Незаменимый
Шрифт:
Вздрогнув, Рафи замер. Узнал. Рафа его называл только лишь один человек, которого просто не могло быть здесь. Ведь, его бывшему другу, Витяну дали почти десять лет каторги на Севере, а оттуда редко, кто возвращается.
– Витян?
– у парня, наконец, начало проясняться в глазах. Размытая фигура постепенно превратилась в высокого сгорбленного парня с угрюмым взглядом. Сразу было видно, что жизнь того изрядно помотала. В волосах появилась седина, по щеке протянулся шрам, под глазами застыли темные круги. Да, и вообще, вид у Витяна был довольно потрепанный.
– Узнал, значит…Удавить бы
– Баах, и все.
Рафи внимательно слушал, даже не пытаясь что-то возразить. У беглеца, что хорошо чувствовалось, была в голове такая каша, что не сразу и разберешься. С одной стороны, он сам решил с ним разобраться и за деньги сдать, а с другой стороны, в этом же обвиняет. Не поймешь, что он там себе напридумывал. Тараканы в его голове, видно, такого размера, что побольше кошки, а то и собаки будут.
– Что, струхнул? Нет, Рафа, ты так просто не отделаешься. Раньше я может и кончил бы за такое, но не сейчас, - Витян покачал головой. Вид у него стал задумчивый, неоднозначный.
– Каторга, она ведь кое-кому и умишка прибавляет. Ты, смотрю, хорошо поднялся. Благородным стал, в зятья к самому главному жандармы набился. С большими господами ручкаешся. Хорошо устроился. Неплохо бы и поделиться.
Витян довольно ощерился, похоже, решив, что пойм ал жар-птицу за хвост.
– Будешь мне бабла платить и шпалеры делать. Особливо с магическими патронами, как тута, - каторжанин больно ткнул ему стволом в бок.
– А если вздумаешь меня кинуть и фараонам сдать, то я молчать не буду. Все им, как на духу расскажу. Тогда со мной на Севера отправишься…
Глава 14. Обложили...
***
Дом мадам Камовой
Племянник около полудня к ней заявился. В своей излюбленной манере колотил в дверь, пока ему не открыли. Весь из себя довольный, прямо в грязных ботинках в гостиную прошел и уселся в кресло.
– Сияешь весь, аж смотреть больно, - ухмыльнулась Камова, привычно пристроившись с сигареткой в руке у комода. Можно было, конечно, на соседнее кресло сесть, но уж больно сильно от Витяна несло потом и перегаром.
– Фарта привалило или хрустами где-то разжился? Ты лучше бы в мыльню сходил, а то запашок от тебя ядреный…
Женщина демонстративно сморщилась и отмахнулась, словно отгоняла от себя эту вонь. Витян же и носом не повел, как сидел, развалившись, на кресле, так и остался сидеть.
– Родным племянничком брезгуешь, тетушка? Когда тут мазу держал и дела решал, был хорош. А теперь нос от родной крови воротишь, - укоризненно качал головой, издевательски растягивал слова.
– Не меньжуйся, тетушка. Скоро от меня будет французскими духами пахнуть, как от каких-нибудь графьев. Портянки из атласу носить стану. Бабла столько будет, что ужраться можно.
Камова, глубоко затянувшись дымом, удивленно покачала головой. Словом, провоцировала племянника на дальнейшую откровенность. Очень уж хотелось ей узнать, чего такого он задумал. Ведь, у того после возвращения с Севера совсем плохо
– А глазки-то заблестели, все узнать хочется - фыркнул Витян.
– Сразу видно, что бабье племя. Помаши перед вами чем-нибудь, а у вас уже слюни текут.
Явно издевался. Смотрел ей прямо в лицо и смеялся. Камова же продолжала молчать, ждала, когда у него «язык развяжется».
– Ладно, расскажу, - видно было, что ему очень хотелось чем-то поделиться. Его прямо жгло изнутри.
– Я ведь, тетушка, Рафу все же прогнул. Ты пугала меня, просила не рыпаться. А я все-таки пошел и побазарил с ним, на пальцах ему объяснил за жизнь. Шпалером перед носом махнул пару раз, пообещал тыкву прострелить. Теперь Рафа на меня шестерить будет.
Глаза у женщины сузились от удивления. Неужели ее бесшабашный племянник впервые смог что-то толковое сделать?
– Да, - кивнул парень, наслаждаясь ее реакцией.
– Я ему честь по чести пояснил. Мол, будет теперь на меня работать, или я его фараонам сдам. Толково ведь?
Та покачала головой, соглашаясь с ним. Хороший, сильный ход получался. Рафаэль Мирский, так высоко взлетев, явно не захочет все потерять.
– Похоже, Витяй, каторга пошла тебе на пользу, - из уст женщины это прозвучало, как комплимент, отчего Витян тут же горделиво вскинул голову.
– Раньше ты бы просто вальнул его или пером порезал, а сейчас вот на несколько шагов вперед думаешь. И что теперь делать будешь? За старое примешься или какое другое дело уже присмотрел?
– Осмотреться прежде надо. С людьми перетереть, о себе словечко замолвить, а то меня уже и забывать стали. Может кому и напомнить придется, - Витян хищно клацнул зубами. Мол, он свое обязательно возьмет и любого к ответу призовет, если нужно будет.
– У меня теперь считай свой одарённый на подхвате… А ты опять мнешься, тетушка. Чего снова не так?
Камова оторвалась от комода, на который опиралась, и села в кресло рядом. Наклонилась в его сторону, словно хотел что-то важное, не для чужих ушей, сказать.
– Ты раньше времени лыбу не дави, Витяй, - женщина понизила голос до заговорщического шепота.
– Думаешь, шпалером помахал, фараонами погрозил, и дело в шляпе? Чай, Рафаэль не дурней нас с тобой. В оба за ним смотри, если кончить не хочешь. А лучше пусти за ним пару шкетов, чтобы день и ночь с него глаз не сводили. Пусть о каждом его шаге тебе докладывает. Только чует мое сердце, не справишься ты с ним.
Сказала, и еще головой покачала с недоверчивым видом. Ясно дала понять, что Рафаэль птица совсем другого полета. Такого не посадить в золотую клетку и не заставить нестись золотыми яйцами.
– Я сказал, что этот сопляк будет на меня шестерить, значит, так и будет!
– Витян вскочил, бешено вращая глазами. Слишком уж обидными ее слова показались. Словно он пень с глазами, которого любой малолетний шкет с улицы вокруг пальца сможет обвести.
– А ты, старая, совсем из ума выжила, если такое несешь! Я на Северах такие места топтал, что тебе и не снились. Там старые кержаки ломались, а я выжил. Мне этот сучонок на один зуб! Поняла? Если только рыпнется, сразу в Могилевскую губернию его определю! И любого другого туда же отправлю…