Ночь шрамов
Шрифт:
– Скажи-ка мне…
– Ваше преосвященство?
– Мне кажется, ты что-то хочешь мне сказать. Ничего удивительного. Но ты что-то долго не решаешься, а такое случается нечасто. Выкладывай.
– Эта обескровленная… девочка… вероятно, дочь веревочника.
– Да, да. – Сайпс открыл полку и вынул толстую книгу. На переплете красовались слова «Неучтенные души». – Кража в любом случае должна быть занесена в реестр.
– Мы точно не знаем. Началась драка, и стражники вынудили отца уйти. Я займусь расследованием. Не думаю, что его будет трудно разыскать.
Пресвитер окунул перо в чернильницу и начал писать.
– Не придавай этому большое значение. Множество записей все равно не закончено.
– Карнивал здесь ни при чем.
Пресвитер не отрывал глаз от работы.
– В городе только один вор охотится за душами, помощник.
– Не сочтите за дерзость, ваше преосвященство, но труп со свежими ранами был обнаружен сегодня утром, до наступления Ночи Шрамов.
– Вероятно, тело хранили в ящике со льдом.
– Целый месяц? Откуда веревочнику достать лед?
– Эти ребята невероятно изобретательны, Фогвилл. Это ничего не доказывает.
Тогда почему вы отводите глаза?
Фогвилл глубоко вздохнул.
– Стражник заметил у нее на руке синяки чуть повыше локтя…
Сайпс продолжал смотреть в пергамент.
– То есть тот, кто обескровил ребенка, сначала привязал ее. У жертв Карнивал синяки от оков на лодыжках.
Старик поставил кляксу.
– Не похоже на проклятую пиявку. Убийство куда более изощренное, – продолжал помощник. – К тому же Карнивал последовательна, несмотря на всю свою жажду. Она забирает одну душу в Ночь Шрамов, но другие… – Фогвилл не закончил предложения. – Но другие обескровленные появляются при любых фазах луны. Их кровь при этом тщательно удалена. Некто желает, чтобы тела были найдены. Он шлет нам послание.
– И что за послание?
Ладони Фогвилла намокли.
– Ангельское вино, – выдавил он. – Некто пытается изготовить ангельское вино и хочет, чтобы об этом знали.
– Ангельское вино! – фыркнул Сайпс. – Сам послушай, что ты говоришь. Нельзя изготовить ангельское вино.
– Но…
Пресвитер только отмахнулся.
– Мифы, легенды… бабушкины сказки.
Фогвилл нахмурился. Он бросил взгляд на запертые колонны книг. Десять тысяч бабушкиных сказок.
– Простолюдины до сих пор верят в Мягких Людей, – продолжал помощник. – Если Девон…
– Хватит! – упрямо остановил его Сайпс. – Я не потерплю, чтобы кто-либо вламывался сюда и выдвигал нелепые обвинения, сводящие на нет доверие, которое нам удалось достигнуть с военным руководством. – Старик ударил рукой по столу. – Нелепые городские слухи. Неужели он тебе настолько отвратителен?
В самую точку. За те семь месяцев, пока Фогвилл выслушивал отрицания всех своих подозрений, в городе было найдено на четыре обескровленных трупа больше, чем ожидалось. Четыре лишних тела без единой капли крови в жилах, хотя Карнивал, при всей своей ненасытности, убивала лишь одного в Ночь Шрамов. Но как убедить Сайпса в виновности
Когда Фогвилл последний раз пожаловался на то, что от паров из Ядовитых Кухонь у его дорогой матери завяла герань, вся церковная братия неожиданно слегла от неизвестного недуга. Подозревая, что дело здесь нечисто, Фогвилл поднял тогда ужасную шумиху, после чего целый месяц страдал от колик и поноса. Наконец оправившись и вернувшись на службу, он с негодованием узнал, что Девон уже набирает лаборантов на свои кухни из числа церковных поварят. Что случилось с ними впоследствии, так и осталось тайной. Этой свинье Фонделгру не было никакого дела, да, по всей видимости, как и остальным.
За исключением, конечно, Фогвилла. Он колебался.
– У меня есть один знакомый.
Сайпс заткнул уши.
– Даже не хочу это слушать, Фогвилл.
– Носильщик на кухне, – уже увереннее продолжал помощник после того, как первые слова были произнесены. – Девон объявил, что ночью прибудут четыре корабля, и требуются ребята покрепче, чтобы разгрузить трюмы. Он жалуется на постоянный недостаток людей для черной работы, хотя отказывается взять солдат или писарей. Говорит, у него нет ни времени, ни возможности самому проверять каждого полотера или конюха.
– Он так говорит?
– Ну не я же.
– Я уверен, что это неприятная, но необходимая работа. Война нас всех здесь заставила потуже затянуть пояса. – Сайпс закрыл книгу. – Когда это было?
– Шесть недель назад.
– И что же случилось с твоим… знакомым?
– Исчез. Колдун, безусловно, ничего об этом не знает. Сказал, что тот, должно быть… Ну, на самом деле мне бы не очень хотелось вдаваться в подробности. Честно говоря, его рассказ был немного непристойным… вульгарным. Он меня ненавидит, так что он всегда… – Фогвилл никак не мог подобрать слова, чтобы выразить свою досаду. – Он всегда…
– Тело не нашли?
Снова удар ниже пояса.
– Мне действительно очень жаль, что ты потерял друга, Фогвилл, но это еще не повод подозревать Девона в преступлении. Может, твой приятель просто сбежал. Обычное дело для сброда, что работает на Ядовитых Кухнях. Ни один человек в здравом уме не захочет там работать. А ведь, несмотря на свой титул, Девон вовсе не плохой человек.
– Спорный вопрос. Посмотрите хоть на оружие, которое разрабатывает его лаборатория. Нет никакой необходимости причинять врагу такие страдания.
– Твое мнение о его работе вряд ли имеет какое-нибудь значение.
– Позвольте отдать приказ спайну проследить за ним, просто понаблюдать.
– Это невозможно.
– Можно использовать Рэйчел Хейл. Она еще не прошла посвящение, у нее есть связи в армии, мы…
– Нет. Я хочу, чтобы она занялась Диллом.
– Тогда позвольте мне поговорить с веревочником, – не унимался Фогвилл. – Выяснить, когда и где он обнаружил дочь, возможно, осмотреть тело. – Он сам удивился тому, что сказал: Лига Веревки считалась самым опасным местом во всем Дипгейте.