Нильмера
Шрифт:
Наконец-то Ругу удалось создать колдовской щит над конницей. Все берсерки сгорали добравшись до него, но Дрикка использовала какое-то странное заклинание. Весь склон накрыло черными тучами. Через мгновение они развеялись. После чего все оставшиеся берсерки начали превращаться в каких-то кровопийц. Колдовской щит Руга был им уже нипочем. А те кто смог сбросить всадников и напиться их крови, становились больше и сильнее. Они осматривали склоны в поисках новой добычи. Всех бывших берсерков, теперь кровопийц, захватила неутолимая жажда. Сарматская конница дрогнула и побежала. Но вперед вышел Стефан и начал разить кровопийц огромным двуручным клинком. Его поддержали конные мечники гуннов. Наконец-то Руг начал пускать заклинания огненных волн. Кровопийцы становились слабее после каждого прикосновения раскаленных частиц. Но все еще были сильны, для
Изначально у Атиллы был хитрый план. Он понял, что штурмовать крепость вверх по склону бессмысленно и оставил всю конницу для отвлечения внимания. Сам он взял несколько сотен славян и столько же скифов и пошел в обход через северный перевал. Конечно вождь гуннов не ожидал такого темного и мощного колдовства от Бургундцев, но решил придерживаться изначальной задумки. Велизарий не отходил от своего командира, ни на шаг. Он все время озирался, в поисках возможной засады. Но ничего не происходило. Они спокойно дошли до северных стен и попали в замок через подземную пещеру, которая вывела их во двор прямо перед воротами. Сотни рогатых скотов напали на них. Но Атиллу было не запугать. Он уничтожал своим острым мечом одного за другим, иногда зажигая колдовские огни, превращавшие врага в пепел. Велизарий бился с ним плечом к плечу, нанося точные колящие удары копьем по рогатым демонам.
Дрекон заметил неладное и мигом спустился во двор. Он начал плести ледяные вихри сбивая с ног скифов. Атилла и Велизарий бросились на него, заставив друида отступить. Все его заклинания тут же сбились и угасли. Но он начал плести новые.
В это время на крепостной стене, Дрикка начала слабеть. Ей было все труднее командовать кровопийцами и отбивать колдовские атаки Руга. Колдун гунну, решился на грандиозное заклинание. Он подготавливал его почти четверть часа, дав Дрикке некоторую передышку. Гигантский огненный шар оказался между вытянутых ладоней Руга. Он бросал его из руки в руку, чтобы не сжечь себе кожу. Затем он оттолкнул его от себя и направил в Дрикку, защитное поле которой уже почти истончилось. Огненный шар попал точно в бриттскую ведьму, не оставив от нее даже пепла. «Я вас всех сотру в порошок!» — заорал Дрекон. С друидом стало происходить что-то неладное. Он постепенно стал превращаться в огромного ящера, а затем расправил крылья. Перед Атиллой и Велизарием оказался огнедышащий дракон. Они с трудом увернулись от жгучего пламени. После чего Дрекон начал бить скифов хвостом, разбрасывая всех по сторонам. Затем он взлетел и начал плеваться ядовитыми кислотами. Велизарий забежал на стену и пустил в дракона копье, но промахнулся. Ящер посмотрел вниз и начал пикировать. На стену забрался Атилла, он мощным ударом подрезал крыло спускавшемуся вниз Дрекону. Ящер вновь начал плеваться ядом, а затем начал выдыхать короткие струи огня. Велизарий вскинул руки вызвав водянника. Тот вылез из какой-то питьевой бочки, огляделся своей толстой головешкой, а затем испугано скрылся обратно. Все же Велизарий был не настолько сильным колдуном, чтобы заставить сражаться младшего нечистого духа с огромным драконом. Атилла бросил Велизарию свой меч, а сам вытащил из ножен искривленный клинок. Он стал кружиться и размахивать им, точными попаданиями подрезая крылья дракону. Велизарий был удивлен, он никогда еще не видел таких странных мечей. Добрый молодец приготовился и одним резким прыжком оказался позади дракона. Он разрубил тому хвост. Ящер крутился, плевался ядом и пытался кусаться, но ловкие противники нащупали его слабые места. После нескольких десятков ударов, Дрекон наконец-то рухнул. Велизарий смотрел прямо в глаза огромному ящеру, пока они не закрылись. Атилла вышел из под крыла, убирая меч в искривленные ножны.
— Это мой друг Велизарий называется Дао.
— Откуда такое оружие?
— Прямиком из Китая, выковали для великого гун…
Не успел Атилла договорить, как Велизарий закричал:
— Осторожней!
Сделав несколько быстрых шагов вперед, он оттолкнул вождя гуннов, а перед ним восстал во весь рост дракон. Тяжелые раны не давали ящеру плеваться огнем и ядом. Но он растопырил свои огромные острые когти и резко ударил Велизария в грудь. Затем Дрекон расправил крылья и полетел ввысь. Чтобы сразу спикировать на всадников гунну, добивавших ослабевших кровопийц. Раскидав несколько конных лучников, дракон выплюнул кровавый сгусток и снова начал жечь противников огнем. Всадники
— Стефан — Победитель дракона! — кричали воины на склонах.
— Стефан — Победитель дракона! — кричали воины на стенах.
— Стефан — Победитель дракона! — кричали на всех языках.
Велизарий открыл глаза. Перед ним все плыло. Он рассмотрел каменные стены и лицо Руга перед собой. Тот осматривал его грудь.
— Тебя спас этот талисман, — удивленно сказал колдун гунну. — Что это за странное колдовство?
— Ива, — в полудреме сказал Велизарий, затем положил руку на свою грудь, покрыв ладонью амулет. Он сделал еще несколько глубоких вздохов и снова потерял сознание.
Мокроус сидел на деревянной лавке возле стола и точил нож. Вдруг, с кровати поднялся Велизарий, но не сделав и пары шагов, упал.
— Тебе нужно быть осторожней, — сказал Мокроус помогая ему встать.
— Где мы? — спросил Велизарий.
— В Нарбонской Галлии, на самом юге. Теперь она тоже принадлежит Атилле.
— Сколько времени прошло с битвы в Бургундии?
— Всего две недели.
— Всего две недели… — выдохнул Велизарий.
К вечеру они выбрались из дома на улицу. Столица Нарбонской Галлии состояла из маленьких каменных улочек в центре и покошенных деревянных домов по окраинам. Атилла устроил в городе праздник в честь победы над королевством Бургундия. Побродив по невзрачной столице южных галлов, Велизарий предложил вернуться в дом. От шума городских улиц, от криков и гама, гуляний, у него разболелась голова. А встречая на улице сладкие парочки влюбленных, его сердце снова захватила тоска.
На пороге дома их встретил Руг. Он холодно произнес:
— Атилла вас ждет.
— Где?
— В своем новом дворце.
— В этом захолустье есть дворец? — удивился Велизарий.
— Не здесь, а за городом.
Взяв экипаж пьяных галлов, они устремились во дворец Атиллы. Путь был не близкий. Доехали только к рассвету. Дворец был построен из бревен и досок, искусно вытесанных, и обнесен деревянною оградою, более служащею к украшению — нежели к защите. По углам ограды стояло несколько сторожевых башен. Недалеко от ворот была выстроена большая баня. Экипаж подъехал ко входу. Несколько статных гуннов и скифов узнали Велизария и велели ему проходить одному. Руг с Мокроусом остались на улице. Внутреннее убранство было невероятно роскошным: статуи из золота; полы с красочными мозаиками; с окружающих гор во дворец даже спускался свой акведук. Велизария проводили в большой зал. Там в одиночестве сидел Атилла. Он допивал очередную чашу.
— Ты спас меня, — сказал вождь гуннов.
— Я делал свою работу, раз уж ты нанял меня в телохранители.
— Я не люблю оставаться в долгу. Так что предложу тебе выбор. Я помню твою историю любви. Кажется ее зовут Нильмера.
— Она любовь всей моей жизни, — заволновался Велизарий.
— Тогда выбирай. Ты можешь пойти вместе со мной на Рим, где ты станешь моим первым советником. У тебя будет все: богатство; влияние; власть. Или я могу освободить тебя и ты вернешься к своей…
— К Нильмере!
— Значит выбираешь любовь. Странный ты человек.
Все же Атилла не поскупился и даровал Велизарию целый сундук серебра, золотые кольца и драгоценные камни, а в придачу отпустил Мокроуса.
Они сплавились через Рейн, после чего выкупили экипаж в небольшом городе западных готов. По дороге до самой Вислы, они вели долгие оживленные беседы, каждый раз заканчивающиеся одними и теми же выводами, правда разными, каждый старался стоять на своем.
— Четыре года прошло, четыре долгих года.
— А ничего приключение то получилось, — добавил Мокроус.
— Приключение? — удивился Велизарий.
— Огненные вихри, волколаки, драконы.
— А ты об этом…
— О чем же еще?
— Я думаю только о ней.
— Все верно тебе Атилла сказал. Странный ты человек, — заключил Мокроус.
— Потому что выбрал любовь?
— Нет, — глубоко вздохнул Мокроус. — Потому что отказался от богатства, власти, влияния. Любовь всегда к ним приложится. Одна завянет, а другая расцветет.