Ночная стража

Пратчетт Терри

— Нет, сэр. Не догадывался, сэр. Постараюсь не открывать его, сэр, — ответил Ваймс. Каченс даже не улыбнулся.

— Как бы то ни было, уверен, когда вы здесь освоитесь, то вы и капрал, кхе, Хомяк, оченьсильно поладите.

— Очень сильно. Да, сэр.

— Я вас… незадерживаю, сержант Киль.

Ваймс отдал честь. Каченс кивнул, резко развернулся, точно на вертеле, и пошел к зданию. Дергано, решил Ваймс. Этот человек ходил так же, как и говорил, с невероятным смешением скорости. Создавалось впечатление, будто он подвешен на веревочки; первые дюймы движения его

руки были размыты, а потом она просто летела по инерции, пока, наконец, не встречалась с чем-то, что должно было оказаться целью. Предложения произносились как смесь порывов и пауз. Для этого человека просто не существовало ритма.

Ваймс, не обращая внимания на разъяренного капрала, забрался на фургон.

— Разворачивай, младший констебль, — приказал он. — Ночи, Генри.

Стоило колесам застучать по мостовой, как Сэм с расширенными глазами повернулся к Ваймсу.

— Вы собирались с ним схлеснуться, так? — выпалил он. — Ведь так же, сержант?

— Следи за дорогой, младший констебль.

— Но ведь это был капитан Каченс! А когда вы сказали тому типу доказать, что он — Генри Хомяк, я думал, я опп… меня удар хватит! Вы ведь знали, что они не подпишут, так ведь, сержант? Потому что, если на листке бумаги сказано, что к ним кто-то поступил, и если кто-нибудь захочет узнать…

— Просто правь, младший констебль. — Но парень был прав. Неназываемые по какой-то причине и любили, и боялись бумажной волокиты. Они, разумеется, увеличивали ее. Они записывали все. Но они не стремились появляться в чужих бумагах. Это их беспокоило.

— Мне даже не верится, что мы выбрались из этого, сержант!

Пожалуй, что нет, подумал Ваймс. Но у Каченса сейчас своих проблем хватает. Ему нет дела до какого-то тупого сержанта.

Он повернулся и постучал по решетке.

— Прошу прощения за неудобства, дамы и господа, но, похоже, Неназываемые сегодня не принимают. Пожалуй, нам самим придется допросить вас. Мы не очень-то знаем, как это делается, так что, надеюсь, мы не наделаем ошибок. Теперь, послушайте меня внимательно. Есть ли среди вас опасные заговорщики, собирающиеся свергнуть правительство?

Ответом ему стала угрюмая тишина.

— Ну, так что же? Я не собираюсь тратить на это всю ночь. Хочет ли кто-нибудь свергнуть лорда Ветруна силой?

— Ну… нет? — раздался голос мисс Длань.

— А крючком?

— Я все слышу! — резко ответил другой женский голос.

— Никто? Жаль. Что ж, меня это устраивает. Младший констебль, тебя это устраивает?

— Э, да, сержант.

— В таком случае, мы высадим вас на обратном пути, и мой очаровательный помощник, младший констебль Ваймс, соберет с каждого, ну, по полдоллара за дорожные издержки, и каждый получит квитанцию. Благодарим за путешествие с нами и надеемся, вы выберете наш фургон при ваших будущих нарушениях комендантского часа.

Из-за его спины донеслось потрясенное перешептывание. Не так все делалось в эти дни.

— Сержант, — позвал младший констебль Ваймс.

— Мда?

— У вас, правда, глаз серийного убийцы?

— Да, оставил его в другом костюме.

— Ха. — Некоторое

время он молчал, а когда заговорил вновь, казалось, он придумал что-то новое. — Э, сержант?

— Да, парень?

— Что такое двухпенсовая пышка, сержант?

— Это пончик с джемом. Разве твоя мама их не делает?

— Да, сержант. Сержант?

— Что, парень?

— Я просто думал, что это что-то еще, сержант, — усмехнулся Сэм. — Что-то… грубоватое.

— Век живи, век учись, младший констебль.

Через десять минут фургон уже был у здания стражи, и к тому времени Ваймс уже знал, что по городу ходят новые слухи. Юный Сэм уже пересказал события другим офицерам, когда они высаживали людей, и ведь никто не умеет сплетничать так, как полицейские. Они не любили Неназываемых. Как и любой мелкий преступник, стражник гордится, что есть такие глубины, до которых он ни за что не опустится. Должно же быть что-то ниже тебя, даже если это всего лишь черви.

Рози Длань заперла дверь своей квартирки, и, прислонившись к ней, уставилась на Сандру.

— Кто он такой? — спросила Сандра, бросая свою корзину на стол. Внутри что-то звякнуло. — Он на нашей стороне?

— Ты ведь слышала парней! — прикрикнула Рози. — Никаких взяток! А потом он тащит нас к этим ублюдкам и не передает! Я могла убить его! Я вытащила его из канавы, притащила к Моззи, чтоб он подлатал его, а он вдруг начинает играться в дурацкие игры!

— Да, а что такое двухпенсовая пышка? — радостно спросила Сандра.

Мисс длань задумалась. Сандра ей нравилась, да и деньги за аренду не мешали, но порой она думала а) стоит ли ей поговорить с девушкой или б) она просто очень хорошо воспитана. Рози склонялась ко второму, поскольку Сандра зарабатывала куда больше нее. Это было неудобно.

— Это пончик с джемом, — ответила она. — А теперь лучше бы спрятать…

Кто-то постучал в дверь. Она затолкала Сандру за портьеру, взяла себя в руки и слегка приоткрыла дверь.

В прихожей стоял маленький старичок.

Все в нем безнадежно сползало вниз. Его серые усы, вероятно, принадлежали моржу или же ищейке, только что получившей очень неприятные вести. Плечи вяло поникли. Даже его лицо, казалось, проигрывало схватку с силой тяжести.

В руках он вертел кепку.

— Да? — произнесла Рози.

— Э, на вывеске написано «белошвейки», — пробормотал старичок. — И, ну, поскольку моя старушка умерла, сами понимаете, что к чему, я никогда не умел делать это сам.

И он одарил Рози взглядом, полным беспомощной застенчивости.

Она опустила взгляд на сумку у его ног и подняла ее. Внутри было полно очень чистых, но заношенных носок. В каждом были дырки на пятке и пальцах.

— Сандра, — позвала она, — кажется, это к тебе…

Было такое раннее утро, что «поздно ночью» еще даже не закончилось. На улицах клубился белый туман, и оставлял на рубашке Ваймса жемчужные капли. Ваймс собирался нарушить закон.

Если встать на крышу уборной за зданием штаба и опереться о водосточную трубу, то одно из верхних окон откроется, если толкнуть его ладонью в правильном месте.