Новатерра
Шрифт:
– Я соберу детей, - встрепенулась Марго.
– Нет!
– закусив губу, удержал её супруг.
Чего он сейчас боялся более всего, так это истерики жены. Срочно требовалось чем-нибудь занять её, отвлечь, загрузить работой.
– Нет!!! Нет необходимости, они уже... уже готовы. Слушай сюда! На антресолях лежат два вещмешка. Один - мой. Во второй грузи всё, что необходимо лично тебе на ближайшие неделю-две. Собери небольшой запас продуктов - сухари, консервы, концентраты, соль и всё такое...
– Сашка!
– прохрипела она, пытаясь освободить руку из его железного
– Выполнять!!!
Кое-как добившись своего, Александр на ватных ногах прошёл в детскую. Там за эти несколько минут не изменилось ровным счётом ничего, разве только сгустился поедучий дым и в шумовом фоне улицы окончательно стали преобладать вопли и стоны - звуки нечеловеческих человеческих страданий... Не было главного - не было чуда! Алёнка лежала на полу всё в той же страшной позе...
Слезы отчаяния помимо воли брызнули из глаз комбата, в горле застрял шершавый ком. Но он справился с собой. А что делать?! Время неумолимо уходило. Улетало, ускользало, мать его!
Предательски дрожавшей ладонью он прикрыл выпученные глаза ребёнка, завернул тельце в покрывало и накрепко прижал к груди.
– Прости, малыш! Я не успел. Я не успел помешать... Я не успел даже стать тебе настоящим отцом! Всё не хватало времени - командировки, служба, прочее... Но мы обязательно встретимся! Думаю, уже сегодня... До скорого свидания, девочка!
Невероятно 'кстати' вспомнились слова апостола Петра, из которых следовало: Александру, если хочет встретиться с безгрешной дочерью в раю, с этого дня заказано опаздывать на службу. Ну, а буде вдруг профукает ещё одну походную электростанцию, его ни то что в рай - и в преисподнюю не враз допустят...
С отяжелевшим телом Алёнки на руках комбат прошёл в скромный супружеский 'апартамент'. Марго сосредоточенно ковырялась в РД - рюкзаке десантника. 'О, Боже!
– думал он.
– Что сейчас начнётся'...
– Неужто спит?!
– подскочив к нему, жена приняла ношу и уложила на диван.
– Без сознания, - буркнул он в ответ.
И даже не соврал, потому что сознание, как известно, покидает тело вместе с жизнью...
– А Гоша?!
– Ушёл...
– Как это - ушёл?! У него всё в порядке?
– У него всё в порядке, - глухо повторил за нею Александр.
– Во всяком случае, хуже уже не будет...
– Что ты сказал?
– Рита явно не расслышала последней фразы. И вдруг, видимо, рассмотрев раны Алёнки, протяжно завыла, как волчица, потерявшая волчат.
– У-у-у-у-у-у-у!!! Это ты! Ты убил её! Зверь!!! Как ты мог?!!
И Александр сделал то, чего с ним прежде не бывало, пусть даже порой хотелось, - поднял её с колен и от плеча перетянул увесистой пощечиной.
– С ума сошла, дура грёбаная?!
– чувствительно встряхнул.
– Соображаешь хоть что-нибудь? Отвечать!!! Понимаешь меня?
Жена механически кивнула.
– Будем надеяться... Слушай и запоминай! Алёнка погибла. Гошка... Гошка ушёл. Что произошло, объясню позже. Если доведётся... Теперь об обстановке. Случилась глобальная катастрофа. Половина человечества сошла с ума, заразившись страшной внеземной инфекцией. Идёт повсеместная бойня. Продолжаться
Марго всё это время, глядя обезумевшими глазами на кадык супруга, лишь посекундно кивала, как фарфоровый китайский богдыхан.
– Врезать ещё разок?
Голова её мотнулась из стороны в сторону.
– Теперь вижу - понимаешь... Слушай и запоминай! Мы пробираемся в леса. Я прокладываю путь. Ты идёшь за моей спиной, несёшь свой рюкзак и Алёнку. Грохнешься в обморок - брошу! Закатишь истерику - изобью как собаку! Поняла?
Марго в очередной раз молча кивнула.
– Я, бля, русским языком спрашиваю: поняла?!!
– Поняла, - прохрипела она, заливаясь слезами.
– Молодец! Сейчас я буду собираться. А ты держи вход... ну, в смысле, обороняй дверь, и чтобы ни один больше Бледный сюда не проник! Чем бы только тебя вооружить?
И тут комбат впервые проклял свою законопослушность - сколько трофейного оружия сдал установленным порядком, сколько переломал, перетопил, перезарыл в чужих пределах, и не сосчитать! А как бы сейчас пригодилось... Стоп! Один из Бледных, охлаждающихся в коридоре, - местный участковый Бушкевич Василий Иванович, сосед, классный дядька, 'правильный мент', фронтовик, безотказный 'третий' в их с Доком компанию. У них в Органах от начала третьего тысячелетия - то усиление борьбы с терроризмом, то с футбольными фанатами, то с гастарбайтерами, то ещё какого чёрта, потому очень может быть, что пистолет... Есть пистолет Макарова!!! Есть два полных магазина! Есть ещё один патрон в стволе! Живём, Ритка!!! Пока... Пока только поставим его на предохранитель, а то мало ли...
– Обращаться умеешь?
– спросил он жену.
Та отрицательно мотнула головой. Ну да, комбат же никогда не брал её на стрельбы, как это делали многие сослуживцы. Собственно, она никогда и не изъявляла подобного желания - вот ещё! Баловство, мол, солдафонское...
– А не хер тут особенно уметь, не хер даже как-то обращаться, просто стреляй, и всё!
Он подтолкнул жену под прикрытие платяного шкафа, снял пистолет с предохранителя, вложил ей в ладонь, направил ствол на входную дверь и прижал её же пальцем спусковой крючок. Громыхнул выстрел, пуля беспрепятственно прошила основу из ДСП и два слоя отделочной доски-вагонки хлипкого дверного полотна.
– Вот и вся премудрость! Ничего не передёргивай, ничем больше, кроме спуска, не щёлкай - оружие автоматическое. Целиться в голову или по конечностям не нужно, один хрен промахнёшься. Направляй в грудь и стреляй. И никаких колебаний! Не выстрелишь в нужный момент - оба здесь навсегда останемся...
Оставаться в здании даже на время было никак нельзя. Из подъезда мало того что доносился нарастающий шум массовой драки, так ещё и явственно тянуло продуктами горения, то есть занимался пожар. А бездна в девять этажей, как ни крути, мало пригодна для экстренной эвакуации через окно без специальных спасательных средств...