Ночь безумств
Шрифт:
Двери лифта открылись. Кейт с заметным облегчением протянула руку, прощаясь.
– Спасибо еще раз, Сантино.
Ее голос звучал холодно и спокойно, и на минуту Сантино показалось, что он неправильно понял язык ее тела. Но, целуя руку Кейт, он ощутил, как она задрожала.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Кейт обрадовалась – Кэдди решила не дожидаться ее возвращения. Ей не хотелось рассказывать о том, как прошла встреча. Чтобы не беспокоить сестру, Кейт закрыла дверь осторожно,
В ее прошлом было столько теней и столько секретов, что девушка боялась даже думать о них, не говоря уже о том, чтобы посвятить во все Сантино. Как она могла признаться Кэдди в своем желании получить его поцелуй? И ведь он едва этого не сделал, но по какой-то причине сдержался. Как объяснить свое разочарование при этом? Сантино знал, чего хотела Кейт, и отверг ее; большего унижения девушка никогда не испытывала.
Что ж, по крайней мере, деловая сторона встречи порадовала. Сантино согласился оказать Кэдди всю необходимую поддержку. Значит, сестренка сможет работать, не опасаясь, что кто-нибудь снова подложит ей свинью.
Кейт понимала – приближалось время сообщить Сантино о том, что у него есть дочь. Чем дольше она будет откладывать, тем труднее будет открыться. С другой стороны, она по-прежнему хотела больше узнать о нем прежде, чем доверит ему свой секрет. Кейт надеялась, что работа с ним предоставит ей такую возможность…
– Кейт? Это ты?
Кейт затаила дыхание, услышав из спальни сонный голос Кэдди.
– Да… прости, что разбудила…
– Ты ему рассказала? Сказала Сантино о Франческе?
– Поговорим завтра. Спи, Кэдди. Через несколько часов тебе предстоит новый рабочий день.
На следующее утро Кэдди ни словом не обмолвилась об их вчерашнем ночном разговоре. Кейт вздохнула с облегчением. Но все же, кажется, Кэдди подозревает что-то. Образ Сантино Росси словно навис над ними, как грозовая туча.
– Где мой костюм? – спросила Кейт, когда обе девушки собирались на работу. – Я оставила его в спальне, а теперь там пусто.
Кэдди отвела глаза.
– Где он, Кэдди? – повторила Кейт с легким раздражением.
Она была рада, что пока они могут обсуждать нечто не относящееся к Сантино. Однако внутри возрастала паника.
– Когда я увидела твой костюм на спинке стула, то подумала, что его нужно постирать. Вот и отправила твои вещи в прачечную…
– Неужели?! – взорвалась Кейт по не вполне объяснимым причинам. – И в чем же мне теперь идти на работу?
– Успокойся. – Кэдди обняла сестру. – Возьми что-нибудь у меня.
– Я иду на работу, а не на презентацию фильма, – заметила Кейт, нервно теребя волосы.
– Спасибо, что напомнила о своей прическе. Тебе нужна новая стрижка. И подкраситься не помешало бы.
– Ни за что. – Кейт собрала волосы в хвост. – Мне нравится то, что у меня на голове.
И что подумает Сантино, если в первый же рабочий день я явлюсь на площадку с новой прической и в твоих
– Значит, тебе не все равно, что подумает Сантино?
Нет, в том-то и дело.
– Ладно, насчет джинсов ты, пожалуй, права, – согласилась Кэдди.
– Знаю. Слушай, позвони в прачечную. Может, мои вещи еще можно вернуть…
Вместо ответа Кэдди прошествовала к шкафу и достала оттуда кашемировое платье цвета сливочного масла. Юбка до колен, длинные рукава. Воротник открывал шею, но ничего более. В общем, вполне подходящий для работы наряд.
– Красивое, но не для меня, – твердо заявила Кейт. – И ты его еще не носила.
– Ничего страшного, если ты одолжишь его у меня на один день. Тебе ведь нечего надеть…
Кейт была загнана в угол, и Кэдди знала об этом.
– И не забудь это, – настояла сестра.
– Нет, – возразила Кейт.
Надо было как-то погасить энтузиазм Кэдди, которая держала в руках потрясающие бежевые замшевые полусапожки на небольшом каблуке. Судя по бренду, они стоили целое состояние.
– Почему?
– Они такие изящные. Я могу испортить их.
– Ты? – рассмеялась Кэдди. – Не думаю, Кейт.
– Но у меня есть туфли. Пойду заберу их из спальни.
Кэдди преградила ей путь.
– Если считаешь, что я позволю тебе надеть те чудовищные тапочки с моим новым платьем, то ты ошибаешься, Кейт Малхун. Ты – мой менеджер, помнишь? И должна выглядеть соответственно.
Поддавшись напору кузины, Кейт быстро оделась и взглянула на часы. Было еще слишком рано, чтобы звонить Франческе. Вместо этого девушка вызвала такси для себя и Кэдди. Домой она позвонит позже, как только появится возможность…
Повесив трубку, она невольно услышала, как Кэдди общается с Мередит по мобильному. Она не разобрала слов, но уловила тон Кэдди, сначала озабоченный, потом ликующий.
Кейт заставила себя не прислушиваться. Мередит – мать Кэдди, и они могут говорить о личном.
– Кэдди, пойдем, – позвала Кейт. – Такси останавливаются только на другой стороне улицы. Водитель уже ждет. Мы же не хотим опоздать…
У Кейт образовалось немного свободного времени, когда девушки прибыли на съемочную площадку. Пока Кэдди гримировали, Кейт сделала себе стрижку. Поначалу она стеснялась, но вскоре стилист уверил ее в том, что это сейчас очень модная стрижка, и Кейт призналась, что довольна своей новой прической.
– Пусть Мери поработает над твоим лицом, – посоветовала Кэдди, оглядев работу стилиста.
– Все так ужасно? – ухмыльнулась Кейт.
– Хуже, – состроив гримаску, рассмеялась Кэдди.
Кейт вышла на площадку совершенно преобразившаяся. В кашемировом платье и с аккуратным каре на голове она привлекала больше внимания, чем когда-либо. Странное ощущение, надо сказать. Но потом Кейт почувствовала себя великолепно. До того момента, как на площадке появился Сантино и направился прямо к ней.