Новобранец

Хаецкая Елена Владимировна

Арилье остановился, обернулся.

— А куда? — отозвался он. — Я уж по пути сейчас и так, и эдак прикидывал… Защитница Гонэл не видит в нем опасности, значит, он и впрямь не опасен.

— Да я не об этом, — с досадой произнес Денис. — Думаешь, я боюсь?

Пленник, видя, что конвоиры остановились, тотчас уселся опять на корточки. Денис поддернул веревку, понуждая того встать.

— Не знаю, — сказал Арилье. — Лично я немного опасаюсь. Это как с той пряжкой, которая тебе понравилась. Навредить не может, но слишком

много на нее разной грязи налипло.

— Вот и я насчет грязи, — подхватил Денис. — Оносмердит.

— Значит, решено, — объявил Арилье. — Возвращаемся в сарай при конюшне. Местечко, конечно, так себе — не шелковый будуар, — но сутки, я думаю, провести вполне можно.

День получился длинный, а ночь — и того длиннее. И каждый раз Денис думал, что хуже быть не может, но вскоре, как нарочно, убеждался в своей ошибке.

Сначала Клеф пил воду. Потом его тошнило. Потом он ел. Потом его тошнило.

Арилье пережидал эти события снаружи, Денис то входил в сарай, то выскакивал оттуда: он почему-то маниакально боялся, что пленник совершит побег.

Наконец Арилье сказал:

— Никуда он не убежит. Сдается мне, что он, наоборот, к нам бежал.

— Ну да? — поразился Денис.

— Давай избавим его от этой веревки, а? — предложил Арилье. — Пусть сам за собой прибирает.

Денис нашел идею товарища вполне здравой и, стараясь не дышать, снял с пленника веревку. Тот завертелся на месте, ощупал себе руками шею, потер запястья и вдруг расплылся в идиотски-счастливой улыбке. Она полностью преобразила лицо пленника. Так мог бы выглядеть слабоумный пенсионер, которому сперва отказывали в выдаче справки, а потом все-таки смилостивились.

Денис попятился.

— Кто… вы? — спросил он тихо. — Кто вы такой?

— Клеф, — ответил пленник и тоненько захихикал.

Денис опрометью вылетел из сарая.

— Он сумасшедший! — выпалил юноша.

Арилье повел плечами — типично эльфийский жест, изящный и небрежный одновременно.

— Разумеется, он сумасшедший. Этот человек провел у троллей слишком много времени, чтобы сохранить здравый рассудок.

Денис боязливо оглянулся на сарай.

— Мне бы, наверное, и пары дней хватило… Интересно, что они с ним делали?

Арилье прищурился.

— Тебе и вправду интересно? Можно расспросить. Он скоро заговорит, вот увидишь.

Денис представил себе грядущую беседу с Клефом — хриплый голос пленника, его манеру кашлять, перебирать пальцами, водить плечами и приседать.

— Нет, — сказал Денис, — мне почему-то совсем не интересно.

* * *

Клеф провел беспокойную ночь. Оба его надзирателя вообще не спали — сидели у входа в сарай и пытались разговаривать — о том, о сем. О безымянной эльфийской воительнице: Арилье знал о ней несколько историй, ни одна из которых, впрочем, не могла польстить самолюбию Дениса.

О разных забавных случаях, в которых речь шла о курении в мужском туалете и попытках пронести пиво на выпускной вечер. О пограничных стычках с малыми отрядами троллей. Об утонувшем однокласснике. О погибшем предшественнике Дениса.

Разговор то и дело умолкал, когда из сарая доносились стоны, невнятные возгласы, а иногда — и быстрый, панический топоток, словно пленник пытался убежать от кого-то. Пару раз Арилье заглядывал в сарай: Клеф спал, беспокойно разбросав руки. Очевидно, он почувствовал чужое присутствие, потому что вдруг сильно дернулся, вскочил и схватился за голову.

— Все в порядке, — сказал ему Арилье. — Это всего лишь я. Спи.

Клеф беспрекословно повиновался и рухнул, как подкошенный. Спустя миг он уже мучительно храпел.

Утро доказало правоту Арилье: пленник был человеком, а не троллем. Он не умер, замок не убил его. Напротив, Клеф проснулся почти вменяемым. Во всяком случае, он в состоянии был вести связный диалог.

Денис приказал ему выйти.

— Солнце, — сказал Клеф из полутьмы сарая.

— Вот именно, — буркнул Денис. — Ты проспал почти до полудня. Выходи.

Клеф выбрался, приседая при каждом шаге, и устроился по обыкновению на корточках. Снова потер свою шею, поднял голову и глянул на Дениса. Дикая тоска стояла в его темных глазах.

— Ешь. — Денис поставил перед ним плошку с кашей. — Только не давись, опять стошнит.

— Стошнит! — обрадовался Клеф и принялся заталкивать кашу в рот руками.

Арилье сказал:

— У меня идея. Засунем его в бочку с водой. Водная процедура его немного освежит. Заодно и воздух чище будет.

— Это еще вчера нужно было сделать, — упрекнул друга Денис.

— Вчера я сомневался, — ответил Арилье невозмутимо.

— В чем? — Денис прищурился. — В том, что это… существо… гм… нуждается в купании?

— Ну, — протянул Арилье, — для начала я сомневался в том, что он не тролль.

— Ты сомневался? — поразился Денис. — Вчера ты выглядел очень уверенным.

— Мало ли как я выглядел! Я же эльф. Для меня приврать — еще один способ самовыразиться.

— Ты нанес мне удар в самое сердце, — сказал Денис, патетически ударяя себя в грудь.

— Я же только в мелочах привираю, — утешил его Арилье. — В главном я честен, как колодезная вода, и так же хрустально тверд.

— Как вода?

— Когда она замерзает и превращается в лед, — пояснил Арилье.

— А если он все-таки тролль? Или полутролль? — Денис опасливо покосился на довольно ворчащего Клефа. — Полутролль — это ведь не лучше, чем полный! Или как у вас считается?

— Видишь ли, Денис, брат мой, — с расстановкой проговорил Арилье, — я размышлял над этим всю ночь. И пришел к очень простому выводу. Если он подохнет в бочке, мы его прямо в бочке и похороним.