Незабудки для тебя
Шрифт:
Они рухнули на кровать — смятенное переплетение рук и ног. Он ворвался в нее, и она впилась ногтями ему в спину. Желание — темное, отчаянное — завладело без остатка всем ее существом, она сплеталась с ним в едином ритме, одержимая бешеной жаждой слиться с ним воедино.
Самообладание? О нем Лина и не вспоминала. Исчезло все, кроме всепоглощающей жажды брать, брать, брать, а с ней — еще более сильного желания отдать ему себя без остатка.
Казалось, целую вечность неслась она на волнах наслаждения, то вздымаясь к небесам, то срываясь в бездну.
Где-то вдалеке
Он попытался сдвинуться, но она обняла его крепче.
— Подожди. Не шевелись.
— Я слишком тяжелый, — прошептал он; нежной кожей на шее она скорее ощутила, чем услышала, как двигаются его губы.
— Вот и хорошо. Мне нравится. — Она запрокинула голову, чтобы ему удобнее было ее целовать. Во всем теле разлилась блаженная, умиротворяющая слабость — чудесное ощущение! — М-м, это даже лучше шоколадного торта!
Рассмеявшись, он перекатился на спину и увлек ее за собой, так что она распласталась у него на груди.
— Теперь можно не бояться, что я тебя раздавлю.
— Джентльмен до мозга костей. — Лина заворочалась, устраиваясь поудобнее. — Мне всегда нравились часы с боем, — проговорила она. — Только они у тебя спешат. До полуночи еще далеко.
— Знаю.
— Звон как у старинных дедушкиных часов. Где они у тебя? В гостиной?
— Нет, — ответил он, гладя ее по голове, по плечам. — У меня нет часов с боем.
— Милый, ты, конечно, сводишь меня с ума, но не настолько же! Я ясно слышала, как часы пробили двенадцать!
— Я тоже. Вот только таких часов у меня нет.
Она подняла голову. Глубоко вздохнула.
— Вот как? Понятно. А ты этого боишься?
— Нет.
— Тогда и я не боюсь. — И она с улыбкой положила голову ему на грудь.
13
Деклан Фицджеральд всегда полагал, что, когда на твоем пути встречается стена, нет смысла с разбегу биться об нее лбом. Столь прямолинейный подход неэффективен, да и опасен для головы. Куда разумнее исследовать стену, найти ее слабые места, а затем разобрать кирпичик по кирпичику. Шаг за шагом. Неторопливо, не упуская из виду конечную цель — и подбирать соответствующие ей средства. Будь то запутанный юридический вопрос, сделка или любовная интрига — вдумчивость и последовательность всегда себя оправдывают. Кроме того, в любой стратегии ключевую роль играет сбор информации.
Вот почему Деклан выяснил, в какую церковь ходят на мессу Лина и ее бабушка. И однажды воскресным утром, скромно проскользнув в церковные двери, получил долгий подозрительный взгляд от Лины — и заговорщическое подмигивание от мисс Одетты.
Деклан от души надеялся, что Господь войдет в его положение и не обидится на столь неблагочестивое использование храма божьего. Что же до матери — ей Деклан о своем внезапном «обращении» и его причинах не сказал ни слова, ибо знал по опыту, что матушка его, в отличие от Всевышнего, к пониманию и всепрощению не склонна.
После службы Деклан осыпал мисс Одетту комплиментами и пригласил обеих дам с ним позавтракать. В ресторане
— Не слишком ли ты уверен в себе, голубчик?
Невиннейший взгляд бывшего мальчика-алтарника был ей ответом.
— Просто предпочитаю все планировать заранее.
— Настоящий бойскаут всегда готов!
— У вас чрезвычайно циничная внучка, — сообщил Деклан, предлагая руку Одетте.
— Скорее просто не дура, — ответила Одетта, похлопав его по руке; браслеты на ее запястье зазвенели. — Когда перед тобой красивый мужчина, умеющий сладко петь и мягко стелить, тут ушами хлопать не приходится. А если уж ради того, чтобы за тобой поволочиться, он является на мессу, тут держи ухо востро!
— Я просто зашел помолиться, — с самым невинным видом сообщил Деклан.
— И о чем же молился?
— О том, чтобы вы согласились бежать со мной на Борнео.
Рассмеявшись, мисс Одетта опустилась в кресло, выдвинутое для нее Декланом.
— Да уж, такие, как ты, мне еще не попадались!
— Неудивительно, — ответил он, поднимая взгляд на Лину. — Я такой один.
Они заказали легкую закуску и по бокалу шампанского. Под негромкий джаз Деклан рассказывал женщинам о том, как продвигаются работы в доме.
— Пока держится хорошая погода, хочу поработать на свежем воздухе. Тибальд сейчас заканчивает потолки, а я ищу маляров, которые покрасят дом снаружи. Сам я этим заниматься не готов. Можно было бы пригласить того же парня, что покрасил гостиную, — продолжал Деклан, попробовав шампанское, — но он, начав заниматься библиотекой, через пару дней смылся, даже не взяв расчета. И, боюсь, не вернется. То же самое с плиточником: сделал половину ванной — и до свидания.
— Хочешь, поищу кого-нибудь для тебя? — предложила Одетта.
— Буду очень благодарен. Однако, боюсь, придется мне нанимать рабочих не из здешних мест или больше работать своими руками. В последнее время в Доме Мане становится как-то уж очень… оживленно.
— Неужто взрослые мужики удирают от того, что где-то в доме пару раз хлопнула дверь? — скривила губы Лина.
— Да нет, уже не только дверь. В пустых комнатах играет музыка. Бьют часы там, где нет никаких часов. Маляр, работая в библиотеке, увидел, как двери открываются и закрываются сами собой. А потом еще эта история с плиточником…
— А с ним что стряслось?
— Он работал в ванной, — начал рассказывать Деклан. — Услышал, как кто-то вошел в спальню, подумал, что это я. Продолжая класть плитку, заговорил со мной. Задавал какие-то вопросы. Слышал, как кто-то — он думал, что это я, — ходит по комнате, но ответов не слышал, поэтому встал и вышел в спальню. Там никого не было. Дальнейшие события он связно изложить не смог, но, насколько можно понять, дверь в ванную вдруг захлопнулась у него за спиной, вспыхнул сам собой огонь в камине, а потом, он клянется, кто-то невидимый положил руку ему на плечо. В общем, когда я услышал его вопли и поднялся в спальню, мне пришлось соскребать его с потолка.