Ночные джунгли
Шрифт:
Гассан начал пятиться к выходу, не спуская глаз с Ногара. Достигнув двери, он окинул беглым взглядом учиненную им бойню, потом снова взглянул на Ногара, который по-прежнему стоял у задней стены.
— Мой тебе совет, Тигренок. В следующий раз будь осторожнее в выборе работодателя.
— Спасибо за совет, — ответил Ногар.
Минут через двадцать участок восточного берега Кайахога-Ривер в районе бара «Зеро» озаряли красно-синие вспышки мигалок десятка полицейских машин. Хотя именно Ногар вызвал полицию, сейчас ему приходилось сидеть, поджав хвост, на заднем сиденье очень тесного седана «Шеви Калдера». Хорошо
Ногар поерзал, стараясь придать хвосту более удобное положение, и выглянул из окна на реку. Несколько сотен метров воды отражали свет полицейских мигалок. На противоположном берегу высились здания делового центра, Вест-Сайда. В эти ночные часы громадные строения были настолько темны, что казались колоссальными черными дырами, вырезанными в ночном небе.
Ногар посмотрел в противоположные окна на вход в «Зеро». Команда полицейских медэкспертов уже работала внутри бара. Мэнни тоже был там. Ногар едва успел перекинуться с ним парой слов, прежде чем его засунули в машину.
Двадцать пять сотен баксов накрылись. Близился конец месяца, а на банковском счету Ногара осталось всего около двухсот долларов. Так тебе и надо, идиот, — горько подумал тигр. Дернул же тебя черт работать на сутенера!
Ногар помотал головой. Ну ладно, хватит самобичевания. И не в такие переделки приходилось попадать. Все образуется.
Начал накрапывать дождик, и отражения на воде подернулись легкой рябью.
Услыхав визг автомобильных покрышек по асфальту, Ногар обернулся и посмотрел в заднее стекло. На огороженную стоянку вихрем ворвался «Додж-Хавьер» тошнотворно-зеленого цвета без левого переднего крыла и замер в нескольких сантиметрах от бордюрного камня.
Харск, скорее всего он, — подумал Ногар.
Так и есть. Дверца со стороны водителя открылась, и из «Доджа» без опознавательных знаков выбрался лысый негр. Ногар никогда не мог понять, чем руководствуются люди, когда хотят определить, красив человек или безобразен. Но даже ему, тигру, черное лицо Харска, напоминавшее бугристый кусок угля, казалось уродливым.
Харск работал детективом в полицейском участке, контролирующем Моро-Таун. В сферу его полномочий входили дела, связанные не только с моро, но и с любым «продуктом» генной инженерии. Поскольку все действующие лица разыгравшейся в «Зеро» трагедии — жертвы, подозреваемый, свидетель — находились в его юрисдикции, именно Харску надлежало раскручивать это дело.
Судя по мрачному виду, такая перспектива мало радовала чернокожего детектива.
Он несколько секунд постоял под усиливающимся дождем, оглядывая место действия — кареты скорой помощи, микроавтобус судмедэкспертизы, патологоанатомический фургон Мэнни, дюжину патрульных машин и несколько полицейских легковушек без опознавательных знаков. Даже с двадцатиметрового расстояния, разделявшего Раджастана и Харска, тигр мог слышать злобное ворчание сыщика.
После беглого осмотра окрестностей Харск наметил себе цель — полисмена в форме, одиноко стоящего у входа в «Зеро». Харску, похоже, требовалось
Харск указал на «Калдеру», в которой сидел Ногар, и прокричал что-то, чего тигр не смог разобрать. Полисмен пожал плечами и попытался вставить слово в бурный монолог детектива, но Харск оборвал его, выхватил из рук парня стаканчик с кофе и легонько подтолкнул его к двери бара.
Ногар пожалел, что не обладает умением понимать, как глухонемые, речь по движению губ.
Полисмен вошел внутрь, а Харск направился к «Калдере». Отхлебнув кофе, он поморщился, посмотрел в стаканчик, покачал головой и раздраженно отшвырнул его в сторону.
Подойдя к автомобилю, Харск резко открыл дверцу.
— Раджастан, как я догадался, что ты будешь вовлечен в эту заваруху?
— На основе дедуктивного метода, вероятно.
Харск хрюкнул.
— Выметайся-ка на хрен из патрульной машины. Мы совсем недавно получили несколько новых тачек, и не стоит мусорить в них линялой шерстью.
Ногар, согнувшись в три погибели, выбрался наружу и потянулся. Шерсть его сразу же стала намокать от мелкого ровного дождя. Надо было прихватить шинель, отправляясь на встречу с этим ублюдком, Нугоей…
— Не желаешь принести извинения за то, что со мной обращались, как с подозреваемым? Я не заслужил подобного отношения к себе.
— Скажи спасибо, что какой-нибудь из здешних ковбоев не влепил тебе пулю в лоб. Некоторые из этих ребятишек только что закончили полицейскую школу и имеют склонность к медвежьей болезни при виде моро. Впрочем, тебе и не место в этом районе. Какого хрена ты здесь ошиваешься?
— Нугоя был моим клиентом.
Харск внимательно посмотрел на Ногара.
— С каких пор ты предлагаешь свои услуги сутенерам? А дальше что? Продашься торговцам флашем?
Не отдавая себе отчета в том, что он такое делает, Ногар угрожающе поднял правую руку с выпущенными когтями. Лицо Харска искривилось в мерзкой ухмылочке.
— Давай, давай, блудливый котяра. Помнишь, как это называется? Нападение на представителя правоохранительных органов, находящегося при исполнении служебных обязанностей. Давно не любовался небом в крупную клетку? Так я тебе устрою переезд на новую квартиру.
Ногар сделал несколько глубоких вдохов и медленно опустил руку.
— Извини.
— Бог простит, — осклабился Харск.
В дверях «Зеро» показалась гибкая фигура. Вышедший из бара моро был одет в белый лабораторный халат и держал в руке портативный компьютер размером с небольшой блокнот.
— Мэнни! — окликнул Ногар.
Мэнни — полное имя его было Мандви Гуджерат — поднял глаза от дисплея, поводил носом и двинулся через асфальтированную площадку к Ногару и Харску. Мэнни был небольшим стройным существом с короткой коричневой шерсткой, аэродинамической головой и маленькими черными глазами. Люди, впервые встречавшиеся с Мэнни, обычно предполагали, что он выведен из крысы или хорька. Но они заблуждались. Он был мангустом.