня вызвать. Хорошо?

Мальчик кивнул. Яша протянул ему руку, крепко пожал сунутую в ответ маленькую

детскую кисть и на прощание сказал:

– Ты очень помог следствию, Серый, спасибо. Если вспомнишь чего важное – тоже

свяжись со мной в Анонниеми. И лучше пока не гуляй в лесу один… За ребятами Егоровны

тоже стоило бы присмотреть. Я могу поручить тебе это ответственное задание?

– Да, - твёрдо ответил мальчик.

Яша вдобавок хлопнул его по спине и, подтянув сползшие треники, зашагал к Орвокки, всё

это время отчаянно боровшейся с накатившим приступом зевоты. В этой неравной битве

девушка явно проигрывала.

Миниатюрная брюнетка, с красноватым цветом лица из-за недавней маски, чистки и уже

занявшегося солнечного румянца, возвращалась в дом отдыха из леса, где провела,

бесцельно гуляя, больше двух часов. Сейчас она шла по одной из широких улиц деревни

Анонниеми и неустанно вертела головой, стоило только ей поравняться с очередным домом.

Девушка как раз миновала участок, который ещё вчера (она гуляла здесь и днём ранее) кипел

жизнью, а сегодня уже погрузился в сон. Семья из трёх человек – папа, мама и ребёнок –

прямо у неё на глазах погрузилась в легковую машину и куда-то уехала, и видимо, надолго,

раз сегодня дом по-прежнему оставался заперт. Брюнетка подошла к забору, предварительно

оглядевшись, нет ли кого на улице, кто мог бы её заметить, встала на цыпочки и

внимательно оглядела территорию участка.

Всё самое важное, скорее всего, пряталось в глубине за домом, но взгляду девушки

предстали две простенькие клумбы с душистым табаком, ноготками и анютиными глазками,

а также детская зелёная машина в полтора метра длиной, утопшая в высокой траве. Она

изучила и сам дом, пока одноэтажный, но уже с каркасом второго этажа, на который можно

было

забраться по садовой лестнице, прислонённой тут же. Правда, девушку больше

заинтересовал фундамент здания. Дом стоял на кирпичной опоре, и специальный щит из

набитых досок по всему периметру скрывал пустое пространство под ним. Но в одном месте,

около крыльца, в деревянном щите была сделана дверца, и кто-то из членов семьи, в чьи

обязанности это входило, уезжая, забыл её прикрыть.

Девушка впилась глазами в чёрный квадрат отверстия. Забравшись туда, можно изучить

пространство под домом. Чёрное отверстие как будто призывало её, или это было

67

изначальное свойство всех дыр – манить, утягивать внутрь себя, обещая какую-то тайну. С

некоторым усилием брюнетка оторвала взгляд от искушавшей её неизвестности и вновь

двинулась по улице в сторону дома отдыха.

В тот же момент на противоположном конце улицы возникла другая женщина – высокая,

молодая – и стремительно двинулась навстречу брюнетке. Она почти бежала, схватив

правую руку за запястье и выставив её перед собой. За этой девушкой на некотором

расстоянии показался юноша – похоже, он её преследовал. Решив пропустить странную

парочку, брюнетка остановилась и сошла с дороги.

–

Так уж и больно? – послышался взволнованный мужской голос. – Так уж и больно? Ну

подожди, пожалуйста! Ну пожалуйста!

Он как будто раскаивался и молил. Высокая, не сбавляя шага, ему не отвечала. Она

пронеслась мимо брюнетки, и та заметила, что кисть ее правой руки неестественно распухла

и алела.

– Кровожадина! – неожиданно гакнул парень, тоже пробегая мимо.

И тогда девушка наконец ему ответила.

–

Пиявка! – взвизгнула она, обернувшись на бегу. И, судя по тону, скорее, поражалась,

нежели возмущалась.

–

Кровожмотина! – незамедлительно последовал ответ.

–

Мироед!

– Скуперкровка. Жила!

–

Я тебя не слышу!!

–

Прости меня!

Удивительная пара скрылась за углом на другом конце улицы, а брюнетка, неуверенно

дёрнув бровями – чего только не привидится, – отправилась по своим делам.

Борис не мог ни спать, ни гулять, ни даже спокойно почитать книжку – забинтованная нога

отчаянно стреляла и ныла. От излюбленной позы на боку пришлось отказаться, в других же

не удавалось расслабиться. А яркое солнце за окном, кусок до наглости синего неба и лесные

запахи, тем временем, дразнили его своей недоступностью. Многообещающий отдых, как