Николь
Шрифт:
– Если уж уволили Кристину Валерьевну, то простой аналитик и подавно может попасть в эту мясорубку.
– У всякого увольнения есть причины.
– В случае с Кристиной Валерьевной, сомневаюсь. По-моему у нового босса есть на руках огромный список сотрудников и он медленно ведет своим пальцем сверху вниз, делая остановки, чтобы почесать свою задницу. Глядя на то, сколько людей уже уволили, он чешет её довольно-таки часто.
Раздался громкий стук в стальные дверцы. Техник, который находился
– Наконец-то, – вздохнула я, с нетерпением ожидая освобождения. Мой взгляд метнулся в сторону незнакомца, который снова опустил глаза на свой сотовый. Его широкие темные брови сурово сходились к центру и медленно, почти незаметно расслаблялись. – Наверное, собрание уже началось.
Мужчина взглянул на меня.
– Надеюсь, что нет.
– Не люблю опаздывать, – пробормотала я, глянув на часы.
– Это хорошо.
– Будет хорошо, если новый босс тоже где-нибудь застрянет, – ляпнула я с ухмылкой.
– Или вообще не появится?
– Опоздает, – уточнила я. – Впрочем, он и без того заставил всех сотрудников ждать себя. Зачем говорить всем спускаться, если знаешь, что сам не сможешь быть вовремя?
– Возможно, что некоторые обстоятельства стали причиной его опоздания. Те, что от него не зависят.
– Возможно. Или он просто демонстрирует собственную важность, – предположила я с улыбкой. – Скорее всего именно этот вариант.
– Готово! – раздался громкий мужской голос и дверцы плавно разъехались. Оказалось, что лифт застрял между пятым и четвертым этажами. – Можете выбираться!
– Серьезно? – усмехнулась я, таращась на широкую перегородку, которая для четвертого этажа была потолком, а для пятого полом. – И куда именно? До вас я точно не дотянусь, а вниз…
– Проще вниз, – перебил меня незнакомец и, опустившись на корточки, ловко спрыгнул на четвертый этаж. Отряхнув пыль с ладоней, он протянул мне руки. – Спускайся. Я тебе помогу.
– Я не смогу быть такой же ловкой, как ты, – занервничала я. – На мне юбка.
– Обещаю не подглядывать.
– Она узкая, – закатила я глаза. – Я в ней, как ваза для одного цветка.
– Зачем ты тогда её надевала? У твоей подруги парадные туфли, а у тебя что, юбка?
– Выбирайте, – кивнул техник этажом выше, – или ко мне, или к нему!
Я сняла туфли и отдала их вместе с кроссовками мужчине внизу. Мне пришлось немного задрать низ юбки, потому что он был настолько узким, что я не могла хоть немного расставить ноги врозь.
– Надеюсь, меня не раздавит, как в фильмах ужасов? – пыталась я пошутить, но тревога, облаченная в легкую степень ужаса, выдавала мою неуверенность в себе и во всем, что происходило.
– Мне тоже бы не хотелось потом смотреть, как соскребают с пола твои внутренности, – сказал мужчина
Я послушно выполнила инструкцию, чувствуя себя в этой накрахмаленной белой блузке и гребаной юбке, а-ля строгость, совершенно нелепо. А пуловер-то кашемировый, мягкий. Мне даже показалось, что мои пальцы провалились, как в теплый и горячий песок. Когда руки крепко обхватили мою талию, я осторожно подалась вперед.
– Береги голову, – сказал он, и я прильнула к его шее, сжавшись, как зернышко.
Внезапно кабина лифта дернулась, и от страха я закричала так, что сама едва не оглохла.
– О, боже! О, боже! – задыхалась я, прижимаясь к мужчине.
– Эй, у вас там всё в порядке? – спросил техник. – Не бойтесь, кабина не сдвинется с места!
– Нет, черт возьми! Не в порядке! – Мужчина отпустил меня и я, почувствовав ногами прохладу глянцевой плитки, от облегчения и усталости закрыла глаза. За эти несколько секунд из меня как будто вся жизнь ушла.
– А теперь? – спросил мой спаситель, заглядывая в глаза.
– Угу. Почти, – выдавила я, поправляя юбку. – Спасибо.
– У тебя руки дрожат.
– Интересно, почему? – нервно выдавила я и надела туфли. – У меня чуть сердце не остановилось. Никогда в жизни больше не зайду в этот лифт.
Не сказав мне ничего больше, мужчина распахнул дверь и жестом руки пропустил меня вперед. Мы молча спустились на первый этаж, переполненный уставшими от ожидания сотрудниками. Когда я подошла к Юле, её парадные туфли стояли в сторонке.
– Черт возьми, где ты была? – оглядела она меня, а потом выхватила свои кроссовки из моих рук и громко чмокнула в щеку. – Воспаление яичников мне обеспечено, но всё равно огромное тебе спасибо!
– Ещё ничего не началось?
– Не-а. На лестницу поднялся Арсений, личный помощник этого Грозного, и сказал, что тот будет с минуты на минуту, но его всё ещё нет.
– Он демонстрирует явное неуважение к своим сотрудникам, – процедила я, всё ещё не в силах прийти в себя. – Я только что чуть коньки не отбросила.
– То есть?
– Застряла в лифте.
– Ты?
– Думаешь, почему меня так долго не было! – фыркнула я шепотом. – Ладно, давай не будем об этом, потому что у меня до сих пор сердце колотится.
– Всем добрый день! – раздался громкий и низкий голос в микрофон. – Спасибо, что вы меня дождались и прошу прощения за задержку. Застрял в лифте.
Сотрудники засмеялись, будто находили эти слова веселыми. Посмотрела бы я на них, когда половина их тела снаружи, а другая в кабине, которая вдруг сотрясается и… Постойте-ка. «Застрял в лифте»?