Шрифт:
САКЁ КОМАЦУ
НОВЫЙ ТОВАР
Репродуктор в зале ожидания громко объявил: - Просим следующего. Номер двадцать четвертый, пройдите, пожалуйста!
Морита поднялся с кресла.
Не разжимая губ, очень тихо, почти шепотом он сказал:
– Шеф, начинается.
Во рту у Мориты находился микроскопический микрофон-передатчик, вмонтированный в зуб мудрости. Такой же маленький приемник был скрыт в волосах за правым ухом. В приемнике прозвучал голос его шефа, начальника секретариата компании электроприборов.
– Держись, Морита, - сказал шеф.
Начальник
Морита подобрался, как перед прыжком в воду, и перешагнул через порог комнаты, на двери которой висела табличка "Испытательная". Он очутился в просторном помещении, сиявшем белизной, где блестели яркие металлические части каких-то сложных приборов. За столом сидел экзаменатор, рядом стояли его помощник и медсестра в белых халатах.
– Хаяси Тосиюки, - сказал экзаменатор, глядя в анкету, - двадцать семь лет, холостой, близких родственников нет... Все правильно?
– Так точно, все правильно, - кивнул Морита.
Каждое его слово через мини-передатчик передавалось шефу. Этот чувствительный прибор улавливал не только слова, сказанные вслух, но и малейшие колебания голосовых связок, которые было невозможно воспринять обычным путем. Таким образом, Морита мог беспрепятственно общаться со своим шефом.
Морита ответил на несколько простых вопросов. Затем на его голову наложили специальную повязку, соединенную множеством проводов с аппаратом. Процедура известная - испытание умственных способностей. Морита постарался, чтобы показатель не был очень высоким. На данных испытаниях проходным баллом являлась золотая середина.
– Хорошо, - сказал экзаменатор, взглянув на шкалу измерителя, приступим к следующему испытанию.
– Это, кажется, что-то новое, - услышал Морита голос шефа.
– Не знаешь, что они придумали?
– Понятия не имею. Подключают провода к запястью.
– Уж не детектор ли лжи?
– в голосе шефа послышалась тревога.
– Как бы не разоблачили!
– Ничего, как-нибудь выдержу. Если появится потребность говорить правду, тут же автоматически сработает самогипноз. Так что не беспокойтесь, шеф... Секундочку... знаете, это что-то другое. На детектор лжи не похоже...
– Приготовились!
– сказал экзаменатор.
Начальник секретариата напряженно прислушивался и время от времени поглядывал в окно на заводское здание. Вдруг в его наушниках раздался оглушительный треск, от которого, казалось, вот-вот лопнут барабанные перепонки, потом все смолкло. Связь с Моритой оборвалась.
– Сопротивляемость электрошоку 608, - сказал врач бесстрастным тоном.
– Пришел в себя очень быстро - коэффициент восстановления 7. Отличные показатели. Удивительно здоровый организм.
Морита закусил губы от нестерпимой боли. Его била дрожь. Электрошок был очень сильным. Он покосился на свое запястье со следами ожога. Медсестра осторожно взяла его руку и сделала укол. Боль постепенно начала проходить. Мышцы расслабились, ему стало лучше.
– Вы успешно выдержали испытания, - сказал экзаменатор, - остается только подписать договор и соглашение.
Сделав усилие, Морита подошел к столу и посмотрел бумаги. У него кружилась голова, перед глазами все еще плыли зеленые и красные круги. Договор между компанией электроприборов "Сэкай" и временным рабочим таким-то. Трудовое соглашение со множеством разделов и подразделов, согласно которым он, временный рабочий, обязан выполнять то-то и то-то.
– Сволочи!
– сказал Морита голосом, неслышным для окружающих.
– Мало им этих паршивых бумажек и дурацких вопросов, так они еще издеваются...
– Держись, друг, - ответил ему шеф.
– Это еще только начало, цветочки, так сказать, а ягодки впереди...
Плохо повиновавшимися пальцами Морита взял ручку и поставил свою подпись.
Вот что произошло за месяц до этих событий. В специальной комнате на пятьдесят втором этаже фирмы электроприборов "Интернациональ" встретились двое. Эта комната была соединена прямым лифтом с кабинетом президента фирмы. Кроме двери, ведущей в лифт, была и вторая, потайная. Таким образом, сюда можно было проникнуть никем не замеченным.
За письменным столом сидел президент фирмы, напротив него - Морита. Президент показал ему фотографию, сделанную с самолета.
– Взгляните сюда. Это общий вид главного завода компании "Сэкай". В центре - большой серый корпус без окон. Его построили недавно, три месяца назад, он числится под номером семь. Здесь находится секретный цех.
– И что же они там производят?
– Если бы мы это знали, вы бы сейчас не сидели здесь, передо мной! президент повысил голос.
Морита едва заметно усмехнулся, и президент окончательно вышел из себя.
– С кем я разговариваю, с асом промышленного шпионажа, как вы сами себя именуете, или с несусветным олухом?! Он меня еще спрашивает, что производит компания "Сэкай" в секретном цехе! Установить это - ваша задача.
– Надеюсь, вам известно, как поставлено дело в компании "Сэкай", спокойно сказал Морита.
– Все производственные процессы у них содержатся в строгой тайне. Они превосходные конспираторы. Словом, противники, достойные вашей фирмы.
– За деньгами мы не постоим, - буркнул президент, успокаиваясь и доставая чековую книжку.
– Можете назвать любую сумму. Итак, в вашу задачу входит установить, что производят в секретном седьмом корпусе. Не церемоньтесь с ними, в таком деле любые средства хороши. Впрочем, этому вас учить не надо.
– Сумма неплохая, но недостаточная, - сказал Морита, мельком взглянув на чек.
– Будет справедливо, если вы ее утроите, в случае успешного выполнения задания, разумеется. И кроме того, у меня есть еще одно условие. Я хотел бы получить постоянную работу в вашей фирме. Надоело, знаете ли, каждый день идти на риск. Многие мои товарищи, люди молодые, полные энергии, никогда уже не смогут вот так беседовать с руководителем какой-либо компании, как я с вами сейчас. Они умерли, как говорится, пали жертвой "несчастного случая на производстве".