Нежданная любовь
Шрифт:
Через шесть месяцев после окончаний школы Дайлис сбежала из дома вместе с солдатом из пехотного батальона, не имеющим за душой ни гроша, и тайно обвенчалась с ним.
А позднее уехала с ним в Португалию, куда было переведено его подразделение. Она вела себя настолько возмутительно с мужчинами из службы обеспечения, что ее отправили обратно в Лондон.
Несколько месяцев спустя мужа Дайлис убили во время выполнения боевой задачи, но ее это не очень опечалило, и она даже не пыталась
На скорбь и траур ей не хватило бы ни терпения, ни времени. У нее было множество дел — все они сводились в ко печном итоге к сеянию раздоров между лондонскими аристократами. Вскоре хозяйки многих известных в городе семей заявили ей, что не желают видеть ее в своих домах.
Но Дайлис не унывала. Ее собственный дом буквально осаждали поклонники, ведь она была настоящей красавицей и привлекала мужчин неординарностью, смелостью и распутством.
Ей нравилось играть с представителями сильного пола. Выбирая любовников, она умудрялась разжигать в тех, кто оставался в стороне, еще более страстное желание заполучить ее внимание.
С маркизом Труна же дело обстояло иначе. Как только он появился на горизонте, Дайлис решила, что будет с ним. И вот на протяжении целых шести месяцев эти двое развлекались вместе.
Дайлис не только принимала участие во всех забавах маркиза, нередко именно она высказывала ту или иную шальную идею.
До того, что о ней говорили в клубах и на приемах в домах знаменитых семей, ей не было никакого дела, Маркиз видел в Дайлис родственную душу, а этого, по его мнению, хватило бы для создания семьи.
Эта женщина смело ввязывалась в любую авантюру, ничего не боялась и была столь страстной и искусной любовницей, что мечтать о чем-то другом ему даже не приходилось.
Фрэдди поднялся со стула, прошел к столику, на котором лакей оставил поднос с бутылкой, и налил себе еще шампанского.
Маркиз все расхаживал взад-вперед.
— Существует и еще одна важная деталь, без наличия которой не следует жениться так поспешно, — сказал Фрэдди. — Вероятно, ты об этом даже не подумал.
— Что за деталь?
— Любовь, Серле. Считай меня старомодным, если хочешь.
— А что, по-твоему, я испытываю к Дайлис? — сердито сдвинув брови, буркнул маркиз.
— Множество разных чувств, перечислять которые, полагаю, нет нужды, — спокойно ответил Фрэдди и вернулся с наполненным бокалом на место. — Но ни одно из них не называется любовью, я в этом уверен.
— Откуда тебе знать?
— Я наблюдал десятки твоих романов — увлекательных, бурных и даже страстных, но ни один из них не был порожден любовью.
— Тогда что же такое любовь? В твоем понимании, — саркастически ухмыляясь, спросил маркиз.
— Это
— Нельзя ли объяснить поподробнее? — Маркиз скривил губы. — Я прекрасно знал твоих родителей. Они были чудесными людьми, всегда хорошо ко мне относились, но признаюсь тебе честно: я никогда в жизни не замечал, что между ними существует нечто особое.
— Естественно. На людях они не проявляли по отношению друг к другу своих чувств, — печально и несколько смущенно сказал Фрэдди. — Но после смерти отца мама сказала мне: «Сынок, теперь я не знаю, для чего мне жить. Хочу одного — поскорее попасть к папе». Через четыре дня она тоже умерла.
— Я ничего не знал об этом, — пробормотал маркиз, немного помолчав. — Надеюсь, речь не идет о самоубийстве…
— Нет. Конечно, нет, — ответил Фрэдди. — Просто отец был для мамы смыслом жизни, она не смогла пережить столь значительную потерю.
— Ты никогда не рассказывал мне об этом… — тихо произнес маркиз.
— Я и сейчас не должен был рассказывать тебе об этом, — ответил Фрэдди с грустью в голосе. — Но решил, что, узнав историю моих родителей, ты лучше поймешь, что я пытаюсь втолковать тебе.
— Не уверен, что я все понял, — признался маркиз. — Однако тщательно обдумаю твои слова.
— Именно на это я и рассчитывал.
Маркиз вздохнул:
— Сдается мне, Фрэдди, ни ты, ни я никогда не почувствуем этой самой любви ни к одной из женщин.
Он выдержал небольшую паузу и продолжил:
— Вообще-то я, естественно, догадываюсь, что ты пытаешься мне объяснить. Но убежден, что я не отношусь к числу романтиков.
Фрэдди многозначительно изогнул бровь, и, заметив это, маркиз рассмеялся.
— Да, да! В моей жизни было очень много женщин. И, черт возьми, большинство из них можно смело назвать настоящими красавицами. Помнишь ту девицу с оленьими глазами из Лиссабона?
Маркиз на мгновение замолчал, представив бывшую подругу, но тут же прогнал воспоминания и опять заговорил:
— Нет, лучше не будем отходить от темы. Итак, ты полагаешь, что я должен почувствовать нечто совершенно странное, то, чего никогда в жизни не испытывал, — именно это и будет любовью. Я тебя правильно понял?
— Думаю, это лишь составная часть того, что необходимо для вступления в брак, — ответил Фрэдди, — Мне кажется, здесь важно и еще кое-что.
— О чем это ты?
— На мой взгляд, людей, решивших создать семью, должна объединять общность устремлений, представлений о жизни, а также о том, что они обязаны дать друг другу.