Невольник
Шрифт:
— Ты не мог бы вытащить его оттуда?
— А сами что? Ленитесь? — участливо полюбопытствовал этот засранец.
— Нет, ёптыть, прикалываемся! — рявкнул я, — будто тебе не понятно, что сами мы ни фига не можем, потому что на дворце такая защита стоит, что гаси свет, бросай гранату!
— Вы могли бы взять его штурмом, — дал "разумный" совет этот "великий и могучий" стратег.
— Ха-ха-ха, — мрачно изрек я. — Мы прямо таки оборжались. А теперь, когда нам всем стало весело и хорошо, может быть, поможешь?
—
— Рад, что тебе это так нравится, — огрызнулся я.
— Мне бы больше кое-что другое понравилось в твоем исполнении.
— Стриптиз что ли? Тебе медленно и под музыку или быстро и без звукового сопровождения? — поинтересовался я, придав своему лицу выражение крайнего дебилизма.
— Вряд ли ты настолько хорошо владеешь искусством танца, чтобы поразить мое воображение, но пожалуй я бы, — состроив задумчивую физиономию начал Кардагол, но Шеоннель его перебил:
— Перестань, пожалуйста! Ларрен в опасности, а ты тут…
— Что я тут? Продолжай, — вкрадчиво проворковал Повелитель времени. — Я тут устраиваю свою личную жизнь? Или, может быть, я тут выслушиваю обнаглевшего мальчишку, который пытается неуклюже хохмить и…
— Ну, хватит! — перебил я, — если тебе не нравятся мои шутки, это еще не значит, что они неуклюжие.
— Мне они такими кажутся, — любезно известил Кардагол и одарил меня лучезарной улыбкой.
— У тебя глюки, — самым ласковым голосом на свете поведал я.
Нет, можно было бы конечно попробовать дать ему в глаз. И может быть, у меня бы даже получилось. Если бы мой родственничек незваный не был одним из сильнейших магов. Он пришибет меня атакующим, не успею я, как следует замахнуться. О том, чтобы напасть на него магически, я даже не думал. Я не такой придурок, понимаю, что мне до его уровня еще расти и расти.
— Ты поможешь вытащить Лара? — вмешался Шеоннель, наивно полагая, что если делать вид, будто он не слышит, как мы с Кардаголом огрызаемся, то все забудется и прекратится само собой.
— Ни за что! — категорично отрезал Повелитель времени, но в следующую секунду сменил гнев на милость и намекнул, — разве что за отдельную плату.
— У тебя мало денег? — озадачился Шеоннель.
— А кто говорит о деньгах? — Кардагол лениво потянулся и, хитро поглядывая на Шеоннеля из-под ресниц, заявил, — вот от стриптиза я бы не отказался. Пусть и от неуклюжего, каковым он, несомненно, окажется в вашем исполнении.
Судя по тому, как Шеоннеля перекосило, он почувствовал, что Кардагол не только о стриптизе думает, а и еще о чем-то… не очень приятном для Шеона. Или для меня?
— Я тебе сейчас по морде дам, — на всякий случай сказал я.
— Это скучно, — отмахнулся Кардагол, — выкладывайте, что у вас произошло? Почему решили, что Ларрен в опасности?
Шеоннель (умница!) взял на себя труд поделиться
— То есть на вас напал какой-то неудачник, и вы сделали вывод, что Ларрена рассекретили, и он в опасности? — уточнил Кардагол. — Это ведь не был человек султана?
— Мы не уверены, — честно признался Шеоннель (мог бы и соврать).
— Зачем в таком случае вытаскивать мальчика из гарема? Пока султан не в курсе, Лар может спокойно продолжать свое расследование.
— Его лучше вытащить оттуда, — возразил я. — Ларрен не тот, за кого себя выдает, и мы считаем, что некто недружелюбно к нам настроенный об этом знает. Вряд ли он будет долго хранить этот секрет. Если султан еще не в курсе того, что его новая наложница — подделка, то наверняка узнает очень скоро. Да, Лар и сам сказал, что ему там больше нечего де…
— Ларрен не подделка! — возмущенно перебил Кардагол, — я сделал из него настоящую женщину.
— Да-да, ты мастер, вот только вряд ли Ларрену поможет тот факт, что сейчас он настоящая женщина.
— Если он напряжет воображение, то очень даже поможет, — с ухмылочкой изрек Кардагол.
— И все-таки я тебе врежу.
— Обязательно. Когда сил наберешься. Мы уже, кажется, говорили об этом, — Кардагол послал мне невинную улыбочку и, намеренно игнорируя меня, обратился к Шеоннелю, — я не стану вытаскивать Ларрена, пока ему не будет грозить реальная опасность. Сейчас я ничего такого не чувствую. Мелкие неприятности, но он справляется и сам. Лин, что ты сделал такие большие глаза? Не думаешь же ты, что я не отслеживаю состояние одной из своих лучших работ?
— Кардо, дорогой, вы уже закончили? — с таким возгласом в зал ворвалась Ллиувердан, увидела нас, на мгновение прервала свою речь и нацепила на лицо лучезарную улыбку, — Лин! Шеоннель! Рада вас видеть. Вы по делу или соскучились?
— Мы не соскучились и уже уходим, — решил я.
— Кардо, он расстроен, — заметила дракониха. — Он увидел тебя с Алиэлью?
— Вот это меня расстроило бы в последнюю очередь! — возмущенно фыркнул я, сделав вид, что совсем не удивлен тем фактом, что Ллиу в курсе шалостей своего жениха. — Мне совершенно все равно, кого мой родственник усаживает к себе на колени и вообще чем занимается в свободное время!
— Зайчик совсем меня не ревнует, — пожаловался Кардагол Шеоннелю с Ллиувердан.
— Иди ты! — буркнул я. Это было самое нейтральное, что я мог сказать на его заявление. Можно было бы, конечно, и что-нибудь более многословное и многоэтажное изречь, но тогда, кто знает, как бы он в ответ огрызнулся, и кому из нас после этого пришлось бы утереться и скромно курить в сторонке.
— И пойду, — весело заявил Кардагол, — обязательно пойду. Вот только провожу вас, гости дорогие, и пойду.