Northern downpour
Шрифт:
— С Рождеством.
У неё в руках почти нетронутый бокал шампанского, мягкий белый свитер и глаза льдинки. Нура осматривается, стоя напротив, и изрекает:
— Крис неплохо постарался, мне нравятся украшения.
Он следит за её взглядом и натыкается на ветку омелы над их головами. Нура тоже её замечает, и её щеки окрашивает редкий румянец.
— Традиции нужно соблюдать, — замечает он, усмехаясь, и она поднимается на цыпочки, чтобы мазнуть губами по его щеке. Вильям слегка поворачивает голову, и её губы впечатываются в его. Ладони поднимаются, чтобы обхватить лицо
Если она не готова превратить дружбу в нечто большее, то он может спихнуть всю вину на омелу.
(Он очень надеется, что это будет не так).
Комментарий к лучшие друзья au
с наступающим с:
========== coffeeshop au ==========
Она из раза в раз продолжает писать на стакане кофе «Вильгельм», хотя он множество раз говорил, что его зовут Вильям. Память у неё хорошая, даже слишком, именно поэтому он получает свой заказ позже остальных и с корявыми буквами, написанными черным маркером. Нура не любит смешивать работу и личную жизнь, но этот засранец не заслуживает хорошего обращения. Мало того, что он сам по себе не самый приятный человек — она видела, как он зарядил бутылкой по голове какому-то парню, так умудряется портить ей настроение своими подкатами каждую её смену в кофейне. Она не ханжа и не социопат, просто мальчики, которые думают, что могут купить абсолютно всё, не входят в список её интересов.
К тому же, Вильям Магнуссон сделал больно её подруге, а такое не забывается.
— Ты сегодня ахеренно красивая. Как и всегда, — улыбается Вильгельм и облакачивается на прилавок. Чёлка скрывает его глаза, они у него орехово-карие (не то, чтобы Нура замечает это специально), а длинные пальцы постукивают по столешнице. Нура стискивает зубы и молча делает его заказ, отстранено думая, что зря сегодня не отдала свою смену Эве. У той свидание с Юнасом, очередная попытка спасти отношения, а у Нуры пронзительный взгляд Вильяма и гримаса на лице.
— Ваш заказ, — цедит она, пять минут спустя, даже не заморачиваясь тем, чтобы нарисовать банальную снежинку на пенке его кофе.
— Ты всегда такая бука? — он открыто забавляется, беря в руки стакан и не думая отходить. Посетителей, как назло, нет, и Нуре приходится изображать работника месяца с бабником, который трахнул её подругу, а потом даже не перезвонил.
— Ты хотел что-то ещё? — с приклеенной улыбкой говорит она, протирая витрину с выпечкой, чтобы хоть как-то занять руки.
— Твой номер телефона было бы неплохо.
— Это не входит в меню.
Вильям только смотрит на неё, кажется, целую вечность, а после уходит, оставляя Нуру прикусывать от досады и волнения губу, глядя на его спину.
***
По вторникам и четвергам он приходит в спортивной форме и с капельками пота у лба. Конечно, такой красавчик не может ко всему прочему не быть звездой спорта, чтобы толпы болельщиц не выкрикивали его имя. Нура за пару месяцев выучивает его заказы наперед, зная, что после тренировок он выбирает витаминный смузи вместо ванильного латте.
Она
— Кажется, твой Ромео сегодня не один, — подходит со спины Эскиль, и получает полотенцем по рукам. Нура машинально поднимает взгляд на входную дверь и видит уже знакомую фигуру. Рядом с ним парень, чуть пониже ростом, но с той же надменностью во взгляде, поэтому Нура заранее его не любит.
Его лицо кажется ей знакомым, но, написав на стаканчике «Крис», она приходит к выводу, что не могла его нигде видеть — в её круге общения отсутствуют мажоры.
***
Суббота, 00:11
Забери меня, я на вечеринке
После долгой смены хочется упасть и проспать три дня, но Нура поднимается среди ночи, натягивает джинсы, носки и свитер, попутно пытаясь дозвониться до Эвы, чтобы узнать, где, черт возьми, носит Мун. Та ищет приключения на свой зад, особенно после того, как Юнас начал встречаться с девушкой постарше, и у неё неплохо это выходит.
Добраться до нужного дома занимает двадцать минут, и к этому времени Нура успевает окончательно проснуться. Она выходит из своей старенькой машины (запретила родителям покупать что-то дорогое, не желая брать у них деньги) и уверенно вышагивает к дому, по дороге морща нос от вида кучки нетрезвых людей.
Эва обнаруживается на коленях у того самого парня, который был с Вильямом в кофейне. И по ней не заметно, что она хочет уходить. Мысленно Нура молит всех богов, чтобы Магнуссон не появился, но, само собой, её молитвы не услышаны.
— Какой приятный сюрприз, — раздается у самого уха, и она едва заметно вздрагивает, скрещивая на груди руки. Вильям, разумеется, как парень с обложки — волосы растрепаны, сквозь белую футболку виден торс, а на губах однобокая ухмылка мальчика-плохиша.
— Я бы так не сказала, — бормочет она, глядя ему в глаза (читала где-то, что это одна из тактик запугивания). Он однако испуганным не выглядит, только смотрит на неё, будто не видел ничего забавнее, и нависает, словно загнал в ловушку. — Я искала свою подругу, но, кажется, она занята.
Нура бросает взгляд на диван, где руки Криса лежат на спине Эвы, плавно двигаясь ниже, и осуждающе поджимает губы, жалея о прерванном сне.
— Может, пойдём туда, где не так шумно?
Она не знает, как ему удается так быстро вытащить её на улицу, но благодарна за глоток свежего воздуха после душного, пропитанного алкоголем дома. Она делает вдох и ощущает, как на плечи приземляется что-то теплое.
— Не нужно было, — слабо возражает, плотнее кутаясь в куртку Вильяма, пока тот запускает руки в карманы джинсов и пожимает плечами.
— Тебе было холодно, — вот весь его ответ.
Она не в курсе, когда он перестал смотреть на неё, как на очередной трофей, но сейчас в его взгляде теплота, которой не ожидаешь от мальчика с камнем вместо сердца. Вильям достает сигарету и, щелкая зажигалкой, закуривает.
— Так почему я тебе так не нравлюсь?
— Ты эгоист и думаешь только о себе, почему ты должен мне нравится?
— Я что-то тебе сделал? — у него почти уязвленный тон, и Нуре приходится напомнить себе, кто перед ней.