Ночь ястреба

Браун Дейл

— Ерунда, я знаю имена и фамилии почти каждого заметного ученого или инженера, которые работают в летно-конструкторских бюро СНГ, и никогда не слышал ни о каком Озерове.

— Наш информатор сообщил, что он там сугубо конфиденциально, не входит в штат, его постоянно опекает контингент КГБ, расположенный на территории института. Ученые-коллеги его уважают, правда, считают немного странным из-за чересчур вольных манер. Во всяком случае, он снискал доброе к себе отношение.

— А если это кто-то, похожий на Люгера?

— Возможно. — Уайт на секунду замолчал. — Однако ваша реакция была точно такой же, как моя, когда я впервые взглянул

на фото. Нет, исключено — это определенно Дэвид Люгер. Конечно, он выглядит необычно, будто его накачали, напичкали наркотиками или еще черт знает чем, но это явно он. Дальше — опять интересная штука. Оказывается, сейчас он выполняет занятную работенку, трудится над гигантской крылатой машиной, которую можно увидеть разве что в каком-нибудь фантастическом боевике типа «Звездных войн».

— "Туман"! — От напряжения у генерала Эллиота перехватило дыхание. — Боже мой, Люгер работает над проектом «Туман»!

— Это что еще за зверь такой? Новый бомбардировщик?

— Хуже. По некоторым оценкам, самый мудреный самолет в мире, сложнейшая техника, «невидимка», сочетает в себе лучшие качества наших бомбардировщиков В-1 и В-2, только детально новая разработка, фактически следующее поколение, огромная крейсерская скорость, значительная бомбовая нагрузка, способность поражать любые цели на земле, воде и в воздухе, впечатляющая высота полета и так далее. Когда он появится, это будет просто чудо. А наши жмоты отказались делать даже В-2 — дорого, видите ли. Так вы видели самолет?

— Да, литовец сделал кое-какие снимки.

— Потрясающе. Значит, «Туман» — реальность, он существует. Поговаривали, что его будут доводить по крайней мере лет пять, а он уже есть. — Генерал задумался. — И кто мог предполагать, что он родится в «Физикоусе»? Литва ведь стала свободной, в голове не укладывается, как можно разрабатывать колоссальный миллиардный проект на территории, по сути, чужого государства.

— Тем не менее, сэр, это правда. Впрочем, мы что-то отвлеклись от темы. Итак, что делать с Дэвидом Люгером?

Эллиот не ответил, он еще раз внимательно всмотрелся в фотографию, затем резким движением засунул ее обратно в конверт.

— Да уж, лучше, если правда, полковник, лучше, если вы ни грамма от себя не придумали. Потому что в противном случае я даже не стану мараться — отдавать вас под трибунал. Вам не будут докучать вопросами и тюремной решеткой, пристрелю собственной рукой. Дэвид Люгер значил для меня много, слишком много. Я бы весь мир перетряхнул, чтобы помочь этому парню. Но история закрыта, дело отдали в секретный архив. Начни кто ворошить старое, вскрывать особые папки и все такое, поднимется жуткий шум и могут полететь головы, не только здесь — и повыше, вплоть до Белого дома. Надеюсь, вы понимаете, что вляпались в дерьмовое дельце, полковник.

— Генерал, не тратьте зря слов и не пугайте меня, я любил Дэвида как сына. Мне нужна ваша помощь, а не угрозы. Он жив. И, если мы не возьмемся сами, отправим дело наверх, где станут разбираться высокие инстанции, мы парня живым никогда не увидим. Так нельзя. Нужно вызволить его, надо попробовать...

Договорить Пол не успел. В кабинете с силой распахнулась дверь. В помещение ворвались трое мужчин в синей униформе, бронежилетах, круглых шлемах с забралами, похожих на мотоциклетные. Короткоствольные автоматы взяты на изготовку, дула направлены Уайту прямо в лоб.

— Руки за голову, быстро! — скомандовал капитан Хэл Бриггс,

начальник службы безопасности Технологического центра аэрокосмических вооружений.

Уайт нехотя повиновался, поднял руки. Посмотрев через плечо на Брэда Эллиота, он с изумлением увидел в руке «трехзвездного» генерала большой «магнум» 45-го калибра, тоже направленный на него.

— Да, генерал, — почему-то с усмешкой в голосе сказал Уайт, — ваши орелики-мастера легки на помине, слово вымолвить не дадут.

— Не время шутить, полковник. Отныне вы находитесь под арестом за раскрытие секретных данных и попытку получить дополнительную закрытую информацию. — Эллиот повернулся к охранникам: — Глядите за ним в оба, полное сопровождение, ограничить в передвижении, обыскать, тщательный медицинский осмотр тела, срочно запрос и — начать специальную проверку. А пока: частичная изоляция, никаких телефонных звонков и иных контактов с кем-либо до моих особых распоряжений. Выполняйте.

Уайту не дали и рукой пошевелить, моментально надели на глаза плотную черную повязку, развернули и быстро увели из комнаты.

Эллиот снова занял свое место в кресле.

— Отличная работа, Хэл, ты сегодня потрудился на славу.

— Нет-нет, это не я. Молодец — сержант Тейлор, он среагировал на ваш звонок по селектору и, как было условлено, немедленно вызвал меня. Какую же дохлую кошку тот тип хотел вам всучить?

Эллиот нахмурил брови.

— Самую неправдоподобную историю, дружок, вот так. Невероятная история. Хотя надо разобраться. Признаться, я прямо в замешательстве. Знаю, что ерунда, но внутренний голос подначивает: а вдруг он не врет? Так или иначе, необходимо сделать пару звонков.

— С ним-то что? Прикажете поприжать поплотнее? Расколется. — Бриггс даже чмокнул от предвкушаемого удовольствия. — Последнюю неделю все тихо, ребята мои как-то заскучали без дела.

— Ни в коем случае, не спеши. Если его рассказ — глупая выдумка, негодяя ждет расследование по полной программе. Тогда вытряхнете все из этого Пиноккио, как в сказке. Будете проводить первичные допросы — в присутствии военного адвоката, разумеется. Однако сначала нужно определить реальность данной истории. И мне следует ввести в курс дела генерала Кертиса. Обязательно.

— Простите, что вы сказали? Генерала Кертиса? Неужели председателя Комитета начальников штабов?

— Именно. Если есть хоть малейшая надежда на правду, Кертис непременно должен быть поставлен в известность. Если же это провокация, тогда он быстро докопается до истины и выяснит, кто автор. Только время терять нельзя, никак.

* * *

Президентский самолет, воздушное пространство над Канзасом,

17 марта, 01.30.

Президент США летел поздно ночью обратно в Вашингтон. Он возвращался из поездки на Западное побережье и очень устал. Теперь глава государства уединился в носовом отсеке, который был с роскошью и удобством оборудован специально для него и супруги, первой леди страны. Однако окружение не отдыхало, маленькая команда продолжала трудиться, благо, до приземления оставалась еще добрая пара-тройка часов. Надо отметить, президентский самолет был великолепно оборудован для работы — масса технических приспособлений, операторы, 48 телефонных аппаратов со множеством каналов, средства космической связи, телефаксы, телетайпы, компьютеры, лазерная техника и все такое.