Нора

Макомбер Дебби

— Как наш пациент? — спросил он, едва Нора ступила на порог.

— Физически мистер Кэссиди поправляется. К сожалению, настрой у него неважный.

— Я мог бы кое-чему научить этого парня, — усмехнулся Дэвид.

Нора заулыбалась. Пребывание ее отца в больнице оказалось тяжелым испытанием не только его собственной выдержки, но и терпения всего медицинского персонала. Дэвид был не самым покладистым больным, особенно когда пошел на поправку. Его горячее желание поскорее вернуться домой

выражалось открыто и громогласно. Колби как-то заметил, что Дэвид стремился, чтобы весь персонал возжелал его выписки не меньше, чем он сам.

Нора присела на ступеньки и расслабилась. Большую часть дня она провела в предоперационной и очень устала.

— Папа, — осторожно начала она, облокачиваясь на перила. — Что ты имел в виду, когда сказал Стеффи, что Рауди объявился как раз вовремя?

Несколько мгновений отец молча смотрел на нее.

— Я это говорил?

— Так мне передала Стеффи, — улыбнулась Нора.

— Значит, так оно и есть, — пожал плечами ее отец.

Нора сняла с головы форменную шапочку и поднялась по ступенькам. Заходя в дом, она услышала, как посмеивается ее отец, и удивилась, что показалось ему таким смешным.

С тех пор как с ним случился инфаркт, Дэвид Блумфилд приобрел обыкновение выдавать романтические «предсказания» относительно двух старших сестер Норы. Нора надеялась, что он не будет делать подобные замечания насчет нее самой.

Валерия и Колби оказались первыми, кто удостоился его внимания. Любой, у кого было хоть чуточку мозгов, не мог не заметить их отношений. Не нужно было нанимать детектива, чтобы понять, что они влюблены друг в друга. Естественно, и у них были свои проблемы — но у кого их не бывает?

Когда их отец очнулся после операции, он заявил, что побывал в «жизни после смерти» и беседовал с Грейс — матерью девушек, которая умерла несколько лет назад от рака. Он сказал, что заглянул в будущее и теперь точно знает, за кого выйдут замуж его дочери. Сами того не желая, Валерия и Колби послужили доказательством правдивости его предсказаний. Любому было ясно, что они поженятся. Никто в больнице не удивился, когда Колби подарил Валерии обручальное кольцо. Но ее отец две недели сиял от счастья, что оказался прав.

Еще больше усложнилась ситуация, когда спустя короткое время Стеффи и Чарлз полюбили друг друга, точь-в-точь как предсказал отец. Но это тоже было вполне объяснимо. Стеффи втайне любила Чарлза вот уже три года. То же чувствовал к ней и Чарлз Нора не любила лезть в чужие дела, но вскоре после приема Стеффи домой стало ясно, что они с Чарлзом предназначены друг для друга. Желание построить совместную жизнь было сильнее всех различий между ними.

Их любовь устояла даже перед трехлетней разлукой.

Когда Стеффи и Чарлз объявили о своей

помолвке, Дэвид только что не кричал от радости. Все случалось именно так, как он предсказал, выйдя из клинической смерти. Но этим дело не кончилось. Он пошел еще дальше. Теперь он настаивал, что знает, когда родятся внуки.

Первой родит Валерия, объявил он, у нее будут мальчики-близнецы через девять месяцев и три недели после свадьбы.

Он сказал также, что Раули правильно сделал, отвергнув кандидатуру Валерии на должность заведующего Северо-Западным филиалом, так как она скоро станет матерью двоих сыновей…

Никто не знал, что на это ответить. Тем более что Валерия заверила Стеффи и Нору, что ни она, ни Колби не собираются так скоро обзаводиться потомством.

Они решили, что лучше предоставить отцу думать, как он хочет. Он никого не обижал, а разговоры о будущем явно доставляли ему удовольствие.

Но в то же время эти заявления волновали сестер Блумфилд. Колби заверил их, что у него и раньше были пациенты, перенесшие клиническую смерть, которые говорили подобные вещи. Со временем это пройдет, заявил он с уверенностью.

Однако Нора не могла не заметить, что отец не сказал ничего о мужчине в ее жизни. Правда, очнувшись после наркоза, он намекнул кое о чем. Он улыбнулся Hope и пробормотал что-то насчет шести ребятишек. Позже она поняла: он предсказал, что она станет матерью шестерых детей.

Идея была нелепа. Но, слава Богу, потом он больше ничего об этом не говорил. Нора была профессиональным медиком и отказывалась принимать всерьез его загробные видения. Не хотелось ей и обсуждать эту тему. Любой, кто был знаком с обеими парочками, понял бы, что они поженятся, и без откровений Дэвида Блумфилда.

— Рауди Кэссиди — хороший человек, Нора, — раздался голос отца. — Будь с ним терпелива.

Задержавшись в дверях. Нора постаралась выкинуть ковбоя, как она все еще мысленно называла его, из головы. Рауди был злым и раздражительным, ей совсем не хотелось с ним общаться. Нора не испытывала ни малейшего желания завязывать близкие отношения с таким избалованным эгоистом. Будь с ним терпелива, повторила она про себя. Если кому-то и надо быть терпеливее, то это самому мистеру Кэссиди.

— Слава Богу, ты, наконец, пришла! — воскликнула Карен Джонсон, едва переступив порог отделения неотложной помощи. Лицо ее пылало, и она запыхалась, словно бежала весь путь со второго этажа.

— Что случилось?

— Снова мистер Кэссиди. Он хочет поговорить с тобой как можно скорее.

— Это очень некстати, пока я на дежурстве.

Карен заморгала, словно не знала, что теперь делать.

— Не думаю, что Орчард-Вэлли сможет справиться с мистером Кэссиди.