Никогда Никогда
Шрифт:
– Чего ты так странно вела себя на уроке? – спрашивает она. – Спихнула книги Креветки на пол, а затем и вовсе отключилась.
Я чувствую запах ее духов; знакомый и слишком приторный, как аромат миллиона цветов, борющихся за внимание. Вспоминаю девочку в очках, выражение ее лица, когда она нагнулась за книгами. Если это сделала я, то почему ничего не помню?
– Я…
– Сейчас время обеда, ты куда идешь?
Она тянет меня в другой коридор, мимо моря учеников. Все смотрят на меня… как бы исподтишка. Мне любопытно, знают ли они меня, и почему я
Девушка, идущая со мной под руку, не замолкает. Эндрю то, Марси сё. Ей нравится Эндрю, и она ненавидит Марси. Кто эти люди? Она подводит меня к очереди за едой. Мы берем салат и диетическую колу. Затем ставим подносы на стол. За ним уже сидят четыре мальчика и две девочки. Мы замыкаем группу, итого поровну. Каждой девушке по парню. Все смотрят на меня с ожиданием, словно я должна толкнуть речь или нечто подобное. Единственное свободное место – рядом с темноволосым парнем. Я медленно присаживаюсь, упираясь руками в стол. Он косится на меня, а затем склоняется над своим подносом. Я замечаю крошечные капельки пота на его лбу, прямо под волосами.
– Вы иногда такие забавные, – говорит блондинка напротив, переводя взгляд с меня на моего соседа. Тот отрывается от своих макарон, и я понимаю, что он просто размазывает еду по тарелке. Парень не съел ни кусочка, несмотря на занятой вид. Он смотрит на меня, я – на него, а затем мы оба переводим взгляд на блондинку.
– Между вами что-то произошло, о чем нам стоит знать?
– Нет, – отвечаем мы в унисон.
Он – мой парень. Это понятно из того, как к нам относятся. Внезапно он сверкает белоснежной улыбкой и кладет руку мне на плечи.
– У нас все хорошо, – говорит он, слегка пожимая мне предплечье.
Я автоматически напрягаюсь, но, почувствовав на себе взгляд шести пар глаз, отклоняюсь и подыгрываю ему. Как же страшно не знать, кто ты такой – а еще страшнее сделать неправильные выводы. Вот теперь я и вправду напугана. Все зашло слишком далеко. Если что-то скажу, то покажусь… сумасшедшей. Его проявление любви, похоже, всех успокаивает. Всех, кроме… него. Остальные продолжают беседу, но все их слова сливаются в единый поток: футбол, вечеринка, снова футбол. Мой парень смеется и поддерживает разговор, не убирая руку с моих плеч. Они зовут его Сайласом. Меня – Чарли. Темноволосая девушка с большими глазами – Анника. Все остальные имена поглотил шум.
Наконец обед подходит к завершению, и мы встаем. Я иду рядом с Сайласом, или, скорее, он рядом со мной. Понятия не имею, куда направляюсь. Анника встает по другой бок, переплетая со мной руки, и щебечет о тренировке группы поддержки. У меня уже клаустрофобия развилась от этой девушки! Когда мы доходим до разветвления в коридоре, я наклоняюсь к ней и шепчу на ухо:
– Можешь отвести меня
Ее лицо становится серьезным. Она отходит, чтобы сказать что-то своему парню, а затем снова берет меня под руку.
Я поворачиваюсь к Сайласу:
– Анника проведет меня на следующий урок.
– Хорошо. – похоже, он чувствует облегчение. – Увидимся… позже. – С этим он уходит в противоположную сторону.
Как только он скрывается из виду, Анника поворачивается ко мне:
– Куда это он?
– На занятие, – я пожимаю плечами.
Она недоуменно качает головой:
– Я вас совсем не понимаю. То вы отлепиться друг от друга не можете, то ведете себе так, будто вам трудно находиться в одной комнате! Тебе пора бы принять решение насчет него, Чарли.
Она замирает у двери в кабинет.
– Это мой… – говорю я, чтобы проверить, заспорит ли она. Но нет.
– Позвони мне позже, – просит Анника. – Я хочу узнать все подробности о прошлой ночи.
Я киваю. Когда она исчезает в море лиц, захожу в кабинет. Не знаю, где сесть, потому неторопливо бреду к заднему ряду и занимаю место у окна. Я пришла рано, так что решаю покопаться у себя в рюкзачке. Между парой блокнотов и косметичкой зажат кошелек. Достаю его и обнаруживаю водительские права с фотографией улыбающейся темноволосой девушки. Со мной.
ШАРЛИЗ МАРГАРЕТ ВИНВУД.
2417 ГОЛКОРТ-ВЭЙ,
НОВЫЙ ОРЛЕАН, ЛА.
Мне семнадцать. Мой день рождения двадцать первого марта. Я живу в Луизиане.
Я изучаю фотографию в левом верхнем углу и не узнаю лица. Оно мое, но я никогда не видела его прежде. Я… симпатичная. И у меня при себе всего двадцать восемь долларов.
Люди постепенно рассаживаются, но стул рядом со мной остается пустым, словно все остальные боятся его занимать. Сейчас будет занятие по испанскому языку. Учительница красивая и молодая; ее зовут миссис Кардона. В отличие от многих других, она не смотрит на меня с ненавистью. Мы начинаем со времен.
У меня нет прошлого.
У меня нет прошлого.
Спустя пять минут дверь в кабинет распахивается. Заходит Сайлас, потупив взор. Наверное, он пришел, чтобы что-то мне сказать или принести. Морально готовлюсь притворяться, но миссис Кардона отпускает шутку насчет его опоздания. Он занимает единственное свободное место рядом со мной и смотрит вперед. Я – на него, и не перестаю пялиться, пока парень наконец не поворачивается ко мне. По его виску стекает капелька пота.
Его глаза широко распахнуты.
Прямо как мои.
2. Сайлас
Три часа.
Прошло почти три часа, а мой разум все еще во мгле.
Нет, не во мгле. Даже не в густом тумане. Впечатление, будто я брожу по комнате в кромешной тьме, пытаясь найти выключатель.
– Ты в порядке? – спрашивает Чарли. Я смотрел на нее с пару секунд, пытаясь найти хоть что-то знакомое в лице, которое должно быть для меня чуть ли не родным.