Ночь поцелуев
Шрифт:
Гейбриел ослабил хватку.
— Боже милостивый, — пробормотал джентльмен, поднимаясь, — если вы намерены украсть у племянника невесту, не стесняйтесь! Вам вовсе ни к чему разыгрывать здесь дикого степного хана. Этот спектакль я уже видел, и, честно говоря, не в восторге.
— Да, я вел себя как дурак, — покаялся Гейбриел. — Простите.
Тулуз поправил сюртук.
— Вы меня немного удивили своим сугубо мужским и к тому же провинциальным поведением.
— Сам не ожидал от себя такой прыти. А невесту у племянника красть не собираюсь.
Тулуз
— Раз так, то с какой же стати вы бросились защищать ее грудь?
Хороший вопрос, подумал принц. Должно быть, он потерял голову от Кейт.
— Я ей не нравлюсь.
— Не хочу разрушать ваши иллюзии, — ехидно заметил придворный, — но мисс Долтри далеко не первый человек, которому вы внушаете подобные чувства.
Гейбриел грустно улыбнулся. Что и говорить — заслужил.
— Возможно, несдержанное поведение всего лишь нервная реакция на преследования мисс Джилл?
— Честно говоря, со стороны кажется, что это реакция на близость мисс Долтри.
Достойного ответа принц не нашел, а потому продолжил путь в полном молчании.
Глава 18
— С какой стати я должен сидеть рядом с леди Дагобер? — возмутился Гейбриел. — Не хочу!
Бервик раскурил трубку и сквозь дым посмотрел на господина.
— Ведете себя не как взрослый человек, а скорее как четырехлетний ребенок. Разумеется, вам надлежит сидеть рядом с графиней, ведь после вас именно она носит самый высокий титул. К тому же знает вас с самого детства. Я приготовил ей место справа.
— Хочу сидеть рядом с Кейт, — упрямо заявил принц, игнорируя очевидную справедливость утверждений дворецкого. — Как и вчера. Буду ужинать в семейном кругу.
— Нет, не будете. — Бервик невозмутимо отстаивал справедливость. — Мисс Кэтрин Долтри, которую иногда называют Викторией, займет место между крестной, леди Роут, и лордом Хатауэем. Возможно, вы и лелеете мечту превратить внебрачную дочку свинопаса в принцессу или в другую, менее респектабельную особу, однако крестная мать твердо решила соединить ее со своим дальним родственником.
— Но Кейт не может выйти замуж за лорда. Она же рождена вне закона.
— Одно я знаю наверняка: леди Роут заплатила целых две гинеи за то, чтобы я посадил молодых людей рядом.
— Кейт полна загадок, — задумчиво произнес принц. — Если леди Роут действительно ее крестная, то откуда же мозоли на ладонях?
— Да, лишь одно обстоятельство не вызывает вопросов: ваша безусловная влюбленность, — хитро прищурился Бервик. — Позвольте подвести некоторые итоги: молодая особа не проявляет к вам ни тени интереса, что весьма разумно. Вы же настолько испуганы предстоящим приездом невесты, что с громким криком бросаетесь вслед за той, кто не только не обращает на вас внимания, но даже не может рассматриваться в качестве достойного объекта ухаживаний. Нельзя ли проявить чуть больше
— Недавно я едва не оторвал одному джентльмену голову за неуважительное высказывание о ее бюсте, — мрачно признался Гейбриел. — К чести Тулуза он отреагировал очень достойно, хотя и крайне рассердился. Говоря по правде, этот человек мне нравится.
— В таком случае прекратите безумствовать, — строго посоветовал Бервик. — Гоняетесь за девочкой лишь потому, что хотите отвлечься, а это нечестно: жениться-то на ней вы все равно не сможете. К тому же у нее уже появилась соперница: леди Старк заплатила мне четыре гинеи, и тоже за возможность сидеть рядом с лордом Хатауэем. Как видите, джентльмен пользуется спросом. Боюсь, мисс Долтри потребуется проявить немало остроумия.
Гейбриел нахмурился.
— Леди Старк? Та самая, чья дочь — мисс Эффи Старк? Разве это соперница? Кейт без труда сотрет ее в порошок.
— Возможно. Но у мисс Старк два существенных преимущества: достойная родословная и солидное приданое, — трезво оценил Бервик.
— Я дам Кейт приданое, — не задумываясь парировал принц.
— Только что мечтали соблазнить, а теперь уже готовы выдать замуж за Хатауэя? А где же, позвольте спросить, вы намерены раздобыть деньги на приданое? Видит Бог, мне надо кормить льва, причем регулярно.
— Я всего лишь хочу сказать, что мисс Старк по сравнению с Кейт — настоящая мартышка.
Дворецкий вздохнул.
— Забудьте о Кейт, ваше высочество.
— Это ты должен назначить ей приданое, — неожиданно рассудил Гейбриел. — Шесть гиней с одного обеда! Очень даже неплохо!
— Место за вашим столом стоит еще дороже, — ухмыльнулся Бервик. — Уверен, что все молодые леди надеются, что корабль княжны Татьяны пойдет ко дну, так и не достигнув берегов Англии.
— Получается, что тебе выгодно держать меня холостяком.
— Просто я чувствую, Гейб, что в глубине души ты совсем не хочешь жениться на Татьяне, — тихо признался Бервик.
Принц удивленно посмотрел на брата: тот давно не называл его по имени, все больше обращался официально «ваше высочество», хотя порой позволял себе вольности вроде «ваше мошенничество» и «ваша гнусность».
— Дело не в Татьяне. Я вообще не хочу жениться.
— Так сбегите в свой Карфаген, — посоветовал дворецкий. — Не волнуйтесь, мы здесь не пропадем. Зато вы окажетесь первым женихом, который не дождался брачной ночи.
Долю секунды принц действительно обдумывал такую возможность: забыть все обещания, отказаться от ответственности и умчаться куда подальше, словно сам дьявол гонит его в шею.
Но, как всегда, разум возобладал. Гейбриел взял себя в руки и покачал головой:
— Не могу позволить себе нарушить данное слово. К тому же нам нужны деньги. Все-таки я планирую остаться принцем, а не перейти в разряд подлецов. Ну а сейчас, пожалуй, навещу Поула. Он начинает нервничать, если не пообщается со мной хотя бы немного.