Новоумие
Шрифт:
Он наклонился ко мне и с очаровательной свирепостью окинул взглядом учеников, имевших неосторожность попасть в поле моего зрения. Я поняла, что узнавание друг друга займет гораздо больше времени, чем я думала. С другой стороны, у нас впереди еще куча страниц, надо же их чем-нибудь заполнять!
— Я хочу узнать о тебе все, Бегги! О, как я жажду получше узнать все сокровища твоей уникальной, хрупкой и ранимой души! Я даже не знаю, с чего начать. Скажи, какое мороженое ты предпочитаешь? — Тедди был очень скрупулезен.
Я едва удержалась, чтобы
— Любое, кроме ванильного. А какие у тебя хобби?
— Кроме охоты и сладких мечтаний о том, как я порву твое нежное горлышко и сделаю несколько шокирующих фотографий для своей маленькой коллекции? Пишу стихи и жалуюсь на мучительность бытия. Кто твои любимые писатели?
— Сильвия Плат, Вирджиния Вульф, Эмили Бронте — они обращаются к моему чувствительному женскому сердцу, понимаешь? А еще мне очень нравится автобиографическая книжка одной женщины по имени О. [21] Я нахожу это произведение очень вдохновляющим.
После этого мы сделали небольшую паузу, и я жадно впилась взглядом в глаза Тэдди, ожидая чего-то большего.
Эта игра в вопросы и ответы оказалась очень увлекательной. С ее помощью я смогла проникнуть в глубокую, вдумчивую душу Тэдди, а он получил доступ к тайникам моего сердца. Как жаль, что нам не отвели для этого три главы!
21
«История О» ( фр.Histoire d'O) — откровенный эротический роман Доминик Ори, впервые изданный в 1954 г. под псевдонимом Полин Реаж. Считается одной из главных культовых книг садомазохистов.
— До сих пор я предпочитал общаться с молчаливыми сильными личностями, — признался Тэдди, — однако рядом с тобой мне кажется, будто вопросам не будет конца. О, сколько всего я хочу у тебя спросить! Что ты больше любишь — «пепси-колу» или «кока-колу»?
— «Пепси». — Я никогда не выбираю самое очевидное, это делает меня загадочной. — А какой твой любимый фильм?
— «Психо» и «Американский психопат», обожаю оба, — со странной тоской в голосе ответил Тэдди. — Впрочем, «Помешанный: признание некрофила» тоже был весьма неплох. А твои?
— «Интервью с вампиров», — игриво улыбнулась я, но тут же нахмурилась, потому что какой-то назойливый звук мешал мне сосредоточиться. — Ты слышишь это?
— Что? Прости, что ты сказала? — переспросил Тэдди, но его слова были заглушены звуками музыки.
— Слышишь музыку? — истошно заорала я, но Тэдди только смущенно покачал головой, поскольку закадровые звуки становились все громче и громче.
Тем
Признаюсь, я запаниковала, но потом поняла, в чем дело.
Безжалостная Степфордия Май'О решила прервать наш разговор наложением саундтрека, чтобы поскорее перейти к следующей сцене. Как она посмела? Именно сейчас, когда мы с Тэдди, наконец-то обрели возможность до мельчайших подробностей познать друг друга и обсудить, когда он сможет пробраться в мою спальню, чтобы мы, наконец, приступили к исследованию сокровенных уголков своих внутренних сущностей, она вдруг решила сократить наш диалог!
Я сразу поняла, что никогда не смогу полностью оправиться от такого оскорбления.
С другой стороны, переход к следующей сцене сделает сладостный миг окончательной ясности еще ближе, так что, может, оно и к лучшему. Поэтому я легла на спину и смирилась с медленно отъезжающей камерой.
Глава 9
СЕМЕЙНЫЙ УЖИН
— Это была лучшая неделя в моей жизни! — искренне воскликнула я неделю спустя, глядя вниз с верхушки единственной в Глухомань Виладж телефонной мачты.
Тэдди сидел на самой верхней перекладине, а я цеплялась за него. Признаться, я рассчитывала на другое, когда он пообещал «вознести меня на такую высоту, о которой я и не мечтала», да и вид отсюда был не сказать чтобы впечатляющий, однако мне было приятно сознавать, что я буквально смотрю сверху вниз на всех жителей Глухомань Виладж.
Просто позор, что динамичный темп повествования не позволяет мне подробно описать вам все, чем мы занимались на этой неделе, наши искрометные шутки, наши многочасовые интеллектуальные беседы и тому подобное, так что вам придется поверить мне на слово. Мы с Тэдди были родственными душами, ни убавить, ни прибавить. За эту неделю я несколько раз думала только о нем. Моя зрелость росла не по дням, а по часам.
— Я вот решился, — заметил Тэдди. Его херувимоподобное лицо было торжественно, как лик статуи на крыше собора — нет, не горгульи, а какого-нибудь более ангеловидного существа. — Я долго обдумывал этот шаг, и считаю, что созрел. Я хочу задать тебе один вопрос.
Я закрыла глаза.
«Неужели он почувствовал, что настало время вонзить в меня свой вопрос?»
Я плотнее прильнула к его мускулистым бедрам и стала ждать.
— Ты согласишься поужинать в кругу моей семьи? — выпалил Тэдди.
Я чуть язык не проглотила от волнения. Ах, я давно подозревала, что семья Тэдди устраивает чудесные вечеринки, и вот теперь они хотят видеть меня в своем кругу! Неужели скоро я смогу навсегда распрощаться с унылой трясиной своего низкого происхождения и войти в мир звезд?
Должно быть, Тэдди истолковал мое молчание как несогласие, однако продолжил:
— Я понимаю, это нечто вроде обряда инициации, как говорится во всех книгах Джуди Блум, но чувствую, что мы готовы на этот шаг.