Ночь греха

Росс Джулия

Энн закрыла глаза и некоторое время сидела в полном молчании. Остальные ждали. Наконец она подняла голову и посмотрела прямо на Джека.

– Полагаю, это хороший план, – сказала девушка.

– Это план безумца, – сказал, усмехаясь, Ги. – Вот почему он скорее всего сработает. Вы согласны, мисс Марш? Тогда мы с мисс Рен отправляемся.

Она кивнула. Джек поймал взгляд Ги, и мужчины вышли.

– Это план безумца, – повторил Ги, когда они сняли с себя фраки.

Джек рассмеялся:

– Да, конечно, но, наверное,

совсем по иной причине, чем ты думаешь.

Ги поднял брови:

– Тогда по какой же?

– По той, что при всей хрупкой внешности мисс Энн Марш она – леди, обладающая такой силой духа, что скорее наденет вишневые ленты и стеклянные виноградины, чем оскорбит чувства тетки, которая ее любит.

– Значит, ты думаешь, что эта шляпка не соответствует ее вкусу?

Джек рассмеялся:

– Уверен, что не соответствует!

Теперь, когда она связала себя словом, ей придется пройти через это. В сердце своем она услышала только одно – слова, произнесенные голосом ее отца: «Ты должна пройти через это, Энни!»

Энн сняла шляпку, мантилью и хлопчатобумажное персиковое платье, потом, стоя в полуботинках и нижних юбках, ждала, пока служанка надевала ее одежду. Они были одного роста, но у служанки волосы были золотисто-белокурые, а глаза синие, как барвинки: настоящая английская красота. Если бы не шляпка, спутать их было бы невозможно.

Прямо скажем, вишневые ленты и виноград были более чем заметны. И конечно же, они были ужасны. Широкие поля полностью скрыли лицо Рейчел. К своему великому удивлению, Энн почувствовала даже некоторую радость. Безумная идея лорда Джонатана может сработать!

Она развеселилась почти так, как если бы играла в переодевания с сестрами и братьями. Энн протянула руку к коробке и нашла там добротное синее платье, шляпку с полями козырьком и коричневый плащ – именно так оделась бы жена любого фермера, отправляясь в город за покупками. Рейчел помогла ей надеть платье.

– Ой! – воскликнула служанка. – Господи помилуй! Подол стлался по полу, а талия была рассчитана на куда более крупную женщину. Энн утонула в синей хлопчатобумажной ткани, как младенец в пеленках.

– Слишком велико, – сказала Энн, хотя это было и так очевидно. – Его светлость мог бы засунуть в него нас обеих!

Рейчел усмехнулась в ответ, блеснув глазами, а потом девушки рассмеялись – славная разрядка после такого напряженного утра. Кто-то постучал. Рейчел подошла в двери, выглянула, потом распахнула ее, и появились Ги Деворан и… неужели фермер Осгуд? На мистере Деворане теперь были синий фрак, белоснежный галстук и высокая шляпа – все, в чем только что красовался его кузен, зато лорд Джонатан стал неузнаваем.

Как Энн и ожидала, на нем была одежда фермера. Он припудрил чем-то белым – наверное, мукой – волосы, чтобы смягчить их цвет. Но и с лицом своим он тоже что-то сделал. Да, он щеголял трубкой

и маленькими бакенбардами, но даже глаза его и губы изменились. Энн попыталась удержаться, но ее так и подмывало захихикать.

– Ах, – сказала она, – Господи помилуй!

– Сажа, – отозвался он, встретившись с ней глазами. – Не собственно борода, но подделка на скорую руку в опасную минуту. – Размахивая трубкой в одной руке, он посмотрел на Рейчел и сказал с хорошим западным акцентом: – Мисс Рен, вы очаровательны. Никто не подумает, что вы не мисс Марш.

Ги склонился к руке служанки. Та присела в реверансе и пошла с ним к двери.

– Увидимся в Уилдехее, – сказал лорд Джонатан. – Желаю удачи!

Ги Деворан подмигнул:

– И тебе того же, кузен! Думаю, тебе удача понадобится куда больше, чем нам, – я только что видел хромую клячу и двуколку, которые ты нанял, чтобы доехать до дому.

И Энн осталась один на один с фермером Осгудом. Он решительно выглядел деревенщиной и стал на несколько лет старше. Она почти верила, что это скотовод из Хоторн-Аксбери, и это казалось ей гораздо безопаснее, чем остаться наедине с герцогским сыном.

Джек повернулся к ней и улыбнулся.

– Итак, маргаритка превратилась в василек, – сказал он. – Жаль, что не было времени подыскать платье нужного размера.

– А вы действительно выглядите как фермер. И дело в чем-то другом, а не в одежде и саже. Как у вас это получается?

– Главное – дешевый табак наряду с искренней, по возможности, и полной верой в то, что у тебя есть целое стадо свиней и овец. Тайна всякого переодевания заключается в вере – нужно душой и сердцем уверовать в него.

– Плюс некоторая неуклюжесть и угрюмость, и вот – герцогского сына нет.

– Вот именно. – Джек пососал трубку и некоторое время смотрел на нее. – Зато с вашим нарядом придется что-то делать. Вы ведь даже идти не можете, да?

Энн посмотрела на ноги.

– Джентльмен не обязан знать, как подобрать для леди платье по размеру.

Он отложил трубку и придвинул стул.

– Станьте сюда.

– Что вы хотите сделать?

– Укоротить подол, сударыня. Я уверен, что в прежней жизни я шил карнавальные костюмы.

Она колебалась одно мгновение, а потом стала на стул. «Ты должна пройти через это, Энни!»

Синее платье было украшено по подолу тремя рядами черного канта поверх узких оборок. Лорд Джонатан порылся в коробке и вынул ножницы. Он стал на колено и начал отрезать низ юбки, как раз под последней оборкой.

Энн затаила дыхание. Джек сосредоточился на своей задаче. Он ведь уже видел ее в рубашке, так что ничего страшного, если он увидит ее нижние юбки. Конечно, ее лодыжки благополучно прикрыты полуботинками. Значит, он никак не сможет увидеть ее ноги. Но даже если и увидит – он ведь джентльмен. Вожделение не охватит его.