Новый декан
Шрифт:
Декан хохотнул.
— И что же, детектив, вы возьметесь доложить своему многоуважаемому начальству, что рехнувшаяся от горя женщина намолила себе монстра, и тот, скрываясь под видом ее сына, по ночам убивает людей? Так?
Звучало достаточно бредово, чтобы в это не поверил никто помимо нас.
С ответом Блэр так сразу не нашлась, и мне даже подумалось, что не найдется вовсе. А ее напарник только вздохнул обреченно, явно предчувствуя нерядовые неприятности.
— А заодно, детектив Льюис, не пожелаете ли вы рассказать пару лишних деталей на тему той волны убийств,
Разумеется, та история ни у кого из памяти не стерлась, однако судя по тому как вытянулись лица Льюиса и Блэр, мне было известно далеко не все. А вот Лестер каким-то образом дознался до всей правды. И она как минимум была неудобно.
— Я не понимаю, это шантаж? — как будто не поверила собственным ушам Сандерс, округлив глаза.
Она привыкла за все годы обучения в университете быть самой «зубастой», и пока недолгая служба в полиции не сбила с моей подруги спеси. К несчастью Би ее добычей Дин Лестер быть не желал.
— Именно он. Попробуйте протянуть свои лапы к Уиллу, и я приложу все силы и использую все возможности, чтобы вытащить его и утопить вас.
Похоже, что в своем намерении отстоять Уилли декан был серьезен как никогда.
Полицейские насупились с непримиримым видом. Я даже по взгляду Блэр могла с уверенностью сказать, что она станет бороться до последнего, чтобы существо, которое мы знаем как Уилл Ласлоу, получило свое.
— Би, что вы с ним сделаете? — внезапно почти весело спросил Лиам, подавшись вперед. В глазах Крайтона я с удивительно ясностью различила насмешку.
Дискуссия по поводу судьбы еще одного «сородича» и ее исход в менталисте вызвала живой интерес. Насколько Лиам вообще был способен испытывать интерес к происходящему вокруг.
Тут Сандерс поумерила пыл, а ее напарник призадумался.
— О чем ты? — уточнила подруга, похоже, не понимая, к чему клонит Крайтон.
Тот с укором вздохнул и продолжил говорить:
— Ну, запереть его нельзя. Все равно выйдет. Он же божество, его силы огромны. Проломит стену, вырвет решетку, да я даже до конца его возможности представить не в состоянии. Чары для него тоже не помеха. То, что он через них в дом Тета Пи Омега не стал ломиться — так просто не сообразил или запаниковал от незнания. Ему же семь лет всего.
Семь лет…
Пожалуй, теперь мне стала ясна причина «отсталости» Уилли. Если для юноши семнадцати лет он ведет себя странно, то вот для семилетнего ребенка это существо достаточно развито, в том числе интеллектуально.
— Значит, убить?.. — глухо спросила Блэр.
Похоже, ей самой не особенно нравилось собственное предложение. А что касается меня… Вдруг стало совершенно ясно: какие бы преступления ни совершил Уилли, я не позволю лишить его жизни! Горло перегрызу, но не позволю! Потому что…
— И в чем будет смысл? Он божество. Телесная оболочка для него значит не так уж и много. Просто дашь ему возможности нанести больше вреда и лишишь шанса общаться и развиваться как личности, — вынес смертный приговор этой идее подруги
Лицо Блэр буквально вытянулось от таких блистательных перспектив. Подозреваю, и я выглядела не лучше Сандерс, хотя мысль о том, что убивать Уилли не только не нужно, но еще и опасно, облегчила мне совесть и подняла настроение.
Ничего не нужно решать.
Просто Уилли нельзя трогать. И все. Без вариантов.
Бросив взгляд на часы, поняла, что на первую лекцию безнадежно опаздываю и, скорее всего, вообще на нее не попаду… Ну и черт с ней. В самом крайнем случае Лестер прикроет. Наверное, первый раз в жизни учеба для меня оказалась в самом конце списка приоритетов.
— И что ты предлагаешь, Лиам? Позволять тому, кого мы зовем Уиллом Ласлоу, творить все, что ему только вздумается? — с вызовом спросила у Лиама Крайтона моя дорогая подруга Блэр.
Долг и совесть все-таки в ней были сильны.
Льюис скривился. Такая перспектива напарника моей подруги не устраивала не меньше, чем ее саму.
— Даже если мы не сможем ничего доказать, как и говорит профессор Лестер, мы все равно должны его остановить. Люди умирают, — настаивал полицейский.
Рядом со мной устало вздохнул декан.
— Но я ведь уже предложил вам. Нужно вырвать Уилли из-под контроля Эльзы Ласлоу. Я увезу мальчика в Вессекс, воспитаю его, научу, как жить среди людей и не убивать, — принялся убеждать Блэр и Льюиса преподаватель. — Он чужая воплощенная ненависть, но он хочет стать чем-то большим.
Звучало красиво, но все-таки недостаточно убедительно. Однако, как оказалось, Дин Лестер пока не закончил свою речь. Главный козырь он приберег на самый конец.
— К тому же Уилл мне подчиняется. Значит, я смогу удержать его в узде, если вдруг окажется, что его инстинкты слабей того разума, который у него имеется, — подвел итог всему разговору профессор Лестер. — Так будет лучше для всех, поверьте мне. Для Уилла и для тех, кто окружает его. Я смогу Уиллу и не только я. Его примет вся моя семья. Мы знаем как иметь дело с такими особенными. Пусть будет людьми.
Лестер говорил с горячностью и полной уверенностью в своих силах. И при этом не забывал обнимать меня, будто для него это было самым естественным дело. Если бы кто-то увидел нас сейчас, отмыться от обвинений в любовной связи уже вряд ли удастся. А может и черт с ним. Если он сумеет уберечь Уилли от мира и мир от Уилли, то уж и обо мне позаботится.
Правда?
— Как будто вам вообще требуется наше разрешение. Сэр, — процедила Блэр с возмущением и раздражением, однако мне было совершенно ясно — Би сдалась. Она посчитала единственным хоть сколько-то приемлемым вариантом тот, который предложил Лестер, однако признать это вслух стало бы для несгибаемой Блэр Сандерс личным поражением.