Ночь с тобой
Шрифт:
Так мы провели больше двух часов. Наконец за нами прислали спасателя с ярким фонарем в руках. Он громко говорил по-английски и, словно Данко с горящим сердцем, подняв фонарь высоко над головой, вывел нас из лабиринта в огромный грот. В слабом свете фонарей там уже сидело несколько групп. Нас пристроили к ним и усадили на деревянные скамейки. Наконец-то я отыскала Ксюшу с Куртом. Они были в диком восторге. Эта ситуация казалась им необыкновенно приключенческой. Ксюша напрочь забыла о вечернем приеме и только талдычила, что я просто не въезжаю, что это круто и что ей все будут завидовать,
Нам предложили на выбор — либо продолжить осмотр, либо пойти сразу на представление, которое должно быть по плану в конце, а тем, кто устал, — подняться на лифте наверх.
Когда Ксюша заикнулась о представлении, я так рыкнула на нее, что они с Куртом подчинились, правда, он сказал, что любит оперу, а по программе экскурсии предусмотрено, что кто-то выплывает на лодке из подземного озера и поет оперную арию. То, что немцы любят оперу, я слышала, как и о том, что они педанты: раз запланировано, то, будь добр, выполняй. Но я твердо стояла на своем.
На лифт выстроилась огромная очередь, поскольку желающих остаться, потусоваться и послушать арии оказалось все же маловато даже среди смельчаков. Когда нас подняли наверх, моему счастью не было конца, я словно заново родилась, готова была целовать землю и подпрыгивать до неба, не важно, что земля испанская, все равно земля наша человеческая, а не то мрачное царство мертвецов. Мне казалось, что те же чувства испытывали и остальные люди. Потому что все-все, вне зависимости от национальной принадлежности, были возбуждены, радовались и смеялись. На площадке перед шахтой сгрудилась масса народу. Все ждали автобусы. Оказалось, что наш автобус давно ушел, у водителя кончилась смена, новый прибудет только через час, а может, нам и не удастся им воспользоваться, потому что групп скопилось много. Уехать мы смогли только к ночи.
Усталые, но довольные, как писалось в школьных сочинениях, мы вернулись в отель за полночь. Ксюша взглянула на наши разложенные по кроватям наряды и огорчилась. Оказаться в числе гостей прощального приема нам не довелось.
— Но приключение в соляной шахте не хуже, правда, Риса? — успокаивала она себя.
— Да уж, — отозвалась я и, приняв душ, уснула глубоким сном. Мне снился какой-то средневековый замок, бал и я на нем, в прозрачном платье, под руку танцую со Святославом.
Наутро он не явился на завтрак. Прождав, чтобы извиниться за вчерашнее отсутствие, я направилась к стойке рецепции, узнать его телефон, чтобы позвонить в номер.
Красиво сконструировав фразу по-английски, на что моих знаний хватило, я обратилась к менеджеру.
— Фамилия вашего знакомого? — после того как я назвала имя, поинтересовался служащий.
И тут я сообразила, что не знаю его фамилии.
Молодой человек, очень
— Он россиянин?
— Да, из Москвы, адвокат, — добавила почему-то я, вероятно, для полноты сведений о Святославе.
— А-а, который устраивал вчера прощальный ужин? — подсказал молодой человек.
— Да-да, — обрадовалась я.
— Он уехал сегодня рано утром. Я дежурил всю ночь, они отмечали отъезд, а на рассвете я сам заказал ему такси.
Увидев мое расстроенное лицо, менеджер решил меня развлечь:
— Он жил у нас в лучшем люксе на самом верху.
— В пентхаусе? — вспомнила я полукруглую, резную конструкцию над основной башней отеля. Все, восхищаясь, гадали, какой же счастливчик там обитает.
— Да, — закивал менеджер. — Господин адвокат оставил мне визитную карточку. — Он гордо помахал перед моим носом визиткой.
Попросить взглянуть на нее было совсем уж неудобно. И так парень мне рассказал больше, чем ему положено. Поэтому я и не попросила.
5
Новый муж дочери оказался полной противоположностью Игоря. Он был очень отзывчив, очень услужлив, очень интеллигентен, но страшно зануден. Его голова на тонкой шее мелькала всюду — в кастрюле с супом: «Какой вкусный запах, а вот моя мама добавляла в вегетарианские блюда еще какие-то травки», в проеме между дверью и лестничной клеткой: «Танюша, застегни пальто, сегодня очень ветрено», в школьном рюкзаке Ксюши: «Чтобы учебники и тетрадки не пачкать шариками, нужно иметь пенал, и вот что я тебе еще посоветую…»
— Загрузка окончена, — грубила девочка, выхватывая рюкзак из рук отчима, которого она категорически не воспринимала.
Мне, когда я появлялась у них в доме, новый зять советовал не покупать рекламные лекарства, а те, что я глотаю, запивать теплой кипяченой водой, ни в коем случае не газировкой. Он по профессии был врач, но работал в фармакологической иностранной компании. Целыми днями в дом звонили какие-то родственники и друзья с просьбой проконсультировать или помочь с лекарствами. Он охотно помогал. Ему до всех было дело.
Игорю, к моему глубокому удивлению, ситуация оказалась до лампочки. Он еще раз подтвердил свою характеристику — «пофигист». В то время, когда мы уехали с Ксюшей к морю, он укатил с друзьями в горы, причем без всякого предупреждения. Вот так, вышел на пару часов из дома в сауну и укатил. Вариант картины «С легким паром». Татьяне позвонил только через несколько дней.
— А зачем волноваться? — удивился он.
И когда, вернувшись, застал в квартире доктора, протянул ему руку:
— Ты что, другой бобер?
— Кто, простите? — не понял доктор.
— Второй муж моей жены? Сказка такая детская есть: ушел бобер на работу, а когда вернулся, в норе уже засел второй бобер. — Игорь рассмеялся.
— А вы первый? — не ожидая такого радушного приема, опешил доктор.
— Давай знакомиться. Может, по пивку? — предложил ему Игорь и, вынув из кейса две банки с пивом, откупорил одну.
— Нет-нет, спасибо, спасибо, не открывайте вторую, оно, знаете ли, с консервантом, я предпочитаю бочковое.