Новые
Шрифт:
– Она всего ещё ребенок. – сказала мама своим спокойным голосом.
– Ты знаешь что это не так. – рявкнул он и посмотрел на Лиама, который не отпускал мою руку.- Тебе тоже не стоит этим заниматься.
Лиам лишь виновато опустил глаза, как обычно это делал. Я же встретила недовольный взгляд отца и не отпускала его. Мне не нравилось что он так часто ругает его. Мне вообще папа не нравился.
–
– Куда? – спрашиваю я.
– Мама сказала что там мне будет лучше. – говорит он и закапывает обратно коробку. – Я не знаю куда.
Из воспоминания меня вырывает хрипящий звук. Я смотрю на грудь Сэмюеля которая теперь вся покрыта ранами и кровоточит. Его дыхание стало тяжелым, глаза закрыты. Его лицо я не трогала, лишь била по туловищу, как по боксёрской груше.
На руку капает что то мокрое, я понимаю что снова плачу. Я ловко стягиваю кастеты с рук и бросаю их на землю. От звука Сэмюель вздрагивает. Я подхожу к нему и останавливаю его качающейся тело осторожно дотрагиваясь до его талии.
Завтра он умрет, если отец не решит и не закончит это сегодня. Впервые я чувствую ненависть. Я ненавижу себя, ненавижу эту жизнь и мои руки которые причиняют боль.
Мои руки легко сжимают его бока и я вспоминаю Лиама и то чувство которым он питал меня. То спокойствие что вызывает его имя. Я делюсь им с Сэмюелем, ведь неважно что он узнает это если скоро его не будет в живых, не важно, если мои руки теперь пропитаны его кровью. Если я несу ответственность за боль, которую он испытывает сейчас.
Сэмюель резко втягивает воздух, перед тем как его дыхание становится более ровным. Образ голубоглазого мальчика появляется в голове. Его смех заполняет мои уши. Появляется ощущение правильности, как будто все на своих местах, как и должно быть.
Я дома.
Лиам трепет мои волосы. Лиам щекочет меня. Лиам учит меня ездить на велосипеде. Лиам рассказывает мне историю о принцессе в замке.
Ощущение пульсируют у меня в ладонях, которые дотрагиваются до голого живота Сэмюеля. Приходит образ Лекси, которая улыбается получив его записку. Ее улыбка как свет в конце тёмного туннеля.
Тут же образ меняется и я вижу себя со стороны, в этой жуткой комнате. Беспорядочно волнистые волосы, взгляд отведен куда то в бок, синяк на левой щеке, бровь не до конца зажила, припухшая разбитая губа, следы пальцев на шее. И мне в голову приходит мысль, что я красивая. Холодная красота.
Я отрываю свои руки от голой плоти и трясу головой, не понимая от куда мне пришел этот образ. Я всегда могла уловить лишь голые чувства и отдавать то же самое назад. Именно так мы и делились с Лиамом, именно так это работает.
Я никогда не видела мысли других людей. Я это проделывала
Я на шаг отступаю от Сэмюеля, который поднимает голову и смотрит на меня. Его лицо искажается болью, от движений и я хочу забрать ее. Я уже готова снова кинутся к нему, но вовремя отдёргиваю себя. Для уверенности я отступаю ещё на пару шагов.
Я не могу ничего с собой поделать. Я разворачиваюсь и ухожу из комнаты. Чуть дальше в коридоре стоит Тревис который мне усмехается:
– Ну? Он начал говорить?
– Нет. – я проношусь мимо него, по лестнице вверх.
Я не оглядываюсь, не останавливаюсь. Как только двери лифта открываются на моём этаже, я скрываюсь в своей комнате и опускаюсь на пол прямо возле двери.
Я не могу этого делать. Не могу видеть то что видела. Это лишь моё воображение.
Потому что если я могу видеть других, то и они могут видеть меня.
Глава 8
Вечером ко мне входит отец, как раз в то время когда я собираюсь на ужин. У него снова этот сосредоточенный взгляд. Он стоит возле двери, преграждая мне путь к выходу.
– Он тебе ничего не сказал. – говорит он.
– Он и не скажет. – отвечаю я спокойным голосом. – Это не имеет смысла. Легче его убить.
От этой мысли у меня все внутри каменеет.
– Его подруга тоже молчит. Третий так и не приходил в себя. Его состояние критическое. – он молчит пару секунд. – Ты права, я пошлю кого то убить обоих.
– Хорошо. – отвечаю я, хоть мне хочется сейчас же остановить их.
– Тебя ждет Мэдисон. – говорит он и открывает дверь комнаты, пропуская меня вперед.
– Со мной все в порядке. – говорю я выступая в коридор.
– Я знаю. – он шагает рядом со мной. – Введение ампулы переносится на сегодня.
– Что за спешка? – спрашиваю я безразлично, хоть в груди у меня всё сжимается.
– Это для твоего же блага. Потом поблагодаришь меня, когда тебе не придётся проходить тесты каждый месяц.
Я не верю ему. Я никогда не сомневалась в его словах, но не после воспоминаний, не после того как он врал мне. В детстве Лиам боялся его и только теперь я понимаю что это было не просто так.
Он заставил Лиама уйти. Заставил маму уйти.
До кабинета Мэдисон мы проходим молча. Но это молчание не такое, как обычно – нормальное. Это как затишье перед бурей. Как будто в любой момент он взорвётся и мне даже не надо дотрагиваться до него, что бы почувствовать это.
Он проталкивает меня в кабинет и сам закрывает за мной дверь, снаружи. В углу на кушетке лежит Хакан. Его лицо настолько мирное, что мне становится не по себе.
– Садись. – из другой комнаты выходит Мэдисон и я тороплюсь сделать как велено.