Нежный холод

Тамаки Марико

Интересно, зачем так сильно врубать басы?

Я проскользнула мимо мамы к кухонному шкафчику. Достала коробку крекеров и прикрыла ее рукой.

— Ужин в половине седьмого, — сказала мама. — Джорджия, ты же знаешь, что кусочничать вредно.

Я запихнула крекер в рот.

— Я не обедала.

Тогда не покупай домой крекеры, если не хочешь, чтобы я их ела.

Просто предупреждаю.

Мама продолжила помешивать чили. На ней были штаны для занятий йогой, старая футболка для йоги с логотипом йогослона, который она сама когда-то нарисовала для

студии, располагавшейся ниже по улице. Обычно она так одевалась, когда собиралась весь день рисовать. Я не стала узнавать у нее, над чем она работала, потому что, если честно, не хотела слышать, какую часть моей жизни на этот раз позаимствовала мама для написания своих поучительных детских книжек.

— Слушай, — начала я. — А ты знаешь, что мальчишку из школы Марка убили?

Мама резко обернулась, отложила ложку и схватила меня за плечи.

— Да, я знаю. — Голос у нее был страдальческий. Она обняла меня. От нее пахло карандашными опилками и фасолью. — Боже, мир — это ужасное место. Береги себя, хорошо?

— Хорошо.

Когда мама закончила свою речь, то отпустила меня и вернулась к готовке ужина.

Я спустилась в подвал и включила телик. На одной из диванных подушек лежало грязное белье Марка. Преимущественно носки. Я накрыла их простыней, потому что было немного странно видеть гору грязных носков. Буэ.

По телевизору опять шла передача про убийства. Следователь сидел на корточках рядом с серо-синим телом, накрытым целлофаном, а вокруг пышно зеленел лес.

Лицо следователя перекосило от ярости:

— Чертовы монстры.

Учитывая, как много я смотрю телик и то, что по нему сутками крутят передачи об убийствах, было очень тяжело перестать думать об убитом парне.

От кого-то в школе я слышала, что Тодда нашли в снегу абсолютно голым, из одежды — только розовая варежка. Как сцена из кино.

Единственное, что я знала о Тодде, — у него не было друзей. Услышала я это от Тейлор Сейвори, которая, как и многие девушки из Святой Милдред, встречалась с парнем из Олбрайт. Тейлор не рассказала мне это лично, я просто подслушала.

— Это так печально, — говорила она, накручивая на указательный палец прядь рыжих волос. — Неужели его совсем никто не любил?

Наверное, именно так, скорее всего, описывали бы меня, если бы это я была найдена мертвой в лесу в одной варежке.

Интересно, было ли у Тодда в Олбрайт прозвище?

И даже если у него не было друзей, знал ли он своего убийцу?

Нет, серьезно.

Я свернулась на диване калачиком. И внезапно почувствовала, что мои пальцы стали холоднее айсберга.

Тодд. Происшествие

Через три дня после начала следственных действий детективы установили, что Тодд не был зарегистрирован в соцсетях. У него не было даже

своего блога.

Имелась только школьная почта, но ею он не пользовался почти два года. Личного имейла не было. Был телефон, который покупала ему мама, но его так и не нашли. Как и каких-либо сообщений.

Вообще, звонили ему обычно только два человека: мама и его стоматолог. Мать была последней, кто звонил ему в 1:35 ночи, но к тому времени, по заключению медицинского эксперта, Тодд уже был мертв.

— Господи, мы что, теперь должны прочесывать его комнату в поиске телеграмм? — проворчала Гриви.

Тодд представил себя похожим на совок с метелкой из мультика, которые ездили туда-сюда и все подметали за собой.

В тот день был еще один звонок, в 18:18, из бургерной. Хозяин заведения сказал полиции, что свидетелей звонка нет, потому что кафе было закрыто. Звонить с курьерского телефона мог кто угодно. Аппарат стоял на дальнем конце стойки. Над ним — никаких камер. На нем — тысячи отпечатков, если их вообще кто-то захочет исследовать.

Двух местных, ранее осужденных за сексуальные преступления (один был привлечен за изнасилование девушки, второй занимался детской порнографией), уже допросили. У обоих алиби — в ночь убийства их не было в городе.

В субботу Гриви и Дэниелс вновь посетили академию Олбрайт. По радио громко играла женская рок-группа.

— Повтори, как зовут учителя, — попросила Гриви Дэниелса, просматривая свои записи.

— Мистер Маквитер.

Тодд заметил, что мистер Маквитер, пришедший в учительскую, чтобы поговорить с Дэниелсом и Гриви, выглядит препаршиво. Не сказать чтобы в другие дни Маквитер был каким-то красавчиком, нет. Невысокого роста, сам себя он называл коренастым. Волосы кудрявые и рыжие.

— Я, конечно, не подхожу для обложки условного «Джи Кью», — шутил он. — Скорее, для «Сада и огорода».

Но сегодня мистер Маквитер выглядел действительно отвратительно.

А, пищевое отравление, вспомнил Тодд. Точно.

Мистер Маквитер изо всех сил пытался строить из себя человека, который даже не думает, что его вот-вот вырвет. В учительской он энергично пожал руку сначала Гриви, потом Дэниелсу и улыбнулся. При этом у него как-то странно дергались губы. Тодд решил, что Маквитера точно скоро стошнит. Или, наоборот, его только что тошнило.

— Ну привет! — Маквитер встретил Гриви и Дэниелса так, словно те заглянули к нему в гости на ужин. — Через двадцать минут у меня встреча, надеюсь, вы не против. Сами понимаете, суббота — самый напряженный день для учителя.

— Всегда думала, что по субботам в школе выходной, — улыбнулась Гриви.

— Это у учеников. Учителя в выходные стараются успеть сделать все, до чего не дошли руки на неделе. — Маквитер пригласил детективов присесть на пустые кресла. — Пожалуйста, садитесь, где вам удобнее.

Он был весь зеленый. Натурально зеленый. Как стены в больнице.

Дэниелс и Гриви заняли два кресла напротив дивана.

Маквитер сел на диван, слабо улыбнулся и бросил взгляд на кухоньку в углу кабинета.