Ночная тень
Шрифт:
— Второго декабря, почти через месяц, мне будет двадцать лет. — Понимаю. — Бешеный гнев охватил Найта, гнев на Тристана. Не на бедняжку Лили, конечно. Господи Боже, Трис женился, когда девочке не было и пятнадцати лет! Совсем дитя! И к тому же немедленно наградил ее ребенком! — Да, пожалуй, слишком молоды для жены, — усмехнулся он, хотя ярость была очевидна даже самому из непонятливых. — И, что ни говори, ваш отец даже слишком благороден!
Лили непонимающе взглянула на него. Лезвие гильотины не опустилось! И тут до нее дошло.
Виконт пришел к совершенно ошибочному заключению.
— Да, вы правы, я слишком рано вышла замуж..
— Слишком! Да вы были попросту младенцем! Не представлял, что Трис такой… — Но Найт тут же осекся. Гнев куда-то исчез. Трис мертв. Кроме того, если Лили была так же прекрасна в пятнадцать лет, как сейчас, бедняга Трис не имел ни малейшего шанса устоять. Найт заставил себя небрежно пожать плечами:
— Скоро я по закону стану опекуном детей. Ну а теперь почему бы вам не отправиться спать? — Лили, не поворачиваясь, попятилась к двери, не переставая благодарить Найта, пока тот не замахал руками:
— Да прекратите же, наконец, Лили. Не такой я злодей, чтобы отдать вас Уродине Арнольду. Ни вас, ни детей.
Лили успокаивающе кивнула детям, точно так же, как вчера виконту, перед тем как вылететь из гостиной.
— Вот и все, — заключила она и, покраснев, улыбнулась:
— Поэтому, я думаю, все будет в порядке. — Послышался громкий, совсем взрослый вздох облегчения Тео. Наклонившись, Лили погладила мальчика по руке:
— Помни, я была очень молода, когда вышла замуж за вашего отца. Смотри, не проговорись.
— Мы в безопасности, — заключил Тео, и Лили поняла, что он чувствует себя так, словно невероятная тяжесть только сейчас упала с его худеньких плеч.
— Нужно, пожалуй, пойти сегодня за покупками. Каждый может выбрать, что захочет. Ну, как это звучит?
— Все, что угодно? — недоверчиво переспросил Сэм.
— Не будь жадиной-говядиной, — строго упрекнул Тео.
— Ну… вы же знаете, сколько у нас денег. Имейте это в виду, — предупредила Лили.
— Лили?
— Да, Тео?
— Прости, я хотел сказать «мама». Как по-твоему, позволит кузен Найт взять книгу-другую из его библиотеки?
Лили понятия не имела, какова будет реакция Найта на такую просьбу, показавшуюся ей, однако, достаточно разумной.
— Почему бы тебе самому не спросить, Тео? Он, кажется, решил всячески заботиться о вашем благополучии.
— А я хочу прокатиться на его лошадках! — объявил Сэм.
— А это, любовь моя, — твердо заявила Лили, — совсем другое дело. Я слыхала, что джентльменам не очень нравится, когда маленькие мальчики требуют пустить их в конюшню. Поживем-увидим. — И помявшись, заранее страшась того, что должна была сказать детям, потихоньку добавила:
— Ваш кузен Найт должен стать вашим законным опекуном.
— Почему? Он не наша мать, — рассудительно заметил Тео. — И какая тут разница, интересно?
— Он только дает нам комнату и еду, — вмешался Сэм. — И, может быть, лошадь, покататься верхом.
— Он хорошенький! — Провозгласила Лора Бет, и это замечание привлекло взгляды всех присутствующих:
— Ты глупая девчонка! Мужчины не бывают хорошенькими.
— Не злись, Сэм, — заметил Тео и терпеливо обратился к младшей
— Почему ты сказала это, Лора Бет? Но Лора Бет только пожала плечами, и палец вновь вернулся в крохотный ротик.
Лили почувствовала комок в горле. Слезы угрожали хлынуть рекой. Нужно поскорее все выложить, пока дело не кончилось катастрофой.
— Ваш дядя хочет отправить вас в школу, в Итон. Правда, когда, в точности не знаю. Он теперь получит право поступать, как посчитает нужным.
— Ну и попали же мы на этот раз в историю, правда. Лили… мама, — присвистнул Тео.
— Пока не знаю, — правдиво ответила Лили. — Просто не представляю. Во всяком случае лучше держаться от него подальше. И, кроме того, нужно помнить, что пора позаботиться о вашем образовании, слишком долго мы пренебрегали уроками. После прогулки и начнем, хорошо?
Сэм, конечно, начал энергично протестовать. Но глаза Тео предостерегающе сверкнули, и Лили почувствовала угрызения совести за то, что не была наставником, настоящим наставником. Ведь многое ей не было известно. Придется поговорить с виконтом.
Поскольку в доме не было детской. Лили попросила миссис Олгуд принести завтрак в спальню. К девяти они были уже одеты и готовы к выходу. Сам, благодарение Богу, не наделал ничего ужасного в продолжение тридцати минут, на которые Лили оставляла его, велев умыться и привести себя в порядок.
У подножия лестницы они встретили виконта, тоже собиравшегося уходить.
— Он в самом деле хорошенький, — объявила Лора Бет, не сводя взгляда со светло-коричневого пальто виконта. Тео застонал, а Сэм презрительно фыркнул.
— Доброе утро, милорд, — приветливо сказала Лили. Как видите, мы тоже решили погулять.
Я везу детей но магазинам, каждый из них заслуживает подарка.
При звуках голоса Лили Найт обернулся. «Это я хорошенький?» — подумал он, против воли широко улыбаясь. Но какое неожиданное потрясение — внезапно увидеть женщину с тремя детьми в холле его дома! Мальчики выглядели чистенькими и причесанными. Тео, казалось, был чем-то обеспокоен, и Найт понял, что мальчик ведет себя, как взрослый, не уверенный в приеме хозяина дома, человек. Сэм выглядел так, словно весь мир принадлежит ему, а если и нет, он все равно сделает так, как заблагорассудится ему. Все были тепло одеты. Лили была просто ослепительна в теплом, отороченном мехом горностая плаще из светлого-голубого бархата — дорогом, прекрасного качества, с муфтой в тон из такого же меха. Найт даже спросил себя, уж не подарок ли это Триса. Плащ был чуть короток. Конечно, Трис женился на Лили, когда она еще не совсем выросла. Господи, о чем он только думает?
Найт покачал головой, сам удивляясь своим мыслям.
— Доброе утро всем, — улыбнулся он. Могу я подвезти вас куда-нибудь. Лили?
— О нет, не хочу быть вам в тягость, — поспешно запротестовала Лили. — Я говорила с Дакетом, и он подсказал нам, куда идти.
— А именно?
— К Пантеон-Базар.
Найт поморщился. Идея совсем ему не нравилась. Он совсем не доверял Уродине Арнольду. Тот, конечно, и не подумал уползти в свою нору. Возможно, он наблюдает за домом в надежде застать Лили и детей одних. Что, если он вздумает их похитить?