Ночь оборотней
Шрифт:
Но они совершенно не двигались и не пошевелились даже тогда, когда Джерин раздвинул ветви и направился к ним. Его недоумение росло с каждым шагом. Он подошел уже совсем близко, а враги этого словно не замечали. Тогда он наклонился и ткнул одного из них рукой.
Трокмэ повалился. Варвар был мертв, лицо перекосила страшная гримаса. Из горла у него торчал деревянный гарпун, наполовину вымазанный оранжевой мастикой. В груди его неподвижного товарища застрял такой же гарпун, а
— Что за чертовщина! — воскликнул Вэн.
На лице Джерина появилась мрачная усмешка.
— Полагаю, водяные оказали нам хорошую услугу, — сказал он. — Зачем еще Баламунгу посылать своих людей на юг, если не ради того, чтобы выследить нас? И вот, почти настигнув добычу, они остановились немного порыбачить. В единственной элабонской реке, где людям это запрещено.
И он рассказал, каким образом водяные попали в Прантер. Вэн покачал головой.
— Вот дурни, погибли из-за какой-то форели. Зато у нас теперь есть прекрасный завтрак.
Он наклонился, собираясь поднять рыбину. Джерин схватил его за руку. Из реки за ними наблюдала голова рептилии. В немигающих янтарных глазах речного жителя ничего невозможно было прочесть, но ядовитый гарпун он держал наготове.
— Ладно, забирай эту чертову форель!
И Вэн бросил рыбину в Прантер. Речной житель нырнул за ней и через секунду уже держал добычу в перепончатой лапе. Важно кивнув, он скрылся под водой.
— Что там у вас? — раздался из кустов голос Райвина.
Лис порадовался, что у того хватило ума надеть доспехи и наложить стрелу на тетиву лука. Однако он обрадовался гораздо меньше, завидев позади Райвина Элис. Вечно ее тянет к опасности. Хмурясь, он рассказал о случившемся.
— Этот трокмэ и вправду тебя ненавидит, если так жаждет от тебя избавиться, — заметил Райвин. — А может, боится.
Джерин горько рассмеялся.
— С чего бы ему меня бояться? Я для него всего лишь камешек под ногами, пусть острый, йо, но все же камешек.
От моста, называвшегося Месть Далассеноса, до них долетел стук копыт. Райвин поднял лук, ожидая появления других трокмуа. Но это был всего лишь суровый курьер в черной с золотом одежде империи, с кожаной сумкой, перекинутой через плечо. Он мчался на юг, гоня взмыленных лошадей.
— Дорогу! — кричал он, хотя на пути его не было никого.
— Дорогу! — передразнил Джерин. — Хотел бы я хоть раз услышать от них что-либо иное. Однако это так же невозможно, как увидеть волка, лазающего по деревьям.
Лис недолюбливал курьерскую службу Элабона. Все бароны к северу от Керс относились к ниточке, связывавшей их с империей, так же, как он, и были
В тот же день они увидели еще одного курьера, мчавшегося на юг с той же прытью. Джерин окликнул его, надеясь узнать новости, но ответа не последовало. Эти парни не снисходили до разговоров, боясь скомпрометировать себя. Ругаясь, Джерин продолжил свой путь.
Как выяснилось, Райвин ничего не слышал ни о самом аоратосе, ни о его замечательных свойствах.
— Даже странно, — сказал он, — я был уверен, что травники школы знают все о растениях, произрастающих на имперской земле.
Он взял кустик из рук Вэна и принялся внимательно его рассматривать.
— На мой взгляд, совершенно обычная травка.
— Наверное, поэтому никто и не знает о ней, — предположил Вэн. — Но на равнинах аоратос приметен.
— Сегодня ночью я его испробую, — сказал Райвин.
— Вкус отвратительный, — предупредил Джерин.
— Ну и что? Если его действие и вправду такое, как вы рассказываете, то мне, возможно, откроется совершенно новый порок.
И он одарил Лиса преувеличенно масляным взглядом, но все испортил, сморгнув.
— Если бы ты был хотя бы наполовину таким прощелыгой, каким хочешь казаться, то уже давно погряз бы в распутстве и пьянстве, — сказал Джерин.
— А если бы ты был таким же занудой, каким себя выставляешь, то сам давно бы закис, — парировал Райвин и попал в точку настолько, что Джерин лишь хмыкнул, не находя что сказать.
В ту ночь он первым нес караул и чувствовал себя таким разбитым, что решил все же пожевать листья аоратоса, несмотря на их вкус. Когда сок растения побежал по его венам, усталость как рукой сняло. Благодаря способности аоратоса вводить в строй дополнительные ресурсы организма, он увидел белку, спящую высоко на осине, лису, гонявшуюся за полевкой, козодоя, хватающего порхающих ночных мотыльков. Призраки были очень раздражены. Открывшееся шестое чувство почти помогло Джерину определить причину их недовольства, но в последнюю минуту она от него ускользнула.
То ли он съел больше листьев, чем в прошлый раз, то ли этот кустик оказался более мощным, но, когда он разбудил Райвина, эффект его свойств еще был силен. Короче, спать ему не хотелось, а кроме того, интересно было узнать, как аоратос подействует на южанина.
— Кгх! — Райвин чуть не подавился, но все-таки сумел проглотить первую порцию. — Это блюдо явно не для гурманов.
Он еще пожевал листьев. Прошло несколько минут. Дыхание щеголя участилось, голос стал мягким, мечтательным.