Новые
Шрифт:
Он берет мою руку и снова делает это.
Наполняет меня счастьем. Таким безграничным, что в нем не видно конца. В груди теплеет, на моем лице появляется улыбка. Я не хочу идти обратно в дом, не хочу что бы это закончилось. Я не хочу ничего кроме того что есть сейчас. Не хочу к папе.
– Ари, мы должны идти. – говорит Лиам. – Он будет зол.
Почему я чувствую что чего то не хватает? Я опираюсь об стену что бы не потерять равновесие, но у меня такое ощущения что я его уже потеряла. Что это за странное
Я никогда не плакала.
Ноги подкашиваются и я оседаю на пол. Моё лицо все мокрое от пота, капелька слезы стекает по щеке. Я закрываю глаза заставляя себя дышать. Этого просто не может быть, моё подсознание играет игры со мной. У меня никогда не было брата, никогда не было мамы.
В этом и прелесть таких как я. Нас можно сотворить из одного ДНК. Можно одиноким людям дать ребенка, вроде меня. Именно так и появилась я. У меня один родитель и всегда был.
На улице светлеет, но я не встаю с пола, продолжая прокручивать все в голове. Лиам. Как только его имя проносится в голове, наступает спокойствие. Так всегда было. Когда я думала что умру , там под водой, он заставлял меня жить. Заставлял тянутся к нему. Он всегда был со мной, пока не исчез.
Я не знаю от куда это взялось, но оно крепнет у меня в голове и я уверенна что так оно и было. Я помню. Я знаю что такое страх, любовь и потеря. Ещё минуту назад оно было таким чужим, но сейчас я отчетливо понимаю это. Мне кажется что я могу потрогать руками эти чувства, что сейчас я знаю что это.
Перевожу взгляд на разбитые часы и вздыхаю. Щеки высохли, глаза кажутся опухшими. Я неловко поднимаюсь и плетусь в душ.
Сегодня у меня еще куча работы.
После утренней тренировки я иду к Сэмюелю. В комнате хватаю карандаш и листок бумаги, как и обещала. Там снова присутствует отец, он не говорит мне не слова. Сейчас он выглядит на стервятника который наблюдает за своей жертвой.
Я захожу в комнату и Сэмюель поднимает взгляд на меня. Он быстро осматривает мои руки и меняется в лице. Он кажется благодарным, и мне хочется стереть это выражение с его лица, ведь я делаю то что велено.
Он снова сидит на полу, но встает когда я подхожу ближе. После сегодняшней ночи все вдруг меняется. Вдруг я понимаю его, понимаю его боязнь потерять Лекси.
Сэмюель протягивает руки, я передаю ему бумагу с карандашом. Он быстро выхватывает у меня вещи сжимая их в кулаке. Если бы не его взгляд, я бы подумала что он собирается воткнуть мне его в шею.
Может так было бы лучше.
Но его выражение говорит об обратном. Оно снова как будто смягчается, будто он знает что я другая.
Но он не знает.
Я прогоняю эти бредовые мысли, но не быстрее чем, на секунду, в моем теле снова появляется тепло. Я вспоминаю про часы, которых у меня больше нет. Отец будет не доволен когда заметит пропажу.
Сэмюель отворачивается от меня, прикладывая
Сэмьюель быстро складывает ее в ровный квадрат и передает ее мне вместе с карандашом. Он открывает рот что бы что то сказать, но в ответ я сильно сжимаю свой. Я не понимаю что делаю, но он улавливает движение моих губ и его рот захлопывается, так и не произнеся не звука.
Мои глаза метаются в сторону стекла, которое находится у меня за спиной и этого ему достаточно. Он понимает что я хочу сказать. Мои движения выходят как будто автоматическими, ведь я бы никогда не предала отца, никогда бы не предупредила врага.
Какого чёрта я творю?
Я ошеломлённо пялюсь на парня напротив меня, его лицо ничего не выражает. Он как будто пытается понять что я делаю. Что же удачи ему в этом.
– Можешь задать вопрос и я отвечу. – он нарушает тишину.
Я молчу обдумывая его предложения. Он всего в пару шагах от меня, это снова сбивает меня с толку. Я понимаю что за нами наблюдает отец и пытаюсь держать себя в руках, хоть это не просто. Единственное о чем я могу думать, так это как я прикасаюсь к нему и чувствую то же самое что он. Мы вдвоём и одно чувство на двоих, связывающие нас.
– Что означает второе тату? – спрашиваю я, нервно сглатывая. В горле пересохло.
– О ты заметила. – на его лице появляется слабая улыбка, и это делает его лицо еще симпатичнее. – Это отличающий знак моей семьи.
– Будем говорить загадками? – ведь я уверенна что это что то большее, не смотря на путаницу в голове.
– Нет, я говорю как есть. – он усмехается. – Это не семья в буквальном смысле, просто люди с единым мышлением.
– Значит это два сообщества? – не понимаю я.
– Почти. – говорит он. – Мы разделены по назначениям.
– У Лекси его нет. – он тут же напрягается после моих слов. – Она не твоя семья?
– Не впутывай сюда Лекси. – цедит сквозь зубы он.
– Но вы же вместе. – не отступаю я. – Значит у вас разные взгляды на жизнь?
– Она не должна делать тоже самое что и я, что бы быть вместе со мной. – рычит он.
Медленно, маленькими шагами, до меня доходят его слова. Он что то должен делать, что то связанное со мной. В голове вспыхивают картинки насилия и мёртвых тел Новых. Меня незаметно передёргивает.
Я не могу вымолвить не слова. Он такой же как отец, только с другой стороны берега. Видимо он улавливает мою реакцию потому что у него на лице играет усмешка, которая только показывает как он горд собой.
– Как ты думаешь? – спрашивает он.
– В смысле? – я заставляю свой голос звучать, не смотря на ком в горле.
– Что происходит у тебя в голове? – он пристально смотрит на меня. – Как это работает? Я никогда не общался ни с одним из вас. Это пустота в голове? Что ты чувствуешь когда, например, я бы чувствовал печаль?