Невменяемый отшельник
Шрифт:
– Увы! Но только вчера утром её сиятельство Баризо вырвалась из лабиринта ловушек, где в голоде и при отсутствии воды провела чуть больше пяти суток. И те, кто её отпустил из госпиталя, будут мною жёстко наказаны! – Заметив, что все присутствующие дружно осуждающе нахмурились, резко сменил тон и тему: – Ну а сейчас давайте всё-таки решим, кто у нас победил и получит звание «Грозная тучка»…
Тотчас малыши запрыгали, поднимая руки и доказывая именно своё первенство. На что Рихард сумел принять весьма верное и хитрое
– Давайте так: я назначу награды, а вы уже сами себе решите, кто из вас и в чём лучший. – Как раз и помощник примчался с двумя внушительными коробками, выкладывая их у ног монарха. – О! Посмотрим, что у нас здесь… Ага! Древний артефакт: ходящая кукла. Это будет тому, кто занял первое место… А тут?.. Тоже занятная вещица! Арбалет, детский! С магическим ложементом, кстати. Может стрелять хоть семечками, если соединить их с магической структурой. Этот арбалет вручается тому, кто занял второе, почётное место. Ну? Сами выберете, что кому?
Мог бы и не спрашивать. Девочка неотрывно смотрела на куклу, а мальчик на арбалет. После вопроса Рихарда они только коротко переглянулись, словно обменявшись горячими монологами, и потянулись руками каждый к своей коробке. Тут же уложили их на соседние лавки и стали с восторгом рассматривать доставшиеся им артефакты.
Хлеби Избавляющий шепнул на ухо королю:
– Детки-то нестандартные! Могли вдвоём куклу захотеть, или…
– Знаю! – послышалось еле различимое даже для Эль-Митолана ворчание. – Сам вспотел, пока дарил!..
А тут забывшая о своём наказании Мальвика вновь неосторожно напомнила о себе. Она опустилась на колени возле Паулы, с восторгом глядя на куклу в ярких одежках, и стала поторапливать:
– Давай, запускай её! Видишь тот рычажок под платьем?..
Монарх встал на ноги уже рассерженный и строго наказал Протектору:
– Она – невыносима! Поэтому вы, господин Избавляющий, проводите немедленно маркизу к моему врачу следом за мной! И помогите ей нести коконы, а то ещё сломается от упадка сил! А вас, герцогиня Шиари, я жду у себя в кабинете через четверть часа!
И вышел, не попрощавшись. А что, ему можно. Хотя и Галирема – это царица, но ранг явно не тот: одна из соправительниц над огами, никак не может тягаться с королём Энормии.
Хлеби тоже не миндальничал. Одной рукой подхватил оба кокона, второй словно приобнял Мальвику за пояс, да так и понёс по воздуху. С его умениями воздействовать левитацией на объекты действо получалось шутя. Обе мамаши сопроводили маркизу сочувственными взглядами, а дети, увлечённые подарками, вообще не обратили внимания на исчезновение новой подруги для игр.
И только в своём узком кругу, в помещении временного лазарета, король набросился на свою подданную:
– Маркиза! Как прикажете вас понимать?! Кто вам позволил покинуть расположение лагеря?!
А та с чистым, незамутнённым взглядом
– Никто не позволял, ваше величество. И не надо никого наказывать… Это я сама сбежала…
– Да? Ну тогда ничего страшного, – с притворным облегчением вздохнул Рихард. После чего пригнулся вплотную к Мальвике и доверительно её похвалил: – Ты просто молодец! Так быстро смогла сюда добраться! Кто тебя сюда доставил?
– Так я… а-а-а… – чуть не проговорилась Баризо, не в силах вырваться из гипнотического взгляда. При таком расстоянии амулеты не действовали, собственного потенциала не хватало, а уж сам монарх использовал не простые артефакты для внушения. И всё равно женщина не поддалась: —…а-а-а… я сама! Вначале на лошади, до реки, потом на корабле…
– Как ты смеешь врать королю?! – уже не на шутку взъярился Рихард. – В лагере не было лошадей! Да и сутки непрерывного пути ты бы не выдержала. И я ведь всё равно узнаю, кто тебя привёз, и накажу их!
– За что? Они-то в чём виноваты?! – возмутилась в ответ маркиза. – Они и знать не знали, что мне куда-то там нельзя и что кто-то порекомендовал мне постельный режим! Я человек независимый, прославленный, и мои просьбы не ставятся под сомнение. И осмелюсь напомнить вашему величеству, что я ещё не Эль-Митолана и на обязательной военной службе не состою. Так что приказывать мне имеют право только родители и названый брат!
– Отправлю в ссылку… – не то заявил, не то спросил монарх. И тут же получил в ответ:
– Не отправите! Потому что вы справедливый и добрый. И не тиран… И не самодур… И не злой… И…
– Это и так понятно! – хохотнул самодержец. – Раз добрый – значит, не злой! – И уже к Хлеби, который во время пререканий внимательно осматривал свою внучатую племянницу. – Ну и что с ней? Дальнюю дорогу в ссылку выдержит?
– Понять не могу, на чём только держится, – признался тот, одновременно заставляя женщину лечь на кровать и резко усыпляя её магическим импульсом. – Силёнки – на пределе. Можно сказать, на эмоциях держится. Надо бы её сентегам показать, ещё лучше – Медиальтам. Если уж они Кремона вылечили, то и её взбодрят. Или хотя бы аппетит нарастят необходимый. А дорогу в ссылку… Так смотря куда…
– В Пладу! Вместе со мной с раннего утра!
– О-о! Легко! – заявил Хлеби. – Разве что заключение Медиальта о её состоянии не помешает.
– Устроим, сейчас попрошу императора… – заверил Рихард и, убедившись, что подданная крепко спит, пожаловался: – И вот как такую егозу от неприятностей удержать? Может, в самом деле под строжайший домашний арест посадить? Да возле себя держать?
– Поможет ли? Она ведь здесь из-за Кремона. И с детьми бросилась дружбу укреплять, потому что надеется от них выведать нечто такое, о чём они и нам, и мамам не расскажут.