Нежданная любовь
Шрифт:
Самым ужасным было то, что обычные жители не имели ни малейшей возможности бороться со столь вопиющей несправедливостью.
Митинговать в Вестминстере не имело смысла, в первую очередь потому, что собираться там большому количеству людей (а именно: больше пятидесяти человек) вообще запрещалось.
За малейшую провинность закон предусматривал жестокое наказание. А все потому, что правительство страшно боялось революционеров.
В свете существующей в стране ситуации поступок Сиббера казался Валете весьма странным.
Трубочист
Если, конечно, на этот поступок его не подвиг представитель более высокого класса, подумала Валета. Которым вполне может оказаться Лайонел Стивингтон…
«Но зачем я понадобилась этому Стивингтону? Он наверняка не видел меня никогда в жизни».
Сама она знала, как выглядит Лайонел Стивингтон. Раньше, когда младший сын старого маркиза еще жил в родительском доме, его можно было встретить в парке. Позднее он изредка наведывался к брату. Но всегда тут же уезжал и никогда не оставался в Труне на ночь.
Валета часто гуляла в парке. Поэтому видела, кто выезжает из дома маркиза.
Лайонел Стивингтон внешне очень похож на старшего брата, отмечала она.
Маркиз всегда вызывал в ней лишь презрение и возмущение, отнюдь не страх и отвращение. Лайонел же — все эти отвратительные чувства.
Когда он проезжал мимо нее по парку с недовольной миной, угрюмо глядя перед собой, у нее неизменно возникало ощущение, что это человек мерзкий и злобный.
Сейчас ей следовало каким-то образом выяснить как можно больше подробностей. И, тщательно все продумав, она с невинным выражением лица посмотрела на рябого парня и спросила:
— Где я могу встретиться с мистером Стивингтом?
— Он сказал, что… — Голос парня резко оборвался, а лицо исказилось от раздражения. — Уж больно ты любопытная! — рявкнул он. — Еще один вопрос, и я заткну тебе рот, поняла?
— Поняла, — спокойно ответила Валета. Главная ее цель была достигнута. Теперь она знала наверняка, что к ее похищению причастен брат маркиза.
Гарри сидел молча и больше не плакал. Но то и дело настороженно поглядывал на парня.
Валета повернулась к мальчику, обняла его и завела с ним разговор.
Гарри был крепким ребенком, и она еще раз с облегчением вздохнула, благодаря Бога за то, что рядом с ней не нежный и хрупкий Николас. Тот от страха уже мог бы лишиться рассудка.
Повозка с грохотом катилась дальше, а Валета еще и еще раз пыталась заговорить с человеком напротив, желая выудить из него как можно больше информации. Но тот упорно молчал.
Валета чувствовала, что ее вопросы пугают его.
— Или ты прекращаешь донимать меня, или я опять напяливаю тебе на башку эту тряпку! Ясно? — заорал наконец парень, краснея от ярости.
— Ясно, — невозмутимо ответила Валета. И, испугавшись, что парень действительно сделает то, что пообещал, перестала
— Папа рассердится, потому что меня слишком долго нет дома, — пробормотал мальчик.
— Конечно, рассердится, — ответила Валета. — Потом станет беспокоиться. И отправится к Николасу. А тот расскажет ему, кто нас увез.
По резко изменившемуся выражению глаз парня она поняла, что до сих пор ничего подобного не приходило ему в голову.
Наверное, Сиббер рассчитывал на то, что его люди схватят Николаса и ее тайно, что это никто не увидит, подумала она.
Но вышло все по-другому! Николас был свидетелем жуткой сцены. Не исключено даже, что узнал кого-нибудь из этих негодяев.
Хотя рассчитывать на это не стоило. Николас так увлеченно играл в игрушки, что мог не обратить внимания на то, что произошло.
«Тогда нам поможет няня, — решила Валета. — Она придумает, как известить о случившемся маркиза».
Ей вспомнилось вдруг, что маркиз должен был заехать за ней сегодня в одиннадцать часов, и ее сердце радостно подпрыгнуло в груди.
События сегодняшнего утра совершенно сбили ее с толку, и она совсем забыла о договоренности ехать в гости к матери маркиза.
Ей стало спокойнее. Маркиз приедет к нам, и няня сразу обо всем ему расскажет, стучало у нее в висках.
Теплая волна облегчения приятно разлилась у нее внутри, а невыносимая боль в груди, похожая на боль от удара ножом, . начала постепенно ослабевать.
«Сколько сейчас времени? — подумала она. — Наверное, около половины девятого… До одиннадцати остается примерно полтора часа. Зато через полтора часа маркиз приедет к няне и узнает о том, что меня похитили!»
От этой мысли ей стало так хорошо, что она смело повернулась к Гарри и воскликнула:
— Нам нечего бояться, Гарри. Эти люди получат по заслугам. И, думаю, гораздо раньше, чем они себе воображают.
— И ты получишь свое! — вставил рябой.
— По крайней мере меня уж точно не отправят в ссылку на грузовом судне! — отпарировала Валета. — Говорят, там с заключенными не церемонятся. Заковывают их в цепи и не кормят на протяжении всего пути. Многие умирают от голода.
— Закрой свой рот, гадина! — проревел парень. — А не то я прикончу тебя прямо здесь!
— Не волнуйтесь так! — ответила Валета. — Конечно, я могу понять ваш страх. Я вам не завидую.
Парень резко повернул голову, словно хотел сказать что-то двум своим товарищам, сидящим на козлах. Но так и не произнес ни звука.
Валета решила, что до прибытия на место они не посмеют и пальцем ее тронуть.
Ей показалось, что прошла целая вечность, прежде чем повозка достигла окраин Лондона. Она смотрела в узкую щелку между темными занавесками на окне и видела убогую узкую улицу с замызганными, покосившимися зданиями вдоль дороги. Никогда в жизни ей не доводилось бывать в подобных местах.