Новичок
Шрифт:
— Мы по военным делам касательно эльфийской границы. Король изъявил желание призвать преступников в армию, тем самым отменив их тюремное заключение. Мы от его имени наводим справки, подчинятся ли генералы такому решению.
— Очаровательно. Конечно, мы знаем, что число призывников в последнее время сократилось, но это все же удивительно. Какое изящное решение проблемы, — произнес Каспар с натянутой улыбкой. — Может, мы сможем обсудить это за обедом и бокалом бренди? Между нами, местный постоялый двор отвратителен, и мы будем рады обеспечить вас удобными кроватями после долгого путешествия.
— Мы были бы благодарны. Мы прошли весь путь от Корсилиума и не спали
— Тогда нам надо набрать для вас ванну и приготовить горячий завтрак. Меня зовут Каспар Кэвел, я старейшина деревни… — сказал Каспар, ведя их вниз по дороге.
Флетчер обдумывал новости, пока их голоса затихали. Он никогда не думал, что преступников можно принудить служить в армии. Ходили слухи, что принудительный набор в армию для всех молодых людей проходил прямо за углом, это одновременно и нервировало его, и возбуждало. Призыв был внедрен во время Второй Орочьей Войны, века назад. Эта война велась против орков-налетчиков, которые крали домашний скот и вырезали городское население в зарождающейся Гоминиумской Империи. Сотни деревенских жителей были уничтожены, прежде чем орков удалось изгнать обратно в джунгли.
В этот раз Гоминиум сам начал это, вырубая их леса в качестве топлива для начинающейся промышленной революции. Это было семь лет назад, и конца войны не было видно.
— Если бы я мог ковать эти мушкеты, в лавке вообще не было бы нужны, — проворчал Бердон позади него. Флетчер кивнул в знак согласия. Мушкеты были очень востребованы на передовой линии, они изготавливались гномами-механиками, что жили в недрах Корсилиума. Технология изготовления прямых стволов и механизма хранилась в строжайшем секрете, который гномы ревностно оберегали. Это было прибыльное дело, хотя технология только недавно была внедрена в армию. Если раньше в битве орки часто могли выдержать град стрел, то теперь вал мушкетного огня был гораздо эффективнее.
В этот момент Флетчер заметил последнего путника, проходящего через ворота. Это был седой солдат с серыми волосами и небритым лицом. На нем была красная с белым униформа, ткань рваная и поношенная, забрызганная грязью и покрытая дорожной пылью. Большинство пуговиц на плаще отсутствовали или свободно болтались. Он был не вооружен, что было необычно для члена торгового каравана и тем более для солдата.
У него не было лошади или тележки, но вместо этого он вел мула, нагруженного седельными сумками. Его ботинки находились в плачевном состоянии, подошва была стоптана и хлюпала при каждом нетвердом шаге. Флетчер наблюдал, как он разместился напротив него и привязал мула к угловой стойке ближайшей лавки, прежде чем продавец успел возмутиться.
Он распаковал седельные сумки, вытащив связку одежды и положив несколько предметов поверх нее. Солдат, скорее всего, направлялся к эльфийскому фронту, вызванный из-за того, что был уже слишком стар для реальных сражений, но так и не дослужился до офицера. Будто почувствовав его взгляд, старик выпрямился и ухмыльнулся любопытству Флетчера почти беззубым ртом.
Флетчер вытянул шею, пытаясь рассмотреть солдата получше, и его глаза округлились, когда он увидел, что тот выставил на продажу. Там были огромные кремниевые наконечники размером с кулак, края заточены в форме шипов, которые раздирают плоть. Ожерелья из зубов и высушенных ушей были разложены как величайшие драгоценности. Рог носорога с железным острием был выставлен впереди всей коллекции. В центре находился огромный череп орка, вдвое больше человеческого. Он был гладко отполирован и выбелен солнцем джунглей, с тяжелыми надбровными дугами
Флетчер повернулся и умоляюще посмотрел на Бердона, который тоже заметил, что мужчина продавал. Он покачал головой и кивнул на прилавок. Флетчер вздохнул и занялся своим ассортиментом товаров. День обещал быть долгим и бессмысленным.
4
СОЛДАТА ОКРУЖИЛА НЕБОЛЬШАЯ ТОЛПА, состоящая преимущественно из детей, хотя также там было несколько стражников, у которых не было ничего на обмен и не было денег на покупку.
— Подходите ближе! Все, что перед вами — оригиналы. Каждая вещица имеет историю, от которой у вас кровь в жилах застынет, и вы поймете, что вы везунчики, что обосновались на севере, — кричал он, со сноровкой торговца фруктами, подкидывая наконечники высоко в воздух и ловко ловя их между пальцами.
— Может вас заинтересует набедренная повязка гремлина или орочье кольцо для носа? Вы, сэр, что скажете? — обратился он к юноше, ковыряющему в ухе, которому определенно не подходило обращение «сэр».
— Что такое гремлин? — спросил парнишка, широко распахивая глаза.
— Гремлины — это рабы орков. Их можно сравнить с оруженосцами рыцарей в древности, выполняющими каждый приказ. Войны из них так себе, быть слугами заложено у них в крови. Это, и то, что они ростом едва ли по колено человеку, — сказал он, показывая рукой.
Флетчер взглянул на безделушки по-новому. Большинство людей имело представление о гремлинах, даже так далеко на севере. Они ходили на двух ногах, как и орки, но из одежды носили только оборванные полосы ткани вокруг талии. У них были характерные уши как у летучих мышей, длинные изогнутые носы и вытянутые гибкие пальцы, идеально подходящие для выковыривания улиток из панцирей и насекомых из гнилых бревен. У гремлинов была серая кожа, как и у орков, и большие выпуклые глаза с огромными зрачками. С взрослым орком высотой в восемь футов, картина гремлинов, кланяющихся их хозяевам-оркам, напомнила Флетчеру о слепых щенках рядом с горным волком.
— Где ты все это достал? — спросил парнишка, опускаясь на колени, чтобы получше рассмотреть товары.
— Я взял их у мертвых, мой мальчик. Им это больше не понадобится, не там, куда они направляются. Таким образом, я привнес сюда небольшой привкус войны.
— Ты направляешься на эльфийский фронт? — спросил стражник. Флетчер узнал в нем Якова и нырнул за прилавок. Если Яков его заметит, то может вспомнить о выпивке, которую Флетчер ему пообещал. А ему нужны были все его деньги, чтобы купить куртку.
— Да, я действительно туда направляюсь, но не потому, что я бесполезный мешок с костями, точно нет. Я один выжил из моего отряда. Был схвачен ночным рейдом во время разведывательной операции. У нас едва ли был шанс, — в его голосе прозвучал намек на горе, но Флетчер не был уверен, не притворство ли это.
— Что случилось? — спросил Яков, его голос сочился неверием, пока он оглядывал старика с головы до ног.
— Я предпочту не рассказывать. Это не то событие, о котором приятно вспоминать, — пробормотал солдат, избегая взгляда Якова. Он склонил голову в явной печали. Послышались насмешки, и толпа начала расходиться, принимая его за лжеца.