Ночной огонь
Шрифт:
Глэнис умрет от удовольствия, если подтвердится, что Тадеус — цель их путешествия.
Но, ко всему прочему, Ариэль нравилась идея быть свахой. Мужчины, получившие новые земли, нуждались в сильных женах, а женщины хотели иметь мужей.
Хозяин фургонов, бросив насмешливый взгляд на четырех претенденток на переселение, сидящих в заднем ряду, рявкнул:
— Никаких проституток и шлюх. Никаких незамужних баб.
Под густыми бровями его глаза сверкали как угли.
Разноцветные перья на женских шляпках задрожали, тоненькая девушка, подобрав юбки, выбежала из комнаты под серый дождь. Другая, с сильно накрашенным лицом, медленно
Остальные две дамочки резко захохотали, скользнули понимающими взглядами по окружающим и рука об руку, словно на параде, вышли из комнаты.
Ревущий голос Смитсона сотрясал салун.
— Ко всем чертям! У меня в караване не будет незамужних б… Западным землям нужны честные, сильные женщины, которые пойдут правильным, достойным путем, — хозяин фургонов стукнул кулачищем по деревянному столу. — Я возьму с собой вдов и детей. Им нелегко пришлось в жизни. Бог поможет им, то же постараюсь сделать и я. Им необходимо иметь свидетельства о браке и братьев или сыновей в помощь. Если их нет, вдовы могут нанять мужчин. Пьяниц терпеть не буду. Семьям с младенцами советую подождать, пока дети подрастут.
Он многозначительно глянул на толпу. Заплакал ребенок, и какой-то фермер положил руку на плечо жене, придвинувшись к ней поближе. Смитсон коротко кивнул, нахмурил брови и сел.
— Следующий.
Ариэль скрежетала зубами, мысленно разбирая Смитсона по косточкам в поисках его слабостей. Этот человек железно придерживался своих правил и отказал молодой паре, потому что жена была беременна.
— Следующий раз, — произнес Смитсон почти нежно, — тогда малыш не помешает вам отправиться в путь. Сейчас вдоль дороги слишком много могил.
Растерянная и промокшая, Ариэль вернулась в гостиницу. Глэнис завязала узелок и откусила нитку, бросив быстрый взгляд на Ари-, эль. Та громко ругалась, припоминая коротай кие, но эффективные уроки, полученные в порту.
— Ты не должна браниться как матрос, Ариэль. Устраивание разносов и сквернословие — это не те привычки, которые должна усвоить леди, как сказала бы твоя тетушка. Возможно, твой характер стал таковым из-за того, что она позволила тебе остаться левшой. Действительно, всех детей заставляют писать правой рукой, а тетя Луиза думала, что нельзя душить твои таланты. И только после скандала со Смитом увидела всю глубину бунтарского, недисциплинированного характера.
— Ты уже достаточно разглагольствовала о моей левой руке сегодня, Глэнис. Только пропустила замечательную цитату о «дьявольской метке». Пожалуйста, воздержись от очередного упоминания о моем проклятии.
Глэнис проигнорировала многозначительный взгляд и поднесла к свету мужские брюки, которые перешивала для Ариэль.
— Я уверена, ты станешь вести дела со Смитсоном более благоразумно. Ты можешь быть очень хитрой, когда тебе перечат.
Ариэль скомкала лист бумаги пресловутой левой рукой.
— Я ценю усилия, приложенные тобой в моих интересах, Глэнис. Если бы ты тратила свою энергию на исследование отвратительных уловок мистера Смитсона и на помощь в переправке женщин на Новый Запад, мы бы достигли успеха гораздо быстрее.
Глэнис ехидно улыбнулась, пока Ариэль шагала по маленькой комнате.
— Мы потеряли двух переселенок.
Она достала из кармана измятый носовой платок и бросила его на кровать, не обращая внимания на нахмурившуюся Глэнис.
— Когда пойдешь за покупками, пожалуйста, зайди в таверну «Голова Быка». Помнишь, там есть та большая, толстая, серая и слишком ярко одетая. Она может подойти в качестве кандидатки.
Ариэль остановилась и глотнула горячего чаю, ее компаньонка недовольно проворчала:
— Когда ты в ударе, пьешь залпом. Ариэль любезно улыбнулась, отхлебнула большой глоток и поставила чашку прямо на стол, а не на блюдце. Затем взяла малюсенький бисквит, подбросила его в воздухе и ловко поймала ртом, притворно тяжело вздохнув. Глэнис весьма неодобрительно отнеслась к этому трюку, а довольная Ариэль ехидно улыбнулась.
— Мой милый друг, — сказала она, слизывая с губ крошки, — ты одна сможешь перевоспитать всех недостойных кандидаток, отбракованных мистером Смитсоном. У тебя будет три недели, чтобы научить хорошим манерам наших невест. К моменту, когда мы доберемся до места, у нас появится целый выводок настоящих леди.
Ариэль раздумывала, как уговорить Смитсона взять ее в караван. Лежа в постели, она смотрела на стекающие по стеклу струйки. Где-то вдали сверкали молнии. Улицы были тихи и пустынны; эмигранты, местные жители, индейцы попрятались по домам, предпочитая сухость и тепло. Смитсон был упрям и неуступчив, он не признавал приказного тона. В качестве «непробиваемой бабы», она имела мало шансов уговорить его. Глэнис спала на своей половине высокой кровати, давно привыкшая к неспокойной манере Ариэль подолгу ворочаться.
Мужчина вскрикнул в ночи, вопль боли вырвался из комнаты Люка Д'Арси. Его вытянутое лицо напряглось, он отчаянно боролся со смертью, медленно приближающейся к нему. Ариэль нахмурилась, услышав раздавшийся на улице выстрел, но тут же все успокоилось.
Мечта Люка Д'Арси о жене и детях никогда не сбудется. Лежа в ночной тиши, она поняла, как много могли значить эти мечты, как давит пустота, не заполненная теплом любви.
Глэнис вздохнула, и Ариэль ждала, что она проснется, чтобы спокойно поболтать в бессонные часы. Ариэль смахнула со щеки непослушный завиток и недовольно посмотрела на ночной чепчик Глэнис. Прямые черные волосы компаньонки были заплетены в косы и аккуратно уложены под кружевным чепцом, в то время как ее собственные ужасно закручивались. С помощью Глэнис Ариэль могла заплести одну толстую косу. И вообще, безупречность Тлэнис возмущала ее. Как служанка могла хотеть спать, когда Ариэль нужно поговорить. Она приподняла маленькие часики, стоящие на тумбочке у кровати. Два часа ночи, а она не придумала, как обхитрить мистера Смитсона.
Снова послышался крик мужчины, теперь еще более безнадежный, и одиночество пронзило ее, нежданные слезы обожгли веки. Ариэль нетерпеливо вытерла рукой глаза. Она провела несколько минут с умирающим в доках человеком, несмотря на протесты тетушки. Утром надо будет поговорить с Сиамом…
Приглушенный стук в дверь удивил ее. Глэнис крепко спала, и Ариэль соскользнула с высокой кровати, сунув руки в халат. В плохо освещенном коридоре вырисовывалась фигура Сиама, шляпа бросала тень на мрачное лицо.