Нежные признания
Шрифт:
— Просто будьте осторожны, мисс Макбрайд. Не создайте себе столько же врагов.
— Джейн, перестань! — одернула ее леди Коудрей.
Фэйт была в ярости.
— Что это значит?!
— Это значит, мисс Макбрайд, что ваша мать была мошенницей и смутьянкой. Ей было все равно, кого обижать. Вам должно быть это известно лучше, чем кому бы то ни было. Она бросила вас и вашего отца, не так ли? Я вообще не знала, что у нее были муж и дочь, пока вы вдруг не появились из ниоткуда. Мадлен Мэйнард была бессовестной ведьмой, которая сделала или
Фэйт подыскивала слова, чтобы возразить мисс Колтрейн, но та торжествующе улыбнулась и ушла.
Леди Коудрей успокаивающе погладила Фэйт по руке.
— Джейн всегда завидовала вашей маме, — сказала она. — Видите ли, они обе писали для газет, но Мадлен платили больше, и это стало причиной враждебности Джейн.
Фэйт ответила что-то безобидное, но в глубине души она пыталась придумать колкое возражение на язвительные слова Джейн Колтрейн, хотя это было бессмысленно: та была вне зоны слышимости.
В гостиную стали заходить люди. Столпившись вокруг стола, они разговаривали между собой, и Фэйт с леди Коудрей отошли в сторону, чтобы дать им место. Через некоторое время леди извинилась и пошла поговорить с подругой, а Фэйт пришлось переходить от одной группки людей к другой в поисках знакомого лица, но создавалось впечатление, что никто не замечал ее. Она увидела, что Джеймс общается с Ларри Колтрейном. В следующий раз, когда она посмотрела на него, он был уже с Аластаром Добином. Девушка начала чувствовать себя не в своей тарелке, но тут увидела молодую женщину, которая казалась такой же потерянной, как она.
— Лили!
Она повысила голос, чтобы обратить на себя внимание подруги; несколько человек повернулись и уставились на них. Но Фэйт было все равно. Она не видела Лили с тех пор, как уехала в Челбурн на встречу с леди Коудрей, и ей не хватало их ночных посиделок тет-а-тет. Кроме того, сцена с Джейн Колтрейн сильно взволновала ее, а присутствие подруги было самым подходящим для того, чтобы успокоить нервы.
Из-за спины Лили вышла девушка, и Фэйт узнала Дору Уинслет, но это была не та Дора, которую помнила Фэйт. У этой был болезненный вид. Возможно, из-за тусклой траурной одежды, сделавшей бледным ее лицо, или, может быть, причиной ее измученного вида были переживания из-за преждевременной смерти молодого человека, которого она знала и любила. Чего Фэйт не могла понять, так это почему Лили позволила семнадцатилетней ученице Сент-Уинифред прийти на похороны человека, который не являлся ее родственником.
Дора кивнула на какие-то слова Лили, затем отошла к столу и начала наполнять закусками маленькую тарелку. Лили направилась к Фэйт. Сначала она улыбалась, но когда обняла ту, по ее щекам потекли слезы. Вид слез Лили растворил тяжелый ком обиды на Роберта Денверса, о котором Фэйт даже не догадывалась до этой минуты и который, как оказалось, засел у нее глубоко внутри.
Обе девушки долго не размыкали объятий, не произнося ни слова.
Оторвавшись наконец от
— Когда я прочла твое письмо, я была поражена. Даже представить не могу, что ты пережила, найдя его тело.
Фэйт попыталась пресечь начавшие всплывать в ее голове образы.
— Я думаю, — сказала она, — это было самое худшее, что случалось в моей жизни. Если бы он умер своей смертью или в результате несчастного случая, я могла бы смириться с этим. Но убийство!
Лили вытащила платок и высморкалась.
— Я чувствую себя виноватой, — сказала она. — Жаль, что я не узнала его лучше. Жалею, что подсмеивалась над ним. Я ужасный человек. Ненавижу себя.
— У меня были похожие мысли. Мне следовало быть добрее к нему, а теперь уже слишком поздно.
Вытерев щеки, Лили сказала:
— Тебе не о чем сожалеть. Это у меня злой язык. Ты всегда была мила с Робертом.
Фэйт замотала головой.
— Не всегда. — Она имела в виду, что в глубине души это было не всегда.
Взгляд Лили блуждал по толпе людей.
— Джеймс Барнет, — заговорила она и посмотрела на Фэйт. — Он здесь. Это правда, Фэйт? Ты собираешься выйти за него замуж?
Фэйт обрадовалась, что разговор ушел в сторону от убийства Роберта.
— Все говорят мне, что это так, — ответила она, — поэтому должно быть правдой. Однако ты не видишь кольца на моем пальце, да?
В уголках губ Лили появилась улыбка.
— Я знала, что это не может быть правдой. Ты слишком умна, чтобы поверить такому невеже, как Барнет. Транжира — вот он кто.
Как ни странно, но Фэйт было неприятно услышать эти слова из уст другого человека. Если кто и может критиковать Барнета, то только она, никто другой. Кроме того, говорила себе девушка, она никому не позволит насмехаться над человеком, который спас ей жизнь. Не такой уж он и плохой.
— Не все так, как кажется на первый взгляд, — сказала она. — Я знаю, он не простой человек, но…
— Не простой? Да я могу прочесть его, как книгу!
На них начали обращать внимание, поэтому Фэйт взяла Лили за руку и вывела через дверь в сад. Лили продолжала:
— Поступки говорят громче, чем слова, Фэйт, и я утверждаю, что то, как он поступил с тобой, было низко. Только не говори мне, что ты влюблена в него, потому что я тебе не поверю. Дело в его деньгах? Или тебя пугает перспектива остаться старой девой?
— Лили, — яростно перебила ее Фэйт, — я не говорила, что помолвлена с ним! Так говорят люди, но это только слухи.
— Тогда скажи мне. Почему ты остановилась в доме его семьи? И не пытайся заморочить мне голову басней о том, что тебе нужно было остаться в Лондоне, чтобы помочь полиции в их расследовании. С таким же успехом ты могла остановиться в Сент-Уинифред.
Фэйт была в замешательстве. Лили, ее лучшая подруга, которой она рассказала всю правду, ей не поверила. Появилось такое чувство, будто какой-то злой дух настроил всех против нее.