Ночью, при луне...

Д'Алессандро Джеки

– Потому что ты, кажется, забыл посмотреть, есть ли деньги в основании фонтана.

Мэтью покачал головой:

– Я так тревожился за Сару, что действительно забыл об этом.

Тут возвратился Пол с брезентом и закрыл им тело Берика. Когда он ушел, Мэтью взглянул на Сару:

– Готова?

– Готова.

Он посмотрел на Дэниела:

– Пожелай нам удачи.

Он и Сара вместе опустились на колени перед узким отверстием и запустили в него руки.

– Там… пусто, – разочарованно проговорила Сара. Мэтью еще раз ощупал стенки и убедился, что там

ничего нет. Дэниел положил ему на плечо руку.

– Сочувствую, Мэтью. Я возвращусь в дом, там и увидимся.

Когда затихли удаляющиеся шаги Дэниела, Мэтью поднялся на ноги и помог встать Саре.

– Мне очень жаль, Мэтью, – сказала она, и глаза ее наполнились слезами. Она пристально вглядывалась во что-то расположенное за спиной Мэтью.

– Что там? – обернувшись, спросил он.

– Берик своим выстрелом повредил урну Флоры.

Мэтью покачал головой:

– Мама любила эту статую. Отец поставил ее здесь специально для нее.

– Этим объясняется произнесенное им слово «флер-де-лис», или «ирис», – сказала Сара и, опустив пальцы в воду, вдруг схватила его за руку. – Мэтью, смотри.

Взглянув туда, куда смотрела она, Мэтью замер. Опустив руку в воду по локоть, он достал блестящий золотой кружок. Вытащив его из воды, он раскрыл ладонь.

– Золотой соверен! – с благоговейным трепетом произнесла Сара.

Они сразу же принялись обыскивать остальную часть фонтана. Несколько мгновений спустя Мэтью посмотрел вверх, и по его лицу расплылась улыбка.

– Сара, я думаю, что отец сказал не «папоротник», а «урна». [2]

С этими словами он встал на бортик бассейна и, ухватившись за отбитый краешек урны, заглянул внутрь.

2

По-английски слово ern (папоротник) звучит похоже на слово urn (урна).

– Ну? – нетерпеливо спросила Сара. – Есть там что-нибудь?

Не опасаясь промочить одежду, Мэтью запустил руку в слегка наклоненную урну и извлек пригоршню золотых монет.

Сара охнула и, взглянув на него заблестевшими глазами, спросила:

– А еще там есть?

– Любимая, эта огромная урна полна до краев. Испустив победоносный крик, Мэтью спрыгнул на землю и схватил Сару в объятия.

– Мы нашли деньги, – сказал он, сопровождая каждое слово поцелуем. – Трудно поверить, но мы их нашли!

– И, как ни парадоксально, именно промах Берика послужил нам ключом к разгадке, – сказала Сара.

– Да. Хотя я уверен, что при твоем уме мы все равно нашли бы деньги.

– Но это ты догадался относительно урны.

– После того как ты догадалась, что искать их нужно в фонтане.

– Это, наверное, говорит о том, что мы с тобой очень хорошо подходим друг другу.

– Непросто очень хорошо, любимая. Идеально.

Она улыбнулась:

– Меня это не удивляет, потому что ты всегда казался мне идеальным мужчиной.

– Я старался соответствовать тебе – идеальной женщине.

Она покачала

головой и рассмеялась:

– Не вижу ни одной причины так называть меня.

Он подхватил ее на руки и покружил.

– Не беспокойся, любимая, я сумею придумать такое количество причин, что хватит для нас обоих.

Два дня спустя после обнаружения золота Сара торопливо вышла из своей спальни в Лэнгстон-Мэноре. Мэтью попросил ее встретить его перед домом ровно в два часа и даже намекнул, в чем дело, что разожгло ее любопытство.

Последние два дня были полны всяких забот, особенно для Мэтью. Закончив все формальности с магистратом, он уехал в Лондон, чтобы расплатиться с долгами отца, после уплаты которых осталась еще весьма внушительная сумма.

Все гости разъехались, кроме Каролины, которая осталась с Сарой, чтобы помочь ей спланировать немноголюдную церемонию бракосочетания, назначенную через неделю. Когда несколько часов тому назад Мэтью вернулся домой из Лондона, он удивил ее лучшим подарком, о котором она могла мечтать. Когда распахнулась дверца экипажа, она увидела там Дездемону с бледно-лиловым бантом на шее. Пока Сара и ее любимица бурно радовались встрече, он объяснил, что заехал к ней домой, чтобы забрать собаку.

Когда Дездемону и Дэнфорта познакомили, собаки тщательно обнюхали друг друга. Потом Дездемона разок гавкнула и облизнулась. Дэнфорт гавкнул дважды и тоже облизнулся. После чего решительно уселся на хвост Дездемоны. Дездемона что-то одобрительно проворчала.

Мэтью, глядя на них, рассмеялся и сказал:

– Это я его научил. Моя школа!

А теперь он, кажется, приготовил для нее еще один сюрприз, хотя что могло быть лучше, чем привезти к ней Дездемону?

Выйдя из дома, она увидела Мэтью, который держал под уздцы своего мерина Аполло.

– Как раз вовремя, – сказал он.

Она улыбнулась в ответ, с опаской поглядывая на лошадь.

– Ты куда-нибудь уезжаешь или возвращаешься?

– Уезжаю. И надеюсь, что ты присоединишься ко мне.

– Куда?

– В деревню, – сказал он, взглянув на нее с серьезным видом. – Я подумал, что если ты поедешь со мной верхом, то мы сможем помочь друг другу преодолеть тяжелые воспоминания.

Она перевела взгляд с него на лошадь и обратно.

– Чтобы убить одним выстрелом двух зайцев?

– Именно так.

Она облизнула вдруг пересохшие губы.

– Давненько я не садилась на лошадь.

– А я очень давно не бывал в деревне, – сказал он и протянул ей свободную руку. – Я ни на минуту не выпущу тебя из рук.

– Это мне поможет.

– А мне поможет то, что ты будешь со мной.

Сара собралась с духом и медленно протянула ему руку.

– Готова положить начало новым, радостным совместным воспоминаниям, – сказала она.

Его улыбка согрела ее до глубины души. Он вскочил на коня с грацией опытного наездника, потом подал ей руку. Глубоко вздохнув, Сара осторожно поставила ногу в стремя и мгновение спустя уже сидела боком перед Мэтью, ощущая сильную мужскую руку, обхватившую ее за талию.