Нейромант
Шрифт:
Выйдя из ресторана, Кейс заметил двух юных французов и их подружку, они ждали лодку к дальнему берегу, к ближайшему казино.
В номере стояла тишина, гладкий матрас напоминал морской берег во время отлива.
Вторая сумка исчезла. Кейс поискал записку. Ничего. Через несколько секунд черного отчаяния он осознал, что стоит у окна и смотрит на улицу. Дезидерата, дорогие магазины: «Гуччи», «Цуяко», «Гермес», «Либерти».
Кейс покачал головой и подошел к коммуникационной панели,
Кейс взял телефон и вынес его на балкон:
– Дайте мне номер буксировщика «Маркус Гарви». Он приписан к кластеру Сион.
Электронный голос назвал номер из десяти цифр.
– Сэр, – добавил автоответчик, – данное судно зарегистрировано в Панаме.
Мэлком ответил после пятого гудка:
– Да?
– Это Кейс. У тебя есть модем, Мэлком?
– Да. В навигационном комплексе, ты ж знаешь.
– Ты можешь его снять? Подсоедини его к «Хосаке». Затем включи деку. Нажми большую ребристую кнопку.
– Как ты там, брат?
– Ничего, мне нужна помощь.
– Сейчас, брат. Я уже снимаю модем.
Некоторое время из трубки слышался только слабый треск помех, Мэлком подсоединял модем к телефонной сети.
– Установи лед, – приказал Кейс «Хосаке», услышав характерный писк.
– Вы говорите из очень плохого, сильнопрослушиваемого места, – чопорно сообщил компьютер.
– А в рот я их всех имел, – сказал Кейс. – На хрен лед. Не надо льда. Вызови конструкт. Дикси?
– Привет, Кейс.
Сейчас Флэтлайн говорил через звуковой чип «Хосаки», а потому характерные интонации его голоса терялись полностью.
– Дикси, ты должен прорубиться сюда и кое-что для меня сделать. Можешь особо не стесняться. Молли где-то здесь, и я хочу знать, где именно. Я в номере триста тридцать пять дабл-ю в «Интерконтинентале». Она была зарегистрирована здесь же, но я не знаю, под каким именем. Пляши от этого номера и проверь файл регистрации постояльцев.
– Сию секунду, – ответил Флэтлайн.
Кейс услышал белый шум, верный признак вторжения. И улыбнулся.
– Готово. Роза Колодны. Выписалась. Нужно еще несколько минут, чтобы расковырять их охранную сеть поглубже и узнать, куда она переехала.
– Действуй.
От усилий конструкта телефон завывал и щелкал. Кейс отнес его обратно в комнату и положил трубку на кровать микрофоном вверх. Сходил в ванную и почистил зубы. А когда вернулся в комнату, там сам собой включился монитор гостиничной аудиовизуальной системы «Браун». Миниатюрная японка, какая-то поп-звезда, возлежит на поблескивающих металлом подушках. Невидимый интервьюер задал по-немецки вопрос. С чего эта хрень включилась? По экрану побежали голубые полосы.
– У тебя что, Кейс, и вправду крыша едет?
Голос неторопливый, знакомый.
На стеклянной стене балкона снова появилось изображение Дезидерата-стрит, затем оно дернулось, поплыло –
Он, конечно же, Лонни Зоун – длинный и кадаврообразный; во всех движениях – плавная грация застарелого кокаиниста. Держа руки в карманах серых слаксов, он остановился среди квадратных столиков:
– Да, приятель, видок у тебя, мягко говоря, задумчивый.
Голос из брауновских динамиков.
– Уинтермьют, – сказал Кейс.
Сутенер безразлично пожал плечами и улыбнулся.
– Где Молли?
– Да какая там, на фиг, Молли! Ты же гробишь сегодняшнюю операцию. Флэтлайн устроил шухер на весь Фрисайд. Вот уж не думал, что ты отколешь такой номер. В прямом противоречии с профилем.
– Так скажи мне, где она, и я отзову Флэтлайна.
Зоун покачал головой:
– Ты плохо следишь за своими женщинами, Кейс. Теряешь их одну за другой тем или иным способом.
– Операция, говоришь? – нехорошо усмехнулся Кейс. – Я тебе такую операцию устрою – на всю жизнь запомнишь.
– Да нет. Не такой ты человек. Я знаю. Хочешь, Кейс, я что-то тебе скажу? Я вот тут сообразил, что ты уже сообразил, будто это я посоветовал Дину шлепнуть твою бабенку в Тибе.
– Нет, – вздрогнул Кейс, делая невольный шаг к окну.
– Так вот, ничего я не советовал. Хотя чего ты, собственно, так всполошился? Неужели это так важно для мистера Кейса? Не дури сам себя. Я же знаю твою Линду. Я знаю всех Линд на свете. Я сталкиваюсь с этими Линдами по сто раз на дню по роду моей деятельности. Знаешь, почему она решила тебя кинуть? Любовь. Ты перестал ее замечать. Любовь? Хочешь, поговорим о любви? Она тебя любила. Я знаю. Кем бы она ни была, она тебя любила. А ты не мог понять. Теперь ее нет.
Кулак Кейса скользнул по стеклу.
– Побереги пальчики. Скоро тебе стучать по деке.
Зоун исчез, вместо него появился ночной Фрисайд и огни кондоминиумов. «Браун» замолчал.
Телефон звонил не переставая.
– Кейс, – Флэтлайн, кто же еще, – ты что там, оглох? Кое-что я узнал, но не много. – Конструкт продиктовал адрес. – Ночной клуб, но только слишком уж хитрый у них лед. Вот, собственно, и все, что я смог раскопать, не оставляя визитной карточки.
– Ладно, – ответил Кейс. – Передай «Хосаке», пусть Мэлком отсоединяет модем. Спасибо, Дикси.
– Рад стараться.
Кейс сидел на кровати, сидел очень долго и упивался новым чувством.
Яростью.
– Привет, Люпус. Слышь, Кэт, тут Люпус пришел. – Голый, с расширенными зрачками, Брюс стоял в дверях, с него капала вода. – Только мы тут душ принимаем. Подождешь? А может, примешь душ?
– Нет. Спасибо. Мне нужна помощь. – Кейс оттолкнул руку Брюса и вошел в комнату.
– Подожди, друг, мы же…
– Вы мне поможете. И очень рады меня видеть. Ведь мы друзья? Верно?