Ночь шрамов
Шрифт:
В конце моста они свернули направо и вступили в лабиринт улочек Бриджвью. Здесь город вплотную подступал к затянутому цепями рву, окружавшему храм, и, встретив непреодолимую преграду, устремлялся вверх с другой стороны. Самые состоятельные горожане селились в этом квартале. Богатые особняки теснили друг друга, обрекая узкие улочки на вечный мрак и холод. С той целью, чтобы привилегированное сословие не лишилось удовольствия прогуливаться под теплыми солнечными лучами, высоко над дорогой были надстроены изящные мостики и площадки из тонких досочек, которые плавно раскачивались между литыми балконами, словно флаги. Самые высокие и старые здания нависали над краем церковного рва. А дома в следующих рядах, словно из зависти к такому
– Твоей семье, случайно, не принадлежит домик в этом районе? – спросил Девон у Рэйчел.
– Чуть западнее. Он еще должен стоять. Я там лет десять не была.
– Меня огорчили вести о твоем отце. Замечательный генерал. Приношу свои извинения за то, что пропустил церемонию.
– Я уверена, вы были очень заняты.
– Работа не останавливается ни на минуту.
Впервые за долгое время Дилл обрадовался темноте улочек Бриджвью: как раз под настроение. Из всех четверых только носильщик, казалось, разделял его нежелание выходить в город. Молодой человек, сгорбившись, плелся сзади, спрятав руки в карманы. Девон шагал впереди, высоко задрав голову, а Рэйчел двигалась мягко, словно кошка, не отставая от отравителя. Дилл тащился последним, искоса поглядывая по сторонам белыми глазами. Проемы маленьких окошечек зияли в стенах: нижние этажи заселяли слуги, а стекло стоило немалых денег. Большинство окон были наглухо завешены грязной паутиной, но иногда Диллу все же удавалось заглянуть в комнаты: обои в желтую полоску, потрепанная мебель, фарфоровые статуэтки на полке. Из открытого окна вместе с теплым запахом свежеиспеченного хлеба выплывала незатейливая песня кухарки:
В сэндпортском доке,Он кильку купил,За эту рыбешкуНе раз заплатил.Ангел пригнулся и заглянул внутрь, но в окне мелькнул только светлый передник на широких бедрах. Рэйчел, Девон и носильщик шагали впереди, не обращая внимания на оркестр звуков и запахов. Диллу не раз приходилось бегом догонять спутников.
Несмотря на то что мостовая ровным полотном расстелилась между домами, в основании всей конструкции расположилась паутина гигантских цепей. Дипгейтские инженеры спроектировали Бриджвью по какому-то непостижимому древнему образцу. Закованные в чугунное литье узкие улочки причудливо извивались и выгибались, опускались и поднимались, формируя некое замысловатое органическое целое наподобие лабиринта мышиных тоннелей.
Они свернули с аллеи и какое-то время шли по другой улочке, потом снова продолжили путь в одном общем направлении. До сих пор спутники не встретили ни одной живой души, и Дилл уже почти уверился, что ему удастся остаться незамеченным, когда внезапно дверь распахнулась и из нее вылетел маленький мальчик, чуть не сбив ангела с ног.
Пухлый широконосый мальчишка, открыв рот, уставился на Дилла. Дилл замер в той же позе, пока его не окликнула Рэйчел. Ребенок взвизгнул и помчался обратно в дом.
– Не беспокойся об этом. – Облупившееся лицо отравителя мерзко улыбалось. – Со мной такое каждый раз происходит.
Когда Дилл через несколько минут оглянулся назад, его преследовали уже два ребенка. Мальчик вернулся и привел с собой маленькую девочку в красных туфельках и с красными лентами в волосах. Увидев, что их заметили, дети завизжали и спрятались за лестницу. Из-за ступенек робко выглянули две пары круглых глаз. Рэйчел сочувственно посмотрела на Дилла.
– Лучше пойдем через Гарденхоу, – предложил Девон. – В Лилле до сих пор расчищают улицы. – Он загадочно взглянул на спайна. – Прошлой ночью купол Оберхаммеровского планетария сорвался с башни. Я слышал, он прокатился целую милю по Яблочному
– Я тоже слышала.
– Пробил дыру в доме фабриканта на том берегу. Бедняга пришел с утра в храм за компенсацией. Ну и проклинал же он спайнов! Кричал, что в аду он вас всех видел.
– Не сомневаюсь, спайны подыщут ему новое жилище.
Диллу смех отравителя показался наигранным.
Деревья в Гарденхоу пышно цвели, роняя на землю нежные розовые лепестки. Тем временем количество детей удвоилось. Держась на безопасном расстоянии, они хихикали, хлопали в ладоши и гоняли по улице сухие листья. Когда Рэйчел попыталась их отогнать, малышня бросилась врассыпную и попряталась за деревьями.
Они добрались до Скиза только к обеду. Застройка стала плотнее, а здания – тяжелее и основательнее. Каменные стены давно почернели от сажи. Тяжелые ржавые цепи и балки разбивали полоску неба над головой на голубые треугольники. Дорога становилась уже, шла вверх и упиралась в высокую стену между двумя полукруглыми домами. Поблекшая табличка с изображением герба дипгейтского Министерства военной науки висела над низкой красной дверью.
– Вот мы и пришли, – возвестил отравитель. – И вовсе не рано. – Он сделал какой-то жест.
Дилл обернулся: восемь малышей выстроились в конце улицы и хлопали в ладоши.
– Их количество растет в геометрической прогрессии, – заметил Девон. – Такими темпами к вечеру на улице яблоку будет негде упасть.
Дверь открылась, и глазам спутников предстала деревянная площадка, огороженная ржавой балюстрадой. Канатный мост резко падал вниз прямо от края площадки и снова поднимался с другого конца ярдах в трехстах к главным воротам Ядовитых Кухонь. Мост перекрывал пустое пространство над пропастью, которое, извиваясь, словно черная бездонная река, тянулось через город. Гигантские первые цепи виднелись в пустом пространстве зияющей пропасти. Покрытое туманом и сажей Министерство военной науки походило скорее на гигантский котел, в котором беспрестанно кипели и дымили бесчисленные печи и трубы. Дым и факелы горящего газа с оглушительным воем вырывались через крышу здания. Внизу в пропасти из основания строения выступали площадки, служившие причалами для воздушных судов. Дилл разглядел в тени пропасти громадину военного корабля у одного из выступов и подвинулся ближе к балюстраде, чтобы получше разглядеть судно. Носильщик еще глубже засунул руки в карманы.
Канатный мост угрожающе закачался, когда спутники ступили на него.
– А это точно безопасно? – ненавязчиво поинтересовался Дилл.
– Безусловно, – отозвался Девон, – если, конечно, ты не свалишься.
Они быстро оказались ниже уровня зданий с обоих концов моста. Сплетения медных труб соединяли фабрики и дома с городской системой водоснабжения и канализацией. Повсюду свисали сети: пеньковые паутины ловили столпы солнечного света, затаившись в темноте бездны. Веревочные конструкции провисали в пространстве между улицами. Сети собирали мусор, пьяниц и самоубийц, решивших нырнуть в пропасть. Ульсис не одобрял появления живых в своем царстве мрака, даже несмотря на то, что жить им оставалось считанные минуты.
– Здесь правят бродяги, – заговорил Девон, заметив интерес ангела. – Ты удивишься, когда узнаешь, что они выгребают из этих сетей.
Рэйчел, перегнувшись через канат, внимательно рассматривала огромную первую цепь.
– Эти цепи действительно выковал сам Кэллис? – спросила девушка.
– И их тоже. – Девон взглянул на Дилла. В его глазах сверкнула искорка удовольствия. – Машина, с помощью которой добывалась руда для первых цепей, а позже – выплавлялись звенья, до сих пор находится в основании горы Блэктрон. Наши военные суда недавно обнаружили ее. Церковь называет машину Зуб Бога. – Отравитель фыркнул. – Слышали бы вы эти бредни! Реликвия ждет своего часа и наблюдает за нами. Будто у машины есть чувства, есть разум!.