Ночь огня

Сэмюэл Барбара

– А, хорошо, что ты проснулась, – протянул он.

Кассандре хотелось броситься ему на шею, но она стеснялась продемонстрировать свой порыв. Почувствовав неловкость, возникшую между молодыми людьми, служанка удалилась, качая головой. Кассандра смотрела на Бэзила, не зная, что сказать.

– Добрый вечер.

Он вежливо поклонился.

Кассандра могла поклясться, что видела, как он покраснел.

– Кассандра, я надеюсь, ты простишь мне мое необдуманное поведение прошлой ночью, скорее, нынче утром.

– Простить

тебя? Нет, я не могу этого сделать.

Бэзил резко поднял голову:

– Нет?

– Это означало бы признать, как безнравственно я себя вела, а ты обещал, что мне не придется этого делать.

Бэзил расслабился и с облегчением вздохнул. Он всю ночь боялся, что Кассандра все-таки сбежит.

– Я подумал, что сегодня вечером мы могли бы поесть в доме, – он слегка кивнул, – не обязательно оставаться наедине.

– Ты имеешь в виду слуг?

Он сжал руки за спиной.

– Мне кажется, что так благоразумнее.

В его глазах была серьезность, смешанная с чувственностью, сочетание, приводившее Кассандру в замешательство.

– Какой ты хороший, мой Бэзил, – тихо произнесла она. – Я чувствовала это в твоих письмах, но я не знала, что в мужчине может быть столько доброты.

– Это не доброта, – сказал он. – Я не хочу пугать тебя, никогда. Идем! Ты, наверное, очень проголодалась.

– О да! И запах восхитительный.

– А голова не болит?

Она слегка хлопнула его веером по руке:

– Вы не должны были упоминать о моей несдержанности, сэр.

– Где же тогда та отчаянная женщина, которая говорила, что иногда стоит напиваться? Она мне понравилась. Немедленно верните ее ко мне.

Когда они вошли в большую мрачную комнату, украшенную темным деревом, тяжелыми портьерами и огромной хрустальной люстрой, Кассандра хихикнула:

– Вот это да! В этой комнате ты мог бы принять всю Тоскану.

– Да, – сказал он, устало вздохнув. – Мне здесь никогда не нравилось. Иногда мы приезжали сюда, когда я был ребенком. Мне всегда казалось странным, что праздник и бал должны начинаться в темной комнате без вида на горы или на море.

– Но мы все-таки здесь!

– Подходящая комната.

Слуги разложили еду – мягкую рыбу, сваренную в бульоне, которую Кассандра не узнала, но тем не менее восхитительную.

Некоторое время они молча наслаждалась едой.

– У тебя замечательная повариха, Бэзил. Уезжая, я обязательно подкуплю ее, чтобы она отправилась со мной.

Он улыбнулся и поднял глаза:

– Она не поедет. Она обожает одного меня.

И тут Кассандра увидела норов, который он умело сдерживал. Он сознавал, что нравится женщинам.

– Сегодня вечером, – сказал Бэзил, – нам следует завершить рассказ о приключениях счастливым концом.

Кассандра засмеялась:

– Но это – истории второго дня, а у нас пошел третий день.

– Но мы вчера ничего не рассказывали.

– Нет, рассказывали! Ты мне рассказал о святой Екатерине.

– Я

рассказал правду, но ты ничего мне не поведала в ответ, поэтому второй день еще не закончился.

– Тогда у нас будет десять дней, да? – спросила она, наклонив голову.

– Теперь нужно, чтобы их было одиннадцать, если только мы не пропустим какой-нибудь день – тогда их понадобится двенадцать.

Кассандра, смеясь, взяла со стеклянного блюда пригоршню ягод.

– Я подумаю о рассказе, о приключениях со счастливым концом. А! Я знаю один.

Его глаза сверкали. Она старалась не смотреть на его губы, но они притягивали ее взгляд, и ей вспомнилось то сладкое удовольствие, которое они ей доставили. Видя ее пристальный взгляд, Бэзил медленно сощурился и дотронулся до ее руки:

– Пожалуйста.

– Это рассказ о моих братьях, которые, вступившись за честь нашей сестры, убили на дуэли человека и покинули Англию, опасаясь за свои жизни.

– Дуэль? Правда?

– Разве я не писала тебе об этом?

– Нет. Ты только время от времени немного рассказывала о семье.

– Может быть, я боялась, что сравнение будет не в мою пользу.

– Никогда!

– Вы еще не слышали эту историю, сэр.

Он рассмеялся:

– Значит, не слышал. Пожалуйста, продолжай.

Кассандра рассказала ему о своей сестре Адриане, испорченной девчонке, которая завела любовника и шокировала тем самым весь высший свет, и о своих братьях, которые вызвали этого любовника на дуэль и убили, а потом бежали на пять лет из Англии, опасаясь виселицы. Она рассказала то, что знала об их приключениях, о том, что они пережили восстание на островах и неприятности от работорговцев, которые чуть было не украли Гэбриела, и о том, как они жили среди индейцев.

– А потом они вернулись домой, целые и невредимые, чтобы опять попытаться спасти сестру, но она уже была замужем.

– Спасти от брака? Адриана не хотела выходить замуж?

– Поначалу нет. Теперь она живет с мужем в Ирландии.

– А твои братья?

– О, Джулиан стал настоящим английским джентльменом. Гэбриел… – она помолчала, – он всегда сам решал, что ему делать.

Довольная и сытая, Кассандра вздохнула и откинулась на спинку стула.

– Почему я рассказываю истории о своей жизни, а ты – о жизни в мире? Думаю, вам следует рассказать что-нибудь о своей жизни, сэр.

Он поджал губы:

– Наверное, я не знаю ни одной.

– Ни одной со счастливым концом?

Он поднял брови, выражение его лица было унылым.

– Это очень печально, не правда ли?

– Да, – сказала она. – Очень.

Бэзил встал.

– Идем, эта комната угнетает меня. Давай вернемся в библиотеку и посмотрим на рукописи. Это порадует тебя?

Кассандра смотрела в сад.

– А мы можем прогуляться вместо этого? Я люблю ночь.

– Конечно.

Это было сказано спокойным тоном гостеприимного хозяина.