Noir
Шрифт:
Оно вернулось ко мне — ударило едва ли не сильнее, чем в военные годы, когда в кабинет вошли Робер и Фарж. Сержант Грубер могла быть где угодно — Робер мог отправить её с поручением, оставить следить за кем-то, да мало ли какое задание ещё дать. Ведь по званию Грубер была самой младшей в группе. Но я отчего-то точно знал — она мертва.
Робер широким шагом прошёл к окну, распахнул его настежь, так что рама едва не ударилась о стену. Мне показалось, что сейчас стёкла разлетятся сотней осколков и осыплются на пол, прямо под ноги комиссару. Робер потянул из кармана пачку «Житана»,
— Грубер убита, — сообщил мне Фарж, хотя я и сразу понял, что случилось.
— И как это произошло?
— Мы были в апартаментах Дорис Декуар — это элитная эскорт-шлюха, которую Гриссо подцепил ещё в столице, — начал рассказывать Фарж. Помощнику инспектора тоже явно хотелось курить, да и я бы не отказался от сигареты, однако подходить сейчас к разъярённому Роберу у нас не было ни малейшего желания. — Бомон ведь часто действует именно через женщин, а Гриссо совсем не молод и таскает с собой Декуар только для вида. Вряд ли он её пользует — возраст и здоровье не те. Патрон предположил, что Бомон может быть как-то связан с нею.
— Брось молоть чушь, Фарж, — неожиданно перебил его Робер. — Мы с одной лодке, и врать друг другу в нашей ситуации — последнее дело. У меня были несколько снимков Бомона в компании с Декуар. Фарж прав, Гриссо сам не пользовал её, а отпускал повеселиться в компании охранников. Бомона они подцепили в каком-то дорогом кабаре, и тот стал «жеребчиком» Декуар. Гриссо даже не думал, что подпустил к себе убийцу так близко.
Теперь уже мы с помощником инспектора подошли к окну — и спустя минуту все трое пускали дым на улицу.
— Мы начали мягко отрабатывать её по обычной схеме, — продолжил Фарж. — Я дал пару пощёчин, патрон оборвал меня, выгнал, потом в игру вступила Грубер. Она всегда умела найти подход к женщинам. Ко всем без исключения. Увела Декуар в ванную комнату, а там сидел Бомон. Прямо у нас под носом. Он прикончил Грубер — утопил в ванной, а после скрылся через окно.
— Договаривай, — бросил Робер.
— И велел Декуар сказать патрону, — послушно произнёс Фарж, — чтобы почаще оглядывался. Мол, он, Бомон, в любой момент может оказаться у него за спиной.
— Апартаменты не обыскали, — сказал я.
— Мы пришли поговорить с Декуар, — слова помощника инспектора звучали удивительно жалко, как и всякие оправдания, — да и там постоянно дежурили охранники Гриссо.
— Охрана Гриссо знала Бомона, он для них, как ты выразился, «жеребчик» Декуар.
— Да, — обернулся ко мне Робер, давя сигарету о подоконник (наверное, он и не заметил, что промахнулся мимо пепельницы), — это была наша ошибка. Мы сработали непрофессионально, и Бомон обыграл нас. Доволен?
— Конечно нет. Сам же говоришь, мы в одной лодке. И ты отлично знаешь, кто меня к вам определил. Провал дела с Бомоном ударит по мне куда сильнее, чем по тебе, уж поверь.
— Ты нажил себе опасных недоброжелателей наверху, да, — кивнул Робер. — Я потому и велел сейчас Фаржу говорить всё как есть, — сменил он тему. — Я не
— Не всё там чисто в истории с командировкой в Афру и переводом в Самбиленд, — ответил я. — Надо покопаться в архивах. Валера ждал и, думаю, ждёт Бомона. Ведёт себя странно. С одной стороны — коньяк на столе, с другой — явно готов всадить бывшему коллеге пулю промеж глаз.
— Как ты всё это понял? — удивился Фарж.
— Ты на фронте был? — спросил я вместо ответа.
— Не успел, молод слишком, а что?
— Взгляд человека, который готов убить тебя, ни с чем не спутаешь.
Помощник инспектора только руками развёл.
— Так он тебя застрелить хотел или Бомона?
— Он ждал Бомона и готов был убить его, а пришёл я. У Валера на столе стояли бутылка коньяка и два стакана, но руки он держал под столешницей. Сам знаешь, что это значит обычно.
Фарж кивнул. Быть может, по взгляду он людей и не умел читать, а вот руки под столом — явный признак того, что собеседник готов выхватить оружие, — не были для него чем-то незнакомым.
— Валера говорил, что хочет снова завербовать Бомона на службу, но это — полная чушь, — продолжил я. — Бомон и до того был командантом и если бы захотел вернуться, то пошёл бы точно не к Валера. Хотя почти уверен, что Бомон заглянул-таки к нему в гости.
— Откуда такая уверенность? — Теперь в голосе Робера звучала подлинная заинтересованность.
— Бомон постоянно словно играет на публику. Письмо о приезде в Марний и покушении на Гриссо, слова, которые передала тебе Декуар. Визит к Валера — вполне логичное продолжение этой цепочки. Мне вообще кажется, что Бомон не хочет убивать Гриссо.
— Это ещё почему?
Лицо Фаржа так комично вытянулось, что мне стоило известного труда не прыснуть со смеху или хотя бы не улыбнуться. А вот Робер, кажется, пришёл к тому же выводу, потому что в ответ на мои слова кивнул самому себе.
— Бомону не нужна была винтовка с оптикой, чтобы убить Гриссо ещё вчера. Он находился в окружении доктора, его знала в лицо охрана. Дуболомам, сторожившим Декуар, и в голову не пришло предупредить вас о её «жеребчике», который торчит в апартаментах вместе со шлюхой. Бомон уже сотню раз мог убить Гриссо, но не сделал этого. Более того, он объявил о своём намерении публично и тут же засветился на фотоснимках, потеряв такой роскошный шанс прикончить доктора. Ты не думал почему, Фарж?
Помощник инспектора почесал бровь, но ничего не сказал. Когда я обрисовал ему всю картину, он как будто начал что-то понимать и сам. Два и два всё-таки Фарж сложить мог — не совсем ведь он дегенерат, в конце концов.
— Тогда что ему нужно на самом деле? — спросил Робер.
— Не знаю, — покачал головой я. — Я жду, когда мне дадут доступ в архив промышленной разведки. Покопаюсь там, если пустят, конечно, может быть, что найду.
— Я на доклад к начальству, — Робер поднял взгляд наверх, — отчитываться за наш провал, а потом к Гриссо — уговорю отказаться от эскортных шлюх до возвращения на родину. Фарж, остаёшься здесь на связи.