Ночной Орел
Шрифт:
Командиры закурили и осмотрелись по сторонам. — Первым делом наметим пулеметные точки, — сказал Локтев.
Они достали из планшетов карты-трехверстки и не спеша двинулись в обход Медвежьего лога.
41
Для решающей битвы партизаны всего горного района объединились в один мощный кулак и собрались невдалеке от Медвежьего лога.
К отряду Горалека присоединилось три отряда таких же размеров и более десятка групп по пятнадцать — двадцать человек в каждой. Утром
Таким образом, к месту генерального сражения с карателями собрались внушительные партизанские силы — до двух тысяч бойцов. Конечно, это было не так уж много по сравнению с численностью и технической оснащенностью карателей, но на стороне партизан было главное преимущество — выбор места для боя и возможность нанести удар первыми. Это и должно было решить исход сражения.
Когда все отряды заняли отведенные им позиции и тщательно замаскировались, над горами появились фашистские штурмовики. Они с ревом носились над безбрежным лесным массивом, пикировали вниз, обстреливали из тяжелых пулеметов и забрасывали бомбами каждый подозрительный объект.
— Хоть бы эти стервятники до появления Кожина убрались! — тихо проговорил Локтев.
Он лежал рядом с Горалеком в кустах на вершине холма, с которого просматривался весь Медвежий лог. Это была глубокая, чуть изогнутая в дугу балка, растянувшаяся более чем на километр. Когда-то по ней проходила лесная дорога, по которой вывозили бревна с лесозаготовок, но, давно заброшенная, она густо поросла кустарником и хвойным молодняком.
На замечание Локтева Горалек отозвался густым сдержанным басом, не отрывая от глаз бинокля:
— Уберутся. Им тут нечего делать. Страх только наводят, а толку от них никакого!..
И действительно, минут через пятнадцать, сбросив все бомбы в лесные чащи и не причинив партизанам ни малейшего вреда, штурмовики улетели.
Прошло еще с полчаса в томительной тишине. И вдруг где-то вдали возник рокот множества моторов. Рокот нарастал и постепенно наполнил собой весь лес. Это шли главные наземные силы карателей.
По плану, разработанному бароном фон Норденшельдом, наступление на горы должно было происходить в шести направлениях. Но основной поток — два полка мотопехоты, усиленные танковым дивизионом и батальоном горных егерей, — должен был двигаться через Медвежий лог к месту, где, по данным фашистской разведки, находилась база крупного партизанского отряда, созданная в малодоступном естественном укреплении. Эту базу необходимо было уничтожить в первую очередь.
Грохот моторов достиг максимальной силы. В балке появились» тигры». Они шли колонной по узкой лесной дороге на самой малой скорости. Гусеницы их, подминая кусты, глубоко проваливались в снег и в еще не скованную морозом землю. За танками шли бронетранспортеры и наконец длинная вереница грузовых машин, набитых солдатами в касках. Солдаты сидели в одинаковых позах, словно куклы, и равномерно покачивались на ухабах. Они ехали заниматься делом, а дело требует порядка и дисциплины.
— Тоже мне дурьи головы! С танками в лес поперли! — насмешливо прогудел Горалек.
Грозный боевой порядок немецкой колонны не произвел на шахтера ни малейшего впечатления.
Локтев
Но ответить на реплику друга майор не успел.
Колонна немцев к тому времени уже целиком втянулась в Медвежий лог и заполнила его от начала до конца. Танки, бронетранспортеры, грузовики, легкие штабные машины, мотоциклы с колясками, еще грузовики, а в самом хвосте — снова бронетранспортеры и танки. Балка наполнилась грохотом, лязгом и синим дымом выхлопных газов.
И в этот момент произошло нечто странное и неожиданное.
Над балкой пронеслась какая-то тень и тут же скрылась. Несколько секунд спустя прогремели пять взрывов. Два танка и бронетранспортер в голове колонны запылали, высоко выбросив столбы черного дыма. Колонна замедлила движение и остановилась.
— Что это? Неужели Кожин?! — крикнул Горалек.
— К сожалению, он!
— Артист! Вот это артист! Противотанковыми работает! — восхищенно рокотал Горалек. — Но где же он сам, майор? Ты успел его заметить?
— Вверх надо смотреть, тогда заметишь! — ответил Локтев.
Боевой порядок колонны сломался. В ней явно нарастала паника. Немцы никак не могли понять, кто и откуда на них напал. Горящие танки загородили балку и не давали двигаться вперед.
Локтев и Горалек напряженно следили за воздухом. И вот они увидели Ночного Орла.
Кожин мчался со скоростью истребителя на высоте не более трехсот метров. Теперь он летел над балкой в обратном направлении. Снова загрохотали взрывы, снова взвились к небу фонтаны огня и дыма. Из строя вышли две боевые машины противника, на этот раз в хвосте колонны.
Путь к отступлению был отрезан, оба выхода из балки были накрепко закрыты грудами расплавленного металла и пылающими обломками. В промежутке между ними, на протяжении без малого километра, ревели машины и метались люди.
Несколько рот, покинув грузовики, залегли и открыли беглый огонь по заросшим лесом склонам гор. Батальон егерей кинулся было на кручи, но туда, через их головы, стали бить из орудий танки, и егерям пришлось откатиться обратно на дно балки.
Во время второго налета Кожина увидели не только Локтев и Горалек. Многие из немцев тоже догадались посмотреть вверх и заметили стремительно летящего человека. Постепенно бессмысленный огонь по лесу прекратился. Прозвучали резкие команды и в воздух уставились сотни ружейных, автоматных и пулеметных стволов.
— Догадались, дьяволы! — прохрипел Локтев. — Хоть бы он дал уже эту свою красную ракету!.. Пропадет ведь!..
42
Над Медвежьим логом нависла зловещая тишина. Умолкли моторы, прекратились выстрелы, затихли крики. Тысячи людей — и запертые в балке, и укрывшиеся в зарослях на ее склонах — замерли в ожидании.
Кожин заметил эту странную тишину и понял ее страшное значение. Но азарт боя уже целиком охватил его. Он твердо решил сделать третий налет на вражескую колонну и лишь после этого дать сигнал партизанам. Что ему свинцовая завеса, сквозь которую придется лететь! Он уверен в своем особом предназначении, уверен, что ни одна пуля его не коснется! Последний боевой вылет! Вперед!