Нежданная любовь

Картленд Барбара

Маркиз прижал к себе Валету. Она доверчиво положила голову ему на плечо.

Отовсюду слышались гиканья мальчишек-оборванцев и пронзительные крики торговок, зазывавших покупателей в свои старые магазины одежды и продуктовые лавки, вонючие, грязные, наполненные роями жирных мух.

Фрэдди искусно управлял едва передвигавшими ноги животными, и они послушно шли вперед.

За повозкой бежала ребятня, шлепая босыми ступнями по стремительным потокам смрадных отходов, весело свистя.

Кучер, охранявший

фаэтон маркиза, ждал их на более широкой и тихой улочке, которой они достигли через несколько минут.

— Что нам делать с этой повозкой? — спросил Фрэдди, когда маркиз открыл дверцу и спрыгнул на землю.

— Лучше всего попросить кого-нибудь из ребят отвезти ее обратно. Быть обвиненным еще и в краже коней, помимо всего прочего, мне что-то не хочется.

Фрэдди кивнул:

— Хорошая мысль! Пожалуй, так мы и поступим.

Он подозвал наиболее взрослого из преследовавших их мальчишек.

Тот с готовностью подошел, потому что слышал его разговор с маркизом и уже сообразил, что может подзаработать.

— Ты внушаешь мне доверие, — сказал ему Фрэдди. — Если я заплачу тебе и попрошу выполнить одну мою просьбу, ты согласишься?

Глаза паренька оживленно заблестели.

— Заплатите, сэр?

— Естественно, — ответил Фрэдди. — Ты только должен пообещать мне, что доставишь повозку туда, куда я скажу. Но коней следует вести. Они едва живы от усталости и уже не в состоянии тянуть коляску.

— Сделаю все, как будет велено, сэр!

— Отлично! Отведи коней к дому мистера Сиббера и оставь их во дворе. Но учти: если ты не выполнишь данного мне обещания, то ответишь перед мистером Сиббером.

По изменившемуся выражению глаз мальчишки Фрэдди понял, что более серьезной угрозы не требуется.

— И вот еще что, — добавил он, — накорми и напои несчастных животных, когда доставишь их на место. Договорились?

— Да, сэр! — звонко ответил мальчик.

Маркиз помог Валете выбраться из повозки и сесть в фаэтон.

Когда Фрэдди и Гарри слезли с козел, и Фрэдди заплатил пареньку несколько серебряных монет, тот со счастливой улыбкой спрятал их куда-то в складки своей грязной рваной одежды неопределенного размера, фасона и цвета, взял коней за узды и повел их прочь.

— Предлагаю сначала направиться в Стивингтон-Хаус, — сказал маркиз. — Перекусим там и немного передохнем.

— Не откажусь, — ответил Фрэдди.

— А тебе я посоветовал бы как можно быстрее связаться с министром внутренних дел и сообщить ему о гибели Лайонела.

— Я думаю сейчас именно об этом, — признался Фрэдди. — Нынешний министр внутренних дел долгие годы был другом моего отца. Он меня хорошо знает. Поэтому поверит мне, если я расскажу ему правду.

— Страшно говорить подобные вещи, — медленно и тихо произнес маркиз, — но полагаю, что скорбеть по моему брату вряд ли кто-нибудь станет. Скорее

многие вздохнут с облегчением, узнав о его кончине.

Они беседовали приглушенными голосами, и Валета ничего не слышала.

— Ты собираешься оставить его в том мрачном месте? — поинтересовался Фрэдди.

— Конечно, нет, — ответил маркиз. — Как только приедем в Стивингтон-Хаус, я сразу пошлю за ним людей. Пусть перевезут его тело в Трун. Мы похороним его, соблюдая все правила погребальной церемонии, в фамильном склепе.

— Для Лайонела слишком уж это почетно! — Фрэдди фыркнул. — Если бы я замешкался хоть на секунду, хоронили бы не его, а тебя.

— Я еще отблагодарю тебя. При более подходящих для этого обстоятельствах, — сказал маркиз. — А вообще-то мы с тобой теперь квиты.

Фрэдди улыбнулся. Впервые с того момента, как друзья выехали из Труна.

— Да, дружище, никогда не забуду, как ты спас мне жизнь во время сражения при Ватерлоо.

— Я тоже всегда об этом помню. Все ждал, когда ты вернешь мне долг. Наконец дождался.

Фрэдди рассмеялся.

— Думаю, мы втроем поместимся на сиденье, — сказал маркиз. — А Гарри посидит на корточках на полу. Конечно, будет тесновато и не очень удобно, но нам не придется мучиться долго.

Все уселись в фаэтон, а кучер забрался на козлы и дернул за поводья.

Валета сидела между маркизом и Фрэдди и чувствовала себя очень защищенной.

Лишь когда фаэтон въехал на широкую чистую и красивую улицу, она осознала вдруг, что сидит без перчаток и шляпы и что ее волосы, которые некоторое время назад были обмотаны покрывалом, должны выглядеть ужасно беспорядочно.

Покраснев от смущения, она подняла руку с намерением пригладить их.

Маркиз догадался, что ее беспокоит:

— Не волнуйтесь. И в таком виде вы очень красивы.

Этот комплимент явился для нее такой неожиданностью, что она на мгновение замерла.

— А еще вы потрясающе смелая, — продолжил он. — Любая другая женщина, пройдя сквозь то, что пришлось пережить вам, уже билась бы в истерике.

— Я с тобой полностью согласен! — поддержал друга Фрэдди. — Одна обстановочка дома Сиббера кого угодно свела бы с ума! Сейнт-Джайлз — кровоточащая рана на теле нашего города. Нельзя спокойно наблюдать за происходящими там кошмарами.

— Ты абсолютно прав! — с чувством ответил маркиз. — Мы не должны оставаться равнодушными, видя, что там творится. Скажу больше: я намерен принять активное участие в решении проблемы Сейнт-Джайлза.

Валета в изумлении смотрела то на Фрэдди, то на маркиза:

— Вы… говорите об этом… серьезно?

— Совершенно серьезно! — ответил маркиз. — Сейнт-Джайлз следует стереть с лица земли, а людей, живущих в нем, расселить по более благополучным районам.

Валета восторженно хлопнула в ладоши.