Новое оружие

Савченко Владимир Иванович

X е н и ш. Вы уверены, сэр?

К л и н ч е р. Я знаю это, сенатор. Я через Управление разведки проследил каналы, по которым фирмы получали информацию – и они сходятся к одному источнику: к вам. Я помню и ценю вашу поддержку, поэтому мне неприятно знать то, что я знаю. Но, как хотите, мне придется сообщить это адмиралу. Сейчас, когда еще нет надежных результатов, создавать бум вокруг работы!..

X е н и ш. Вы ничего не сообщите, генерал.

К л и н ч е р. Вот как!

X е н и ш. Да. Вы разбираетесь в теории надежности электронных устройств?

К л и н ч е р. Нет... Зачем это мне?

X

е н и ш. Хочу вас познакомить с интересными работами в этом направлении одного русского... (Достает из кармана несколько брошюр, протягивает генералу.) Полистайте. Они снабжены английскими аннотациями. Там автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата наук на тему «Способы повышения надежности электронных устройств» и три статьи, опубликованные в прошлом году в русских журналах... Кстати, мне не пришлось прибегать к услугам разведки, чтобы добыть эти оттиски – их легко можно получить через Международный библиотечный фонд.

К л и н ч е р (рассеянно вертит брошюры в руках). Зачем это мне?

X е н и ш. Л затем, что автором этих статей и диссертации является известный вам стажер Илья Степэнтчэйв, некогда аспирант, а ныне доцент кафедры электроники в Московском физико-технологическом институте. Так там написано.

К л и н ч е р (листает). Вот как! Это интересно.

Х е н и ш. Это более чем интересно, полковник...

К л и н ч е р. Генерал, сэр. Бригадный генерал!

X е н и ш.Это более чем интересно, полковник. Это значит, что стажер Степэнтчэйв не был агентом, выведывавшим наши разработки в области ядерной стабильности. Это значит, что ваши данные о развернутой русскими работе в этой области – ложны... майор! Это значит, что возглавляемая вами работа стоимостью в пятьдесят миллионов долларов – колоссальная афера... лейтенант Клинчер!

К л и н ч е р. Не спешите унизить меня, сэр! Вы забываете, что эти данные подтвердили вычислительные машины, что с ними согласились специалисты! Хениш. Машины работают на тех, кто их программирует, сэр. Специалисты – на тех, кто им платит.

К л и н ч е р. Неужели... Неужели они обманули меня?

X е н и ш. Вы хотели, чтобы вас обманули, Клинчер.

К л и н ч е р. Но... Но есть данные, что русские работают!

Х е н и ш. Теперь вашими данными побрезгуют даже репортеры Херста.

Ф р е н к (появляется в дверях). Добрый день, сенатор! Каким ветром...

К л и н ч е р. Значит, это все он? (Вскакивает, бросается к Френку.) Ты... Ты, грязный провокатор! Убью!

X е н и ш. Клинчер, сесть!

Клинчер беспомощно оглядывается.

Сесть!!!

К л и н ч е р. Но ведь... это все он! Он! Боже, что теперь будет? (Опускается в кресло, закрывает лицо ладонями.)

Ф р е н к. Что с вами, генерал? Что здесь происходит?

X е н и ш. Ничего особенного, мой мальчик. Просто все раскрылось.

Ф р е н к. Что именно?

Х е н и ш. Твоя шутка со Степэнтчэйвом, Френк.

Ф р е н к. Да? Уже? (Опускается в кресло.) Жаль... Я думал, у нас есть еще года полтора в запасе. Мы бы успели выйти на верную дорогу...

X е н и ш. Не выйдете вы

на нее и за двадцать лет, парень. Я как-никак тоже физик. Кроме того, я выяснил мнение и других физиков, не только Бена Голдвина... Дохлое дело, сынок! (Хлопает Френка по колену.) Вы могли обвести такого самонадеянного болвана, как Клинчер... который к тому же желал, чтобы его обманули – как девственница желает, чтобы ее соблазнили!

Клинчер делает движение.

Молчать, генерал! Но старого Хениша вам не обвести. Старый Хениш сам кого хочешь обведет!

Ф р е н к. Что же вы теперь намерены предпринять?

Х е н и ш. Ничего особенного. Ничего особенного, сынок.

Входит Голдвин с лабораторным журналом под мышкой. Судя по походке, он сильно устал. Оглядывает собравшихся.

Г о л д в и н. Добрый день, сенатор. (Присаживается к столу, что-то записывает в журнал.)

X е н и ш. Добрый день, профессор. (Поднимается, прохаживается по приемной и, будучи в хорошем настроении, повторяет.) Добрый день, добрый день! (Останавливается у модели ядра.) Это оболочечная модель, профессор?

Г о л д в и н (не поднимая головы). Да.

X е н и ш. Ага. Ну, конечно: красные шары – протоны, белые – нейтроны. Что ж, наглядно... Профессор, а вам не кажется, что пузырьковая модель была вернее этой грозди? Ядерные силы – натяжение пленки, электрическое отталкивание протонов – давление воздуха. А?

Г о л д в и н. Нет, не кажется. Пузырьковая и капельная модели слишком примитивны, они не передают строения ядер.

X е н и ш. Да? Возможно, возможно... Я, конечно, отстал. Постойте, что это? (Отделяет один шарик от модели, рассматривает.) Боже мой, резиновые шары «Глобус ком-пани»! Я и не знал, что они до сих пор выпускаются! (Отрывает нитку, картинно прохаживается по приемной.Клинчер и Френк, как завороженные, следят за ним.) Покупайте надувные шары «Глобус компани»! Дети, покупайте карандаши, перья, тетради, пеналы только в магазинах «Глобус компани»! «Глобус компани» существует для вас! Покупайте! Покупайте! Покупайте!

Г о л д в и н (поднимает голову, строго). Что с вами, сенатор?

X е н и ш. Воспоминания, док, воспоминания... Ведь с этих шариков все и началось. В 1880 году мой дед Генри Арнольд Хениш открыл в Окленде, штат Калифорния, лавку по торговле игрушками и товарами для школьников. До своей смерти старый Генри успел сколотить двести тысяч и открыть филиалы во всех городах Западного побережья... (Любуется шариком.) Ах, девятнадцатый век, тихий, неторопливый девятнадцатый век! При моем отце, Бирайя Хенише, «Глобус компани» расширила и ассортимент товаров, и обороты: она ставила на науку и росла вместе с веком. И теперь: покупайте масс-спектрографы «Глобус компани»! Покупайте лабораторное оборудование для физических исследований «Глобус компани»!