Нежелательные элементы

Барнард Кристиан

Ну, тогда Филипп. Филипп поймет.

В клинике в эти предрассветные часы — было около трех утра — стояла тишина. За дверью палаты, мимо которой проходил Деон, раздался стон, прозвучавший в тишине непривычно гулко. В коридоре ему встретилась няня, неслышно проплывшая мимо, как бледный призрак.

Филипп был в ординаторской отделения С-5. Деон плюхнулся в кресло напротив него.

— Закончил?

— Ja. Мы так и не были в операционной. Кровотечение остановилось после того, как больному влили пинту крови. Теперь

до обхода. Извини, что вызвал тебя.

— Ерунда.

Филипп внимательно посмотрел на него.

— Ты ко мне?

— Господи, Филипп, ну и ужаса я сегодня нагляделся.

Филипп только чуть вздернул брови, слушая рассказ Деона, и больше никак не реагировал.

— Если они схватят этого ублюдка, они обязаны на площади публично кастрировать его, — закончил Деон и в ярости рубанул рукой по ладони.

У Филиппа дернулись уголки губ.

— Если б ты пожил в Шестом округе, как я, тебя бы это не поразило. Там и не такое случается, это еще не самое страшное. Когда все интересы человека сводятся лишь к тому, чтобы выпить да переспать с женщиной… А что еще они видят в жизни?

Он произнес это без гнева, без возмущения, не осуждая и не оправдывая. Спокойным голосом, каким устало замечают: «Такова жизнь».

— Не вини во всем этого человека, которого, будь твоя воля, ты бы кастрировал. Осуждать, так осуждай и условия, в которых он вырос таким и вынужден так жить. Об этом тоже нельзя забывать.

— Животное, самое последнее животное не способно на такое! — в ярости возразил Деон. — Условия! Это не оправдание насилия…

Филипп смотрел на него, отрешенный и спокойный. Возмущайся, казалось, говорил его взгляд. Оскорбляйся. Но станешь судить, не забудь о сострадании.

Глава седьмая

Он вернулся, когда веселье уже затихло: было почти шесть часов утра. Автомобилей поубавилось.

Деон хотел и в то же время не хотел возвращаться и все-таки приехал. Конечно, не ради вечеринки самой по себе. В серых предрассветных сумерках все это казалось тем белее бессмысленным. Так или иначе, он и не собирался здесь задерживаться: через несколько часов предстояло заступать на дежурство, но ему хотелось снова увидеть ту девушку. Она была неясна ему, но как будто бы многое обещала, и эта неопределенность казалась такой привлекательной в сравнении о четкой определенностью жизни врача при больнице.

Он снова взобрался вверх по склону, прошел через ворота в несуществующей ограде. За то время, что он отсутствовал, здесь прибавилось лежачих тел и совсем не стало танцующих, хотя музыка продолжала греметь. Рассвет безжалостно высвечивал жалкие, расслабленные сном, опухшие лица. Он испытал какое-то смешанное чувство отчаянного разочарования я необычайного облегчения, убедившись, что его блондинки нет среди них.

Хеймиш Дентон сидел на кухне в обществе трех завзятых выпивох. Они приветствовали Деона ревом

восторга. Он молча отвел руку, протягивающую ему бокал.

— Где вас черт носил? Держу пари, прижали какую-нибудь, а?

— Кто эта высокая блондинка, ее зовут Лиз? — только и спросил Деон.

— Лиз? — оторопело переспросил Хеймиш. — Блондинка?

— Да, — теряя терпение, подтвердил Деон.

— Лиз? Может, это Лиз Ричардсон? Нет, ее не было. Да она и не блондинка. — Его качнуло, он чуть не упал но вовремя успел за что-то ухватиться. На его лице появилось драматическое выражение — он размышлял. — Сейчас скажу, кто это. Лиз Меткаф, вот кто. Роскошная девка. — Он повернулся к мужчине, составлявшему пирамиду из пустых бутылок и стаканов. — Питер, ты видел Лиз Меткаф?

Питер кивнул, боясь отвести глаза от своего сооружения, и Хеймиш, повернувшись к Деону, хитро подмигнул.

— Совершенно точно. Лиз Меткаф. Где она? Горячая девчонка. Черт-те что…

— Она еще здесь?

Бутылка наверху пирамиды качнулась, но Питер ловко подхватил ее, спасая остальное сооружение.

— Уехала! — равнодушно бросил он. — Подхватила кого-то и смылась.

Это задело Деона. Непонятно почему, а задело.

— А где ее можно найти? Чем она занимается?

— Занимается? Лиз Меткаф? — Хеймиш расхохотался. — Ничем не занимается. Разъезжает по вечеринкам.

— Где я могу ее найти?

Хеймишу явно надоели эти расспросы.

— Разъезжает по вечеринкам, и все. Как сегодня. В компании пьяных бездельников, и все.

И он любовным взглядом оглядел своих гостей.

В телефонном справочнике оказалось с полдюжины Меткафов. Последним значился Меткаф П. Дж. и адрес был подходящий — Констанция.

Трубку сняли почти сразу, и чопорный мужской голос сообщил:

— Резиденция Меткафов.

Ого, подумал Деон.

— Это мистер Меткаф?

Короткая пауза, затем голос с укоризной переспросил:

— Вы хотите говорить с мистером Меткафом?

— Нет, нет, — робко проговорил Деон. — Я, собственно, разыскиваю некую Элизабет Меткаф. Девушку по имени Элизабет Меткаф, — пояснил он, как будто и так не было ясно.

Снова пауза.

— Мисс Элизабет? Вы хотите говорить с ней? Мисс Элизабет, силы небесные! Что там за чучело? Дворецкий?

— Не откажите в любезности.

Он приготовился начать в шутливом тоне: «Это таинственная Лиз?» — однако ледяной тон на другом конце провода привел его в такое замешательство, что он просто спросил:

— Элизабет?

Она не узнала его.

— Да. Кто это?

— Деон.

— Кто?

Ему не оставалось ничего другого, как повторить:

— Деон. Видите ли, я… мы познакомились вчера на вечеринке у Хеймиша Дентона.

— О, ну конечно. — Она усмехнулась, и это сразу приободрило его. — Вы рано сбежали. Испугались?