Ночь огня
Шрифт:
Джулиан
– Бэзил, это уж слишком, – прошептала Кассандра.
– И даже более того, – согласился он, нежно заключая ее в объятия и страстно целуя.
На мгновение Кассандра покорилась, потом почувствовала, что на них смотрят десятки глаз.
– Пожалуйста, – запротестовала она, – мы должны найти какой-нибудь уединенный уголок, или я умру от потрясения.
– Разумеется, – ответил Бэзил таким тоном, как будто заранее знал, как она отреагирует, и повел ее в заднюю комнату.
Кассандра услышала, как Гэбриел успокаивал толпу, жаждавшую продолжения:
– Подождите немного!
Кассандра взглянула на Бэзила в углу, освещенном единственной сальной свечой, стоявшей у потемневшего зеркала. На его лице было заметно утомление, ввалившиеся щеки и морщины вокруг рта придавали ему зрелости. В красивых темных глазах она впервые заметила выражение спокойной уверенности.
– Сначала я хочу попросить у тебя прощения, Кассандра, – сказал он, дотрагиваясь до ее руки большим пальцем. – Я был не воином, которого ты заслуживала, а всего лишь капризным мальчишкой, жаждавшим спасения.
– Но… как?
– Сейчас объясню, но до этого мне необходимо убедить тебя, что я стал настоящим мужчиной, не только поэтом, но и воином. У тебя теперь будет все – любовь, честь… муж.
– А Аннализа?
– Мне поручено передать тебе кое-что.
Он достал письмо из внутреннего кармана камзола. Кассандра села и принялась читать, внимательно вглядываясь в написанное, чтобы разобрать его при плохом освещении.
Дорогая Кассандра!
Мне необходимо поблагодарить тебя за исполнение моего сердечного желания, потому что хотя я и не пишу тебе из моего любимого монастыря на Корсике, но все равно из райского места во Франции, в котором я приму постриг через несколько месяцев. Здесь я вольна петь хвалы Господу с утра до ночи и даже во сне.
Я возвращаю тебе твоего мужа, сохранившего мою чистоту для того, чтобы я могла соединиться с Богом. В благодарность за то, что Бэзил спас мне жизнь, мой отец убедил Монтеверчи-старшего принять жену, выбранную себе сыном, поэтому
Спасибо за то, что ты дала ему возможность защитить меня таким образом. Пусть твоя любовь принесет тебе такую же радость, какую моя принесла мне.
Аннализа.
Кассандра зажала рот дрожащей рукой и взглянула на Бэзила. Казалось просто невозможным, что все это, тянувшееся так долго, просто… закончилось.
– Ты больше не женат?
– Нет. Брак был расторгнут во Франции. И очень быстро.
Казалось, она все еще не осознала того, что он стоял рядом с ней, хотя ее тело приняло его быстрее, чем ее ум. Жидкое пламя разлилось по ее коленям и бедрам, зажгло грудь, шею и губы. Она поймала себя на том, что смотрит на его рот – на его полные чувственные губы. Внезапно у нее перед глазами промелькнуло эротическое видение – его обнаженное тело, прижимавшееся к ее телу. Ей пришлось глубоко вдохнуть, чтобы освободиться от переполнившего ее желания.
– Кассандра, если твои чувства как-то изменились, я пойму это. Но с другой стороны, я думал, что ты должна знать, что она здорова и счастлива.
Кассандра кивнула, не в силах произнести ни слова.
– Я принес тебе кое-что, – сказал Бэзил и протянул ей пригоршню слив.
Кассандра смеялась и плакала одновременно.
– Я не хочу слив, – четко произнесла она и собрала их с его ладоней.
Его руки были ловкими и сильными, с гибкими пальцами. С тихим вздохом она наклонила голову и поцеловала каждую ладонь, касаясь губами линий жизни и сердца.
– Чего ты хочешь, Кассандра? – прошептал он.
– Тебя, – ответила она, – только тебя, Бэзил.
Вскрикнув, он обнял ее и покрыл поцелуями дорогое лицо.
– О Господи! – воскликнул он. – За эти несколько дней я умирал тысячи раз. Я так боялся, что ты не захочешь меня после всего того, что произошло.
Переполненная счастьем, похожим на золото, бурлившее в крови, Кассандра рассмеялась. Она издала счастливый возглас, похожий на пиратский клич из ее детских игр, и прижала его к себе.
– Я люблю тебя, Бэзил, я люблю тебя, люблю!
Наконец-то к ней вернулся ее принц, ее счастливый поэт. Его глаза горели, улыбка сияла, а смех напоминал дни, окрашенные огнем.
– Мы должны пожениться немедленно, – сказал он. – Я хочу, чтобы мы спали вместе как муж и жена.
– О да, – прошептала она.
Вдруг они заплакали и засмеялись, ощущая удивление и облегчение одновременно. Кассандра уткнулась головой в его плечо и вдыхала его запах, зная, что им предстоит многое сделать в Италии и Англии. Наверное, они займутся всем этим вдвоем. Но сейчас ничто не имело значения. Бэзил крепко обнимал ее.
– Наконец-то я могу сочинять стихи, в которых будет называться твое имя, – сказал он, – единственное имя, достойное, чтобы его произносить, – Кассандра, потому что так зовут мою единственную возлюбленную. Мою жену.