Нэйт
Шрифт:
— Простите. Ваш ID заблокирован.
Кайн развёл руками с улыбкой «я же говорил» и с удовольствием заплатил за целый гардероб. Сумма была очень внушительной. Даже я никогда не тратила столько денег на шоппинг.
— Кайн, посмотри мне в глаза.
— Конечно, — протянул он с предвкушением.
— Неужели ты ничего мог сделать, чтобы меня не лишали всех прав?
Он смотрел, но не отвечал, и в глубине его глаз загорелось тоже маниакальное выражение, которое тогда так испугало меня на террасе. Я отпрянула, а он промолчал. Наверное, лучше не держать с ним зрительный контакт.
— Нэйт, я
Я непонимающе уставилась на него:
— Но ведь зачем же тогда ещё жить?
— Это он? Он забил тебе голову этими бреднями? — он сжал обеими руками мои плечи и хорошенько тряхнул. Прямо на глазах у всех, кто был в магазине.
— Кайн, на нас люди смотрят.
— Жить нужно ради тех, кто тебя любит, — выплюнул он.
И я прекрасно поняла, что Кайн говорит о себе.
— Переоденься, мы идём обедать.
За обедом мы сидели возле окна, глядя на всё тот же праздничный проспект. Ресторан был просто космическим. Меня даже раздражала вся эта парадность и праздничность. Вся эта избранность. Моё настроение абсолютно не соответствовало прекрасной окружающей картинке. Но я держалась.
И ещё одно: выяснилось, что в лицо меня знают решительно все. Кайн сказал, что вся моя история стала достоянием общественности и транслировалась по местному интервидению. Я стала буквально телезвездой. И все знали, что теперь я самый юридически бесправный спаситель мира, который вообще когда-либо существовал. Кто-то смотрел на меня понимающе и пытался поддержать взглядом. Абсолютно незнакомые мне люди, и я принимала каждый такой взгляд с удивлением и благодарностью. Кто-то смерял меня таким презрением, как будто на мне было чуть ли не клеймо раба. Но большинство было именно первых. Это давало мне силы.
Кайн рассказывал обо всех наших знакомых. Все новости за те несколько недель, которые меня не было. Сколько прошло времени? Пара месяцев? Три? С тех пор, как я со всеми потеряла связь — наверное, всего лишь месяца полтора, но всё это уже было в другой жизни. Настолько далекими и туманными казались мне всю люди, которые остались на Гарант-Нитера. Я как будто бы умерла и родилась заново, с Гайлом, и эта моя новая жизнь нравилась мне намного больше. Она действительно была моей. Огромный мир других планет, энергий, удивительных существ, императоров Великого Аттрактора, с каждым из которых я теперь была знакома. Каждому из которых была даже не безразлична…
— Нэйт? Нэйт, ты здесь? — Кайн уже долго дергал меня за руку, наконец, добившись от меня взгляда.
— Ты ещё не до конца со мной. Ладно, — Кайн был снисходителен и сам этим гордился. — Тебе нужно время оправиться от всего этого кошмара. И вернуться к нормальной жизни.
Я улыбнулась, но не стала с ним спорить. Злить его было не разумно. От добродушного друга до ревнивого маньяка он менялся буквально за считанные секунды после пары неосторожных слов. Я не стала говорить, что это было лучшее время в моей жизни.
Мы гуляли по вечернему проспекту пешком. Здесь было совсем не так, как на Дахрариге. Где все нижние улицы были покрыты вонью, грязью и каким-то
Я заглядывалась на витрины и даже посмеялась паре смешных историй об Аннайне. Она опять была в поиске своего единственного. Ища его, она перебрала уже, кажется, всех парней в Гарат-Нитера, и теперь решила, что этой планеты ей явно мало. Она верила в истинную пару и усиленно искала своего ллеирт, правда, весьма своеобразным, на мой взгляд, способом. Кайн как раз заканчивал историю о том, как она одновременно жила с тремя парнями, считая сразу всех строгих своей истинной парой.
— И тогда я спросил у неё, когда она будет отмечать их юбилеи, будет ли она покупать одинаковые подарки всем троим с гравировкой: моему истинному и единственному?
Мы дружно засмеялись, и я вдруг резко остановилась. Не прошло ещё и десяти дней, как я навсегда рассталась со своим мужчиной, а сейчас так просто смеюсь над шутками другого. Я отвратительный человек.
На этот раз Кайн уже не выдержал и прекрасно понял причину моей резкой остановки. Он схватил меня за локоть и развернул к себе. Я снова видела, как его кулаки сжимались, но он опять нашёл в себе немного сил, чтобы сдержать себя.
— Прости, — он отвернулся и продолжил движение. Что ж, он хотя бы борется с собой. Это уже было позитивным сигналом. А я — я была неисправимой оптимисткой.
Я всё-таки начала разговор, понимая, что нам опять придётся ночевать в огромных апартаментах только вдвоём. У него не было живых слуг, только множество дроидов, но они даже не были человекообразными синтетиками.
— Кайн. Я хотела бы поговорить о своём будущем. Я могла бы работать. И жить со всеми остальными при представительстве. Работа аналитика! Как думаешь? У меня были неплохие результаты, когда я только начинала стажировку в Первой армии.
Кайн сцепил руки за спиной и чеканил шаг, глядя себе под ноги.
— Нэйт, — якобы терпеливо выдал он сквозь сжатые зубы, — моей невесте работать не нужно.
Глава 30
— Я больше не твоя невеста!
— Тогда спешу тебя огорчить, — цедил он, всё ещё глядя мимо. — Ты лишена гражданских прав и не можешь занимать такую высокопоставленную бюрократическую должность как сотрудник Дипломатического представительства. Ты ведь понимаешь, какая конкуренция существует на одно место? Люди Гарайи тысячами соревнуются за то, чтобы быть простым, самым низкооплачиваемым секретарем здесь. На каком основании ты планируешь подавать прошение о работе?
— Кайн, не будь таким! Ты собираешься мне выкручивать руки просто потому, что у нас не сложилось?
— Я считаю, что у нас как раз всё сложилось. Теперь сложилось, за одним неприятным эпизодом. Тебе просто не хватило воспитания, чтобы не дать волю своей женской… развратной природе, прыгая по мужикам…
— Не смей так говорить! Ты был моим первым мужчиной! Как ты можешь после этого нести такую чушь? Как вообще можешь так оскорблять меня? Я полюбила его, ясно? Полюбила всей душой! И это не имеет ничего общего с развратом!