Невольные герои
Шрифт:
– Ты, например.
– Демон? Усмирять? Мою ипостась любое животное чует, и...вспомни нрав Грома.
Я вздрогнула.
– Так он такой буйный из-за тебя?
– В целом, нет, конечно. Но часть моей магии передается на животное, связывает нас, делает чем- то похожим, если так можно сказать, - демон усмехнулся, показав клыки.
– И в любом случае, если я утихомирю лошадку, другого никого она не подпустит.
Быстро подкорректировав план, я внесла контрпредложение.
– Тогда я.
Хранитель предупреждающе на меня посмотрел.
– Исключено.
Вот уел, так уел. Сразу вспомнилась некрупная старостина Рябинка, послушная и добрая, на которой периодически ездили в город и вспахивали поле. Так вот, даже к ней я подходила с опаской, так как чем-то ее не устраивала.
– Но Нарька тоже...
– сделала последнюю попытку возразить я, но быстро стушевалась под насмешливым взглядом.
– Донара, как мне помнится, глава вольного отряда, и в ее обучение входила верховая езда. Или я не прав?
– едко напомнил Дион, иронично приподняв бровь.
Я прикусила губу. Крыть было нечем. Как всегда. И откуда этот проклятый демон достает столь достоверные факты?
Таки полторы сотни лет живет, однако.
Хм, и вправду, об этом я и забыла. Привыкла считать его чуть старше меня.
Ну, в масштабах вселенной...
– Лира?
– я опять отвлеклась на разговоры с внутренним голосом и пропустила задаваемый демоном вопрос.
– Так ты идешь поддерживать наших друзей или как?
С трудом подавив желание впасть в панику, я кивнула. Одно дело, бросаться в рискованное предприятие, совершая что-то смертельно-опасное и важное на глазах у остолбеневших товарищей, совсем другое - смотреть, как это делают твои друзья. И ты ничем не можешь им помочь, и остается только стоять за низким деревянным ограждением и молиться за их безопасность.
– Слушай, он что, специально выпендривается?
– спросила я у Диона, глядя на гарцующего на чистокровном венейанском* скакуне Элиаса. Он то придерживал каурого коня, то пускал его по кругу галопом, заставляя зрителей аплодировать и вскрикивать от восторга.
– Когда я встретила его впервые, мне показалось, что это умудренный жизнью муж, а сейчас он ведет себя словно озорной мальчишка.
– На него так влюбленность действует, - хмыкнул демон, весь подавшись вперед для лучшей видимости.
– С тех пор как твою подругу встретил, места себе не находит.
– И ты вот так легко разглашаешь его тайну сердца?
– я не удержалась и пожурила друга.
Тот рассмеялся.
– Была бы тайна! И вообще, есть у меня подозрение, что он был бы рад, узнай Нарька о его чувствах. По-моему, он боится ей признаться и получить решительный отпор.
– Посоветуй ему, пусть попробует. Убивать его Нарька в любом случае не будет, - со смехом ответила я, и, помолчав немного, ехидно полюбопытствовала.
– А как ведут себя демоны в период влюбленности?
Дион полуобернулся и пристально посмотрел мне прямо в глаза:
– Наверно так же, как я сейчас.
Смутившись, я отвела взгляд. Я его не понимаю. Признание
Но через минуту мне стало не до душевных терзаний, потому что на площадку вышла Нарька, а с другой стороны выпустили серенькую "в яблоках" кобылку. Поначалу я даже расслабилась - такая милая, скромная лошадка не могла не дать себя обуздать. И верно. Кобылка замерла, разрешая Нарьке приблизиться к ней и даже потрепать за белоснежную гриву. Приговаривая что-то успокаивающее, эльфийка мягко вспрыгнула ей на спину и несколько мгновений сидела неподвижно, стараясь не дышать. Но лошадь вела себя неподобающе агрессивной альварской породе, стоя смирно и безмятежно.
Она просто не поняла Нарькиных намерений.
Стоило эльфийке тронуть лошадиные бока каблуками сапог, как та будто взбесилась. Неистово взбрыкивая, лошадь отчаянно пыталась сбросить с себя всадницу, извиваясь как змея, которую прижгли каленым железом. Под улюлюкивания мужчин и испуганно-восторженные крики женщин, кобылка начала бешено кружить по площадке, в поисках выхода, но натыкалась на ограду, почему-то страшась ее перепрыгнуть. Я тихо подвывала от ужаса, наблюдая за стремительно разворачивающимися событиями. Чудом, Нарьке удалось не упасть на лошади, и теперь эльфийка одной рукой держалась за ее гриву, а другой пыталась незаметно вытащить из-под рубашки амулет земли.
– Помоги ей!!!
– я вцепилась в руку Диона, переключая его внимание на свою скромную персону. Демон был абсолютно спокоен.
– Как?
– логично спросил он.
И действительно, подходить к ним сейчас было чистым самоубийством. Но ведь у нас есть магия. Я спешно начала читать заклятие повиновения, действующее на любое животное (а при желании и на людей), как вдруг этот мерзавец резко меня оборвал, перехватив складывающиеся в сложный пас руки.
– Отпусти! Нарька в опасности!
– зашипела я, но он продолжал держать крепко.
– Что бы ты сделала с тем, кто осмелился бы прервать наш поединок в Reilory Swith?
– внезапно осведомился он.
– Прибила бы на месте, - от неожиданности я растерялась и ответила на автомате.
– Но у тебя не было против меня никаких шансов, и ты это знала. Однако решила довести дело до конца самостоятельно. Теперь понимаешь?
Я хмуро понурилась. Он был прав. Если я сейчас вмешаюсь, Нарька меня никогда не простит. Эльфийская гордость, леший ее подери.
Вспышка ярко-зеленого света была столь неожиданна, что ослепила меня на пару секунд. А когда я смогла видеть, то Нарька уже уверенно сидела на утихомирившейся кобылке, почесывая той гриву. Организатор сего мирного мероприятия, коренастый мужичок в залихватски сдвинутой на ухо шапке, огорченно цокнул языком, но правила магию не возбраняли, а что не запрещено, то разрешено. Отсчитав Лису сдачу с десяти золотых (пара-тройка серебрушек), он обратился к помощнику с какими-то указаниями.